Тридцать ночей с мужем горцем

Мэйхью Мелисса

– Твое платье? – Розалин стала чистить свою миску. – А, твое кружевное платье? Я сложила его в сумку. Пока мы едем в Дон Ард, оно будет в ней в целости и сохранности. 

– Вчера вечером ты говорил, что твой дом называется по другому. – Кейт посмотрела на Коннора. Он поднял несколько сумок и вынес их из их лагеря. 

– Потому что это не мой дом, - уходя, он резко бросил через плечо. 

– Дон Ард - дом моего брата, Артура. Сейчас он лаэрд. – Розалин нахмурилась, глядя на Дункана, который издал жуткий звук. – Мы с Маири там живем, и мы должны там сделать объявление, что Коннор собирается

жениться. Ты останешься в Дон Ард до свадьбы. – Она надолго замолчала, успокаивающе поглаживаю руку Кейт – Должно быть, Коннор упоминал Ситхен Фардах? 

Когда Кейт кивнула, Розалин продолжала. 

– Там Коннор останавливается, когда приезжает. Ситхен Фардах наше родовое поместье, он вырос там. Старый замок всего лишь в нескольких милях от нового. 

– Тогда почему мы не остановимся в доме Коннора? Ведь чем меньше вокруг меня людей, тем мы в большей безопасности. 

– Незамужняя девушка, оставшаяся в доме мужчины, за которого собирается замуж служит поводом для сплетен. Кроме того, Артур не будет рад свадьбе Коннора. Нам надо убедить его, что ты настоящая невеста. Так что, боюсь, придется остаться в Дон Ард. 

Кейт поднялась, чтоб помочь Розалин убрать остатки кухонной утвари и затушить костер. 

– А куда теперь ушли мужчины? – спросила Кейтлин, оглядываясь. 

– Время отправляться в путь. Они пошли за лошадьми. Уже и так поздно, видимо мы проведем еще одну ночь в дороге. 

Розалин резко остановилась, когда посмотрела на Кейт. 

– За лошадьми? – прошептала Кейт, смертельно бледнея. 

О Боже, только не лошади.

Глава 4

Эта женщина сумасшедшая. 

В своем странном наряде, едва прикрывавшем тело, уперев руки в бока и сверкая зелеными глазами, девушка смотрела на него, словно одна из народа Фэйри, в чьей долине она сейчас стояла. Может, он тоже сошел с ума. 

Как она думала куда-то ехать, если не собиралась садиться на лошадь? Она же не ожидала изящной повозки, хотя и была из богатой семьи; он видел в ее спальне странную, но красивую мебель. 

Воспоминания о времени, что он провел в ее спальне, захлестнули его, словно разлившаяся река. Впервые увидев ее, стоящей у кровати с рассыпающимися по плечам волосами, Коннор мгновенно забыл, зачем пришел к ней. Она заставила его думать о страсти и диких вещах. Девушка подняла руки, выставляя напоказ свой голый живот, и он мог сейчас думать лишь об этом. 

Коннор неловко поерзал в седле. 

– Нет. – Кейт твердо стояла на своем. – Нет, нет и еще раз нет. Я не поеду на нем. Ни в коем случае. Я не умею ездить верхом. – Она на мгновение опустила взгляд, а когда подняла голову, ее глаза блестели. – Хорошо, я боюсь. Вот. Я упала с лошади, когда была маленькой, и больше никогда не ездила верхом. Прости, но я не могу. 

Ее руки безжизненно опустились вдоль тела. 

Признание Кейт застало Коннора врасплох и принесло с собой неожиданную симпатию к этой девушке. С испуганной женщиной он сможет справиться, никакой разницы между ней и пугливой лошадью. Ему нужно только двигаться медленно, говорить нежно и взять руководство на себя. В конце концов, он за нее в ответе. Коннор поклялся защищать

ее от всех неприятностей. 

Кейт отступила, когда Коннор направил свою лошадь ближе к ней. Неожиданно, в мгновение ока, он развернул лошадь, наклонился и посадил девушку в седло перед собой. Кейт вырывалась, учащенно дыша и цепляясь за его руки. 

Коннор наклонился ближе к ее уху. 

– Не мучай саму себя, девочка. – Он говорил нежно, словно с перепуганным животным. – Разве я не говорил тебе, что не позволю чему-то плохому случиться с тобой? Поскачешь со мной. Я не дам тебе упасть. Можешь мне поверить. 

Коннор крепко держал ее, дыхание ее выровнялось, и Кейт потихоньку прижалась к нему. В ее теле еще чувствовалось напряжение, но, по крайней мере, ей не надо было волноваться о том, что она может упасть с лошади. 

Долго они ехали в полной тишине. Прикосновение волос Кейт к его подбородку и ее спина, прижимающаяся к его груди, постоянно отвлекали Коннора. Он напомнил себе, что обнимает ее лишь для того, чтобы выполнить свой долг. 

«И только ради долга ты поцеловал девушку?» - съязвила его совесть.
– «И практически сразу после того, как поклялся быть ее защитником?» 

Это был не больше, чем минутный порыв, вызванный магией Фэйри, который никогда не должен повториться, поклялся себе Коннор. 

Он выпрямился и чуть отодвинулся от девушки. Она сидела в его объятиях, ее голова покоилась на его груди, а ее запах наполнял его ноздри. 

Она пахла как те экзотические фрукты, что он пробовал во время крестового похода. Коннор посмотрел вниз. Ее волосы были стянуты лоскутом, оторванным от его пледа. И этот лоскут словно отмечал, что она принадлежит ему. 

Коннор покачал головой и попытался сосредоточиться на предстоящих заботах. До наступления сумерек путешественники проделали долгий путь. 

Кейт никогда в жизни не была так рада возможности просто стоять на ногах. Все ее тело болело. То ли от того, что она целый день подпрыгивала на огромной лошади, то ли от того, что пыталась сохранить расстояние между собой и Коннором. Но вот от чего именно она не знала. 

Этот мужчина определенно мог произвести впечатление. Одно это, если она не будет осторожной, могло бы легко окутать ее чувством защищенности и родства, которого не существует. 

Кейт помогла Розалин, в силу своих возможностей, приготовить их лагерь к ночи. Теперь она просто смотрела, как кролик, которого перед этим принесли мужчины, поджаривался на огне. Для человека настолько голодного как она, даже кролик на костре вкусно пах. Он, конечно, не входил в ее обычный рацион дома, но был одним из множества отличий, с которыми ей здесь предстояло столкнуться. 

Вообще-то я в XIII веке. Эта мысль удручала ее каждый раз, как она об этом задумывалась. 

Ей необходимо было время для себя. Побыть подальше от всех, подальше от Коннора, понять, что с ней происходит. 

– Я пойду, пройдусь к воде. Скоро вернусь. 

Ручей тек недалеко от места, где они расположились лагерем. 

– Кому-нибудь из нас тебя проводить? – это были первые слова Коннора с тех пор, как он снял ее с лошади, когда они остановились здесь. 

– Нет. – В спешке Кейт ответила резче, чем хотела, и попыталась смягчить сказанное. – Но все равно спасибо.