Тридцать ночей с мужем горцем
Шрифт:
– Я верю лишь в то, что существует, вы не можете заставить любовь придти, или просто пожелать, что бы она пришла.
– Конечно, у тебя есть право на свое мнение, - Розалин посмотрела на воду, озорная улыбка тронула ее губы. – Но в Фэйри ты веришь? Они верят в настоящую любовь, и это у них мы просим помощи. Теперь ты понимаешь? Хотя они всё делают по-своему, нам лучше их не огорчать. – Она пожала плечами.
Кейт шагнула к краю воды, и прочистила горло.
– Фэйри? Это я, Кейтлин Кориэлл.
Она действительно
– Я хочу поблагодарить вас, всех вас за то, что вы перенесли меня сюда в целости и сохранности. И если вы не возражаете, не могли бы вы вернуть меня домой таким же образом? Как только я выйду замуж, и мы спасем сестру Коннора, чтобы она смогла… - Что там сказала Розалин?
– найти судьбу своего сердца.
– Она повернулась к Розалин. – Правильно?
– Если ты решила не говорить о настоящей любви, - ладно, хотя думаю, это стоило бы сделать – И прежде чем продолжить, женщина глубоко вздохнула. – Тогда тебе осталось лишь повязать лоскут на дерево.
Улыбка, что освещала лицо Розалин исчезла, а вместо этого появились грустные, крошечные морщинки вокруг глаз, от чего Кейт почувствовала необъяснимое чувство вины.
Кейтлин обвязала лоскут вокруг нижней ветки, чувствуя ответственность за печаль этой женщины.
– Все хорошо, - сказала она, практически сама себе. Поворачиваясь обратно к озеру, Кейт тихо позвала. – Фэйри? Если бы вы могли хотя бы просто помочь мне в поисках настоящей любви в этой неразберихе, я была бы очень благодарна. Спасибо большое.
Кейт завязала лоскут на ветке и покачала головой, поражаясь своему поведению. Правда. Должно быть, это сама безумная вещь, которую она когда-либо делала. Если не считать то, что прошлой ночью вошла в зеленый шар. Но когда она повернулась к Розалин, ее удивило, что женщина смотрит на нее со слезами на глазах.
– Что? Я сделала что-то не так?
Розалин улыбнулась и пожала плечами:
– Нет. Ты сделала все идеально. Вот почему я так счастлива. – Заговорщицкая улыбка сменила слезы. – Ты поблагодарила Фэйри, и это доставило радость мне. Они же моя семья. – Она кивнула на воду.
Кейт выглядела смущенной, Розалин обняла ее за плечи и продолжила:
– Давай сядем у огня, и я расскажу тебе Легенду Долины Фэйри, и все о моей семье.
Получилось.
Розалин скрывала свое возбуждение, когда посмотрела на молодую женщину, идущую рядом с ней. Эта Кейт была малышкой, но магия Фэйри выбрала именно ее, так что сомнений не было. Она должна быть той самой. Кейт уже продемонстрировала доброту сердца, легко согласившись выполнить просьбу Розалин, хотя и было видно, что не хотела.
Когда Коннор первым пришел в себя, Розалин немного обеспокоилась. Он едва взглянул на женщину, лежавшую в его объятиях, и быстро отодвинулся,
Что сработало на руку Розалин.
Все шло, как она хотела. Розалин надеялась, что так будет продолжаться и дальше. Не то, чтобы она беспокоилась о смертных. Магия Фэйри была намного сильнее любого из них, так что ей больше не надо было волноваться о судьбе Маири.
Нет, ее беспокоила сама магия Фэйри. Они подарили свою силу, и способность выполнять желания и чаяния, высказанные во время ритуала Клооти. Но только до тех пор, пока ты выполняешь их условия и проходишь их испытания. Все потому что они очень упертый народ, всегда настаивают на том, что, по их мнению, нужно тебе, и дают это так, как считают нужным.
Когда они сели, Розалин улыбнулась Кейтлин. Она чувствовала, в этой молодой женщине было что-то.
– Давно, очень давно, прекрасным весенним днем, - начала она свою историю, отбросив все беспокойство о Фэйри. Ничего хорошего не выйдет, если волноваться об этом. Сейчас все они были полны решимости.
Получилось.
К тому времени, когда двое мужчин вернулись, Розалин приготовила котелок овсянки. Вчетвером они, ничего не говоря, сели вокруг костра, словно никто не знал, что сказать.
Кейт ушла в свои мысли обдумывая то, что рассказала ей Розалин, и едва кивнула, когда ее «официально» представили двум мужчинам. Она подсознательно хотела отмахнуться от всего, как от старого суеверия, но, говоря по правде, поняла, что понятия не имеет, почему для их плана спасения сестры Коннора требуется именно она. Кроме того, чтобы Коннор на ней женился, конечно.
Отлично, сейчас самый подходящий момент.
– Итак. Может один из вас точно рассказать, что вы хотите, чтобы я сделала, пока я тут?
К ее удивлению, когда она заговорила, оба мужчины вскочили. Дункан чуть не уронил свою чашу, и ему пришлось приложить усилия, чтобы из нее ничего не разлилось.
– Тетя, ты ей ничего не рассказала? Я думал, тебе понадобится время, чтобы поговорить с ней. – Коннор перевел взгляд своих пронзительных голубых глаз на свою тетю и поднял бровь.
– Вообще-то не совсем, племянник, - Розалин стала взволнованно жестикулировать. – Мы должны были привести ее в порядок сразу как только она, наконец, пришла в себя. Ты понимаешь? Кроме того, - она пожала печами, - подумала, что для тебя будет лучше, если ты сам расскажешь ей все детали.
Осязаемое напряжение заполнило воздух.
Коннор поднялся, выплеснул овсянку в огонь, и, поставив чашу, стал расхаживать взад-вперед. Наконец он остановился и посмотрел прямо на Кейт.
– Моя тетя пытается спасти меня от проблем. Но, если ты собираешься нам помочь, ты должна услышать все.