Три королевы
Шрифт:
Как легко она могла задеть меня.
Даже спустя столько времени, даже зная то, что я теперь знала, я не могла поверить, что она стоит передо мной. Мы преодолели последние несколько ступенек. Наверху нас встретил Джеффри.
— Я проводил мадам Сабину в ее комнату.
— Отведи ее тоже. — Я ткнула большим пальцем в сторону Камиллы.
Она фыркнула.
— Вечеринки с ночевкой не будет, да?
Мои глаза прищурились, и я нацепила милую улыбку.
— Я бы не советовала засыпать рядом со мной.
— Это угроза? — Пробормотала она.
Я
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЯТАЯ
Джулиан
Присутствие в доме Жаклин, Камиллы и Сабины означало только одно — кровопролитие неизбежно. Я ожидал, что первой кровь прольет моя мать, но, наблюдая за тем, как Жаклин и Камилла смотрят друг на друга, я подумал, что, возможно, они затеют драку первыми. По правде говоря, я никогда не понимал, что положило конец их дружбе. Жаклин знала, что Камилла была привязана к Уильяму, но все разрушилось не из-за внезапного исчезновения Камиллы из нашей жизни. Они рассорились задолго до свадьбы. Как бы то ни было, я не собирался позволять старой вражде отвлекать их от нашей цели. Нам нужно было найти Тею.
Прошло уже три дня с тех пор, как ее похитили, и каждая секунда была чистой, гребаной пыткой.
— Ты выглядишь как дерьмо, — сказала мне Камилла, когда мы поднимались по лестнице на главный этаж дома.
— Я тоже рад тебя видеть, — равнодушно ответил я.
— Он не хочет питаться, — сказала ей Жаклин. — Ни спать. Ни питаться. По сути, он ходячий зомби.
Неудивительно, что они нашли со мной общий язык.
— Из-за нее? — Камилла вздохнула, она выглядела раздраженной, ее это не впечатлило.
Прежде чем я успел швырнуть ее в стену, Жаклин развернулась и ткнула указательным пальцем ей в грудь.
— Тея — пара твоего брата, член твоей семьи. Разве ты не видишь, что он любит ее? Или тебе все равно? Тебя не волнует, что ему больно?
— Любовь всегда приводит к боли. — Камилла не сдвинулась с места ни на дюйм. Она так и осталась стоять на месте. — Ты должна это знать, или ты еще не усвоила урок?
— О, я его усвоила. — Глаза Жаклин прищурились, но она отступила назад и опустила руку. — Самым жестоким образом.
Камилла разгладила несуществующую складку на свитере.
— Я тоже.
О чем, черт возьми, идет речь?
— Вы двое можете отложить свою ненависть на время? — прервал их я. — И меньше беспокоиться обо мне? Все, что имеет значение, — это Тея.
— Конечно, — сказали они одновременно, хотя звучало так, будто они имели в виду разные вещи.
— Твоя комната там. — Жаклин не стала дожидаться Камиллу и направилась к лестнице, ведущей на верхние этажи.
У меня возникло желание последовать за ними, пока они не поубивали друг друга, но чем дольше я откладывал встречу с матерью, тем становилось хуже.
Я быстро поднялся по лестнице, не
— Осторожнее с этим, — прикрикнула она на одну из горничных, которая аккуратно вешала длинное вечернее платье. — Это «Chanel».
— Да, мадам. — Горничная поклонилась, после чего скрылась с платьем.
— Означает ли это, что ты приняла решение в отношении просьбы Le regine? — спросил я.
— Нет, не означает. — Произнесла она отрывисто, рассматривая цветочную композицию на камине. — Я просто хочу быть готова к любому варианту развития событий.
— Ты возишь с собой бальные платья на всякий случай? — Я закатил глаза.
— Возможно, мои привычки кажутся тебе глупыми, но я здесь, потому что ты попросил меня об этом.
— Я попросил тебя организовать раут в Венеции, — напомнил я ей. Просьбу, которую она категорически отвергла.
— И ты до сих пор не назвал мне веской причины для этого. — Она вырвала лилию из вазы и бросила ее в огонь внизу.
— Мою пару похитили. Королевы требуют этого. Гвиневра мертва. Сколько еще причин тебе нужно? — Я был глупцом, раз решил, что ее приезд — хороший знак. Это было не так.
— Я бы посоветовала соблюдать осторожность, разговаривая со мной, — холодно сказала она. — Это ты просишь о помощи, и при этом что-то утаиваешь от меня.
Я не собирался предупреждать ее о королевах и пустующем троне. Я не мог рисковать тем, что она откажется встретиться с ними. Пока мы не найдем Уильяма и не узнаем, где он держит Тею. Если бы моя мать знала, что нужно королевам, она бы ни за что не согласилась на аудиенцию.
— И это ты хранишь секреты, — сказал я, меняя тактику. — Ты была готова рассказать нам правду на Корфу. О Совете. Ты сказала…
— Не требуй правды, скармливая мне ложь, — оборвала она меня. — Почему я здесь на самом деле? Почему Le regine хочет, чтобы сезон переместился сюда? До сих пор они никогда не удостаивали нас своим присутствием. У них есть свой собственный Двор. Какое им дело до нас?
Двор, к которому я когда-то принадлежал, потому что этого требовала моя мать.
— Из-за чего у тебя произошла размолвка с ними?
— Это неважно. — Она отмахнулась от вопроса, небрежно взмахнув рукой.
— А я думаю, важно, — тихо сказал я. — Что между вами произошло?
— Le regine цепляется за мир, которого больше не существует, — сказала Сабина.
Впервые за несколько дней мне захотелось рассмеяться.
— А мы нет?
— Не так. Они отказываются признать, что магии больше нет.
— Правда? — Было время, когда я тоже так думал. Я никогда не верил в рассказы о проклятии. Существовало слишком много разных версий этой истории. Но я прожил достаточно долго, чтобы понять, что магия исчезла, что часть ее была утрачена или забыта, а часть, казалось, струилось в крови, делая ее такой же недосягаемой, как если бы она тоже была утрачена.