Три грани рока
Шрифт:
А основному отряду было не до спасения своего дозорного — на них тоже посыпались стрелы. К счастью, расстояние до засады было изрядным и поэтому, долетая до солдат, смертоносные посланцы уже не имели прежней убийственной скорости. Прикрываясь щитами, гвардейцы и пехотинцы быстро отступили к деревьям. Здесь достать их стрелами издали уже было нельзя. Лучники спешно натягивали тетивы на луки, опасаясь, что горцы кинутся в атаку, но пока варвары сохраняли удивительное хладнокровие и не спешили нахрапом лезть на имперских солдат, изготовившихся к бою.
— Они долго ждать не будут! — голос Ритала дрожал от возбуждения. — Эти дикари строем драться не
— Зато они прекрасно умеют стрелять. Стоит показаться на тропе, нас просто перестреляют, — голос Керита был спокоен. — Занимаем позиции здесь. Держаться плотно — насколько позволяют деревья. Стоять в два ряда, чуть-чуть полукругом в правую сторону. Слева крутой склон, но особо отчаянные горцы могут и на него забраться, так что внимательно! Во время боя вперед не вырываться. Старайтесь сохранять линию пока можно. По сторонам посматривайте, как соседей начнут отжимать, и сами не спеша отходите. Как станут окружать, смыкаемся в круг!
Торстен занял указанное ему место в строю. Слева возвышалось внушительное дерево, и начинался крутой склон. Справа от него позицию занят один из гвардейцев. За спиной привычно расположился Кель, сжимавший в руках лук, но готовый в любой момент отбросить ставшее бесполезным оружие, подхватить прислоненный к дереву щит и обнажить меч.
Горцы нападать не спешили, и в голову начали лезть непрошенные мысли. Торстен внезапно понял, что они ничего не знают ни о численности, ни о вооружении противника. Варвары могли и вовсе не ввязываться в прямой бой, а попробовать просто затравить отряд в горах внезапными нападениями и засадами. Но времени у вождя горцев не было, и он все же решил рискнуть жизнями своих воинов ради выживания всего рода.
Выходить из-под прикрытия деревьев на хорошо простреливаемый тракт горцы не решились. Громкий треск подлеска, а потом и боевые кличи варваров возвестили о начале схватки. Пока волна дикарей не нахлынула на строй императорских солдат, Торстен успел рассмотреть, что горцы сильно превосходят по численности их отряд, зато доспехи имелись не у всех, да и те в основном кожаные. Оружие у них тоже было разномастным — похоже, что дикари бросили в бой всех — от ветеранов до безусых юнцов.
Кель использовал это время с куда большим толком и успел сделать три выстрела. Не теряли времени и другие лучники отряда. Сразу несколько нападавших кувыркнулись под ноги остальным, с торчащими из тел древками. Но остановить стрелами этот вал тел было невозможно.
В дерево слева от юноши вонзилось неудачно посланное копье. Просвистело над головами и несколько стрел. А как только горцы подбежали ближе, их метательное оружие стало куда опаснее. По шлему Торстена чиркнула стрела, еще одна вонзилась в его щит. Стоящий рядом гвардеец с проклятьем поспешно отрубил древки глубоко вошедшего в доски копья и нескольких стрел. В этот момент волна горцев нахлынула на строй императорских солдат.
Торстен и стоящий рядом гвардеец поплотнее сдвинули щиты и приняли на них первого нападавшего. От слаженного удара горца отбросило назад, и меч норда легко разрубил незащищенное горло. Тут же на них навалилось сразу несколько варваров. Удачно отрубив наконечник копья, которым его пытались проткнуть, Торстен обменялся несколькими ударами с еще одним доставшимся ему противником и был вынужден сделать шаг назад под напором одетого в кожаный доспех здоровяка, вооруженного топором и круглым щитом. В дело вовремя вступил Кель, на чей сильный
Торстен даже не успел шагнуть вперед, как был вынужден встречать нового варвара в кольчуге и открытом шлеме. Нападавший умело отбил удар мечом справа, но норд с силой ударил кромкой щита в незащищенное лицо горца, и тот рухнул как подкошенный, глотая выбитые зубы. Торстен улучил момент и рубанул яростно нападавшего на гвардейца коренастого, но могучего дикаря. Его меч рассек толстую кожу с несколькими нашитыми костяными пластинами и глубоко впился в ключицу истошно заверещавшего варвара, а сам норд с трудом успел отшатнуться от удара двуручным мечом, которым ловко орудовал еще один горец, чье лицо было изуродовано многочисленными жуткими шрамами. Но этому умельцу не повезло — он то ли поскользнулся на чьих-то внутренностях, то ли зацепился ногой за одно из тел, но потерял равновесие и стал легкой добычей для клинка гвардейца.
Воспользовавшись секундной передышкой, Торстен поудобнее перехватил рукоять меча, добил хрипящего, но упорно пытавшегося встать горца с выбитыми зубами и шагнул вперед, выравнивая строй. На него с воплем налетел вооруженный кистенем варвар. Норд еще успел как-то отстранено удивиться такому странному выбору оружия для схватки в лесу, когда обойдя подставленный щит, костяная гирька сильно ударила по шлему бойца, а меч Келя отрубил нападавшему руку. Один из горцев попытался насадить Торстена на копье, но отбив несколько ударов щитом, пехотинец изловчился и кончиком клинка отрубил кисть сжимавшей древко руки.
Вокруг вовсю кипела схватка. Горцы были хуже вооружены и обучены, но их было гораздо больше, и варвары с воинственными кличами лезли вперед, не считаясь с потерями. Гвардейцы отбивались уверено и умело. Их спокойствие передалось и простым пехотинцам. Но даже великолепная выучка и хорошие доспехи не всегда помогали. Первые солдаты начали падать, обливаясь кровью из глубоких ран. Имперцам оставалось только порадоваться тому, что копий у горцев было немного и работать строем они были не обучены.
Торстену отчаянно хотелось смахнуть заливавший глаза пот, но противник не давал ни секунды передышки. Вот норду приходится отбивать страшный удар двуручного топора. Оружие горца пробило щит и глубоко засело в его досках. Могучий варвар, в волосах которого уже белели седые пряди, тут же с силой потянул древко на себя. Торстен не успел освободить левую руку из лямок, и был выдернут из и так редкого строя. На него обрушился град ударов. Шлем и наплечники достойно выдержали испытание, не дав оружию добраться до беззащитной плоти, а вот кольчуга подвела. Меч горца разрубил ее кольца, стеганный поддоспешник, и уже потеряв убийственную силу, тем не менее, оставил неглубокую, но длинную и обильно кровоточащую рану на груди норда.
Спасли Торстена соседние бойцы и Кель, дружно сделавшие шаг вперед и на несколько секунд оттеснившие горцев. Варвару с двуручным топором один из гвардейцев сильным ударом разрубил лицо, но даже умирая, дикарь не выпустил оружие, и Торстену с проклятьем пришлось оставить щит.
Оставшись с одним мечом, Торстен отошел во второй ряд, а его место занял Кель. Еще минуту они успешно отбивались от наседавшего противника, когда он краем глаза успел заметить движение слева. Совсем еще юный горец забрался по крутому склону и оттуда прыгнул на солдат. Его тело напоролось на выставленный нордом клинок, но свое дело варвар сделал. Торстен и Кель покатились по земле, сбитые с ног этим безумцем.