Три грани рока
Шрифт:
Расследование странной гибели октата было поручено дознавателю императорской тайной службы. Несмотря на давление со стороны высших чинов смешанной пехоты, желающих побыстрее закрыть дело, он к поиску правды подошел со всем старанием. Словно матерый охотничий пес, дознаватель чуял, что не все в этой истории чисто, но раскопать ничего не мог. Он даже уже собрался послать запрос о привлечении к делу мага соответствующего профиля, но неожиданно ему улыбнулась удача. Допрашивая одного из октатов — друга и земляка погибшей, представитель тайной службы добился от него признания. Выяснилось, что именно этот дворянин
Рассказ бойцов тавта признали правдивым и дознание закрыли. Солдатам предоставили два свободных дня и выдали изрядное количество вина. Счастливые пехотинцы веселились от души. К удивлению товарищей, единственным кто не разделял всеобщее веселье, оказался Кель.
— Не думаю я, что все закончилось. Отец этой твари не успокоится. Ох, рано радуемся, — всегда веселый и неунывающий бывший обитатель трущоб сейчас был непривычно серьезен и задумчив. Но немного посидев с непроницаемым выражением лица, он встряхнул головой, словно прогоняя дурные мысли, и поднимаясь из-за стола, уже привычно озорным голосом произнес. — А и шут с ним. Все равно ничего не изменим, так что давайте гулять, но языки по пьяни не распускайте!
И вот спустя неделю после завершения дознания Ритала поздним вечером вызывают к командиру. Уже казалось накрепко забытые страхи, вновь всколыхнулись в душе, и солдаты напряженно стали дожидаться возвращения ветерана. Лишь один из бойцов тавта не поддался унынию. Естественно, это был Кель.
— Чего носы повесили братцы? Ритал у нас за командира — вот его и вызвали. Может задачу ставят или наконец-таки решили в октаты произвести. Прибудь сюда новый дознаватель или маг, нас бы сразу потянули на допросы, а не давали сидеть тут и разговаривать. Так что сделайте лица попроще и отдыхайте, — сам Кель расслаблено лежал на койке, и казалось, что его ни в малейшей степени не волнует происходящее.
Ритал вернулся через полчаса. Он не выглядел мрачным, скорее задумчивым. Усевшись на грубо сколоченный табурет, ветеран принялся делиться новостями.
— Можете не волноваться. Речь о гибели леди Гейрэ не заходила. Дела куда как постраньше творятся. Тот горец, которого эта бестия приказала зарезать, а мы сюда приволокли, рассказал много интересного. Настолько интересного, что командование не на шутку всполошилось, — Ритал, словно профессиональный рассказчик, выдержал паузу, давая остальным солдатам осознать важность сообщаемых им новостей.
— Ну и что он там нарассказывал? — Не выдержал Торстен.
— Этот дикарь клянется предками, что у горцев появился новый вождь, жаждущий объединить все племена под своей рукой. При этом он обещает дикарям выгнать из их исконных земель всех солдат ненавистной Гирской империи. Это не считая обычной шелухи про богатые походы за добычей и рабами вглубь хорошо обжитых земель, — Ритал опять замолк, ожидая реакции бойцов.
— Ну и чего тут такого важного, что все всполошились? — удивился один из солдат.
— А то, что у этого скаренного горца все действительно может получиться! Уже половина племен признали его власть, а остальные разрознены и скоро будут вынуждены склониться перед ним или будут уничтожены. Эти сведения подтверждаются и из других источников. А пленник как раз из рода, не желающего идти под руку
— Размечтались. Не пойдут командиры на поводу у грязных дикарей, — усмехнулся в усы один из ветеранов тавта.
— Уже пошли, — мрачно ответил Ритал, посмотрев на солдат исподлобья. — Большая война с горцами им не нужна. Проще задавить сопротивление в зародыше, не дав разрозненным племенам объединиться и выступить против нас единым кулаком. Поэтому решено ударить на опережение и отправить отряд для уничтожения слишком прыткого вождя.
— Дай угадаю, кто будет этим отрядом, — мрачно усмехнулся Кель, а Торстен в который раз задумался над тем, кем был в прошлом Ритал. В этом ветеране чувствовалась привычка распоряжаться солдатами, а разговаривал он порой так, словно находился на военном совете.
— Почти угадал, — Ритал недовольно дернул щекой. — От нашего тавта пойдет около полутора десятка бойцов. Отбирать буду я сам. Основную ударную силу составит дюжина гвардейцев.
— Откуда здесь гвардейцы? И из какой тысячи? — посыпались со всех сторон удивленные вопросы.
— Откуда взялись — не знаю, но это, естественно, Сплав [27] . Другие гвардейцы в горы не полезут, — ответил Ритал.
Торстен мысленно согласился с ним. Действительно, смешно было ожидать, что здесь может оказаться кто-то из расфуфыренных золотых или серебряных гвардейцев, не говоря уж о гранитной или алмазной сотнях. А вот солдат Сплава всегда кидали в самые опасные места, они были привычны к пешему бою, в том числе и в горах, поэтому ничего удивительного в том, что на такое важное дело посылают именно их, не было.
27
Сплав — единственная пехотная гвардейская тысяча Гирской империи. В нее отбираются лучшие солдаты и офицеры из числа смешанной пехоты. Считается наименее престижной среди гвардейских частей, но имеет наибольший боевой опыт. Подробнее см. Глоссарий.
— А мы им для чего понадобились? — с подозрением спросил Кель.
— Я же говорю, гвардейцев здесь сейчас всего полтавта. Сочли, что дюжины даже таких хороших рубак может оказаться маловато. Ну а наш отряд заварил всю эту кашу с пленным горцем. Кого как не нас отправить? Ладно, хватит разговоров. Мне еще нужно обдумать, кого не стыдно в рейд взять. Да, и не болтайте за пределами тавта! — Ритал дал понять, что на сегодня общее обсуждение закончено, и бойцы, тихо переговариваясь, разбрелись по койкам.
Утром Ритал назвал дюжину имен тех, кому предстояло вместе с ним отправиться в горы. Естественно, среди них оказались и Кель с Торстеном. Внимательно осмотрев названых им бойцов, Ритал заставил поправить некоторые огрехи в одежде и доспехах, после чего повел их на другой конец лагеря, чтобы познакомить с гвардейцами.
Бойцы Сплава на Торстена особого впечатления не произвели. Он ожидал увидеть в их облике что-то необычное, но просчитался. Конечно, сразу чувствовалось, что гвардейцы опытные и умелые рубаки, но, тем не менее, это были обычные солдаты.