Третья версия

Медведовский Леонид

Из тесного лабиринта городских улиц машина выр­валась на широкую автостраду, капитан прибавил ско­рость.

— В понедельник мы начали, — прикидывал он вслух, — сегодня среда. Считай — неделя через ко­ленку. Как думаешь, стажер, до субботы перелопатишь архив?

— Запросто, товарищ капитан.

— Ну-ну, Коля, не бодрись, на рать едучи. Хорошо бы к субботе довести это дело до ума. А в субботу — на рыбалку. Любишь рыбалить, Коля?

— У нас в Сибири так говорят: «Рыбак душу не мо­рит: рыбы нет — так щи варит». Я,

Евгений Игоревич, не добытчик, я — потребитель. Но зато — благодарный.

Мороз метнул в рот сигарету, прикурил от зажигалки.

— Не рыболов, значит, а рыбоед. Тоже годится. Я буду ловить, а ты — уху варить. Идеальное разделе­ние труда!

Белухин глянул искоса усмешливым глазом.

— Опять выгадываете, товарищ капитан? Опять от­хватываете кусок послаще?

15

Высадив Белухина в аэропорту, Мороз отправился с докладом в городское Управление внутренних дел.

Заместитель начальника УВД подполковник Ширяев, взявший дело под свой контроль, принял капитана без промедления. Мороз положил перед ним папку с нача­тым делом и отсел в сторонку. Подполковник внима­тельно прочитал объяснение, взятое у директора универ­сама.

— Значит, вы не верите в причастность Чеботарева к этим деньгам?

— Нет! — твердо заявил Мороз. — Его боевое про­шлое, его безупречная работа долгие годы...

— Все это эмоции, капитан, — возразил Ширяев. — Мало ли было случаев, когда под судом оказывались и более заслуженные люди. И фронтовики, и партийные, и депутаты... «Грех сладок, а человек падок».

— С этой пословицей, товарищ подполковник, я стал­киваюсь чуть не каждый божий день.

— То-то! Я не думаю, что с сумкой бежал в тот ве­чер сам Чеботарев, это как раз маловероятно. Но деньги могли быть у него украдены кем-то другим. Нужно орга­низовать срочную ревизию универсама. Доверие дове­рием, а проверить не мешает.

— Слушаюсь, товарищ подполковник!

— Чем еще намерены заняться?

— Есть предположение, что тетрадь со стихами ока­залась у одной из одноклассниц дочери Чеботарева. Фа­милии подруг установлены, начинаю проверку.

— Не возражаю, версия правдоподобная. — Снял очки, потер переносицу. — Что с багажной биркой? Кто работает с ней?

— Курсант Николай Белухин.

— Вижу, вы его совсем у Лихарева увели, — неодо­брительно хмыкнул Ширяев.

— На время, товарищ подполковник! Дел много, сот­рудники в разгоне... Скоро верну! Вот найдет владельца бирки и верну.

— Хорошо, — кивнул Ширяев, — это для него будет отличной практикой. Я позвоню начальнику транспорт­ной милиции — пусть окажет курсанту содействие. Трудное задание вы ему дали, Евгений Игоревич. Под­нять регистрационные журналы за десять лет! Неиз­вестны ни номер рейса, ни маршрут, ни дата...

Зазуммерил селектор, подполковник нажал кнопку. Женский голос сообщил:

— К вам майор Лихарев!

— Пусть заходит, — разрешил

Ширяев. Усаживаясь напротив Мороза, Лихарев буркнул:

— Отдай стажера, ловчила!

— Он вернет, — улыбнулся Ширяев. — Если я пра­вильно понял, курсант задействован достаточно серь­езно. Так, капитан?

— Так точно, товарищ подполковник! — Мороз под­нялся. — Разрешите идти?

— Успехов, Евгений Игоревич! — Ширяев пожал руку Морозу. Обратился к Лихареву. — Что у вас, Юрий Гле­бович? Узнали, кто убитая?

— Работаем, товарищ подполковник, — коротко обро­нил майор. И замолчал — хвалиться было нечем.

Ширяев раскрыл папку с делом, принесенную Лиха­ревым, начал листать.

— Докладывайте, майор!

— Оперативная группа делает все возможное для установления личности потерпевшей. Размножены и роз­даны по службам портреты погибшей, подготовлены ориентировки для расклейки на розыскных стендах...

— Дальше! — Ширяев отложил папку в сторону.

— По одежде — ничего достойного внимания. Часть вещей — импортная, но все были в наших магазинах. Б кармане блузки найден автобусный талон. Судя по просечке, потерпевшая ехала на машине десятого мар­шрута.

— Установили автомат, из которого звонил в боль­ницу неизвестный?

— Так точно! Звонили из микрорайона Восточный.

— Ваши выводы?

— Если бы автомат находился в центре, это могло выглядеть как случайность. Шел мимо, зашел в первый попавшийся. Но автомат — в новом микрорайоне, где очень мало квартирных телефонов. Возможно, именно там живет неизвестный.

— ...Или потерпевшая. — Ширяев подошел к стене, раздернул шторки, закрывающие подробный план го­рода. — Смотрите: десятый маршрут часть пути про­ходит по Восточному микрорайону. На месте преступ­ления не обнаружено дамской сумочки, в которой, не­сомненно, были ключи от квартиры. Судя по тому, что вот уже третий день никто не заявляет об исчезновении женщины, дома у нее никого нет. Почему не предпо­ложить, что преступник, воспользовавшись ключами, проник в ее квартиру? И звонил он в больницу поздно вечером как раз из этого микрорайона. Видимо, не был уверен, что женщина мертва, устраивал проверку: вдруг вернется домой раньше времени...

16

Майя Борисовна, заглядывая в раскрытый телефонный справочник, набрала очередной номер.

— Отделение эндокринологии?.. Здравствуйте! Стар­ший следователь прокуратуры Соколова. Нам нужно узнать, не лечилась ли у вас женщина, личность кото­рой мы устанавливаем. У нее была базедова болезнь. Да, совершенно верно, увеличение щитовидки. Я назову приметы, а вы постарайтесь вспомнить. —. И следова­тель подробно перечислила приметы погибшей. — Бо­лезнь не слишком распространенная, поэтому, я на­деюсь, вы вспомните. Фамилия?.. Ее-то я и хочу узнать у вас. Итак, жду ответа. Запишите мои телефоны — ра­бочий и домашний...