Третья сила

Ермаков Дмитрий Сергеевич

— Не надо, — проговорил Бодров, забирая обратно донос неведомого осведомителя. — Согласен, на выражения не скупится, гад. Сразу видно: он нас ненавидит. Ты понимаешь, что это значит?

— Кто-то свой старается? — предположил Ларионов.

Полковник мрачно кивнул.

— В точку, Серег. Свой.

— Но кто? — подался вперед лейтенант.

— Знал бы я, кто это, — давно бы гаду башку открутил, — процедил сквозь зубы Дмитрий Александрович. — Помощь пока не нужна, сам постараюсь вычислить шпика. И глаза вырву, чтоб реально кротом стал. А ты тут смотри в оба, понял? Один тайник я нашел, но сколько их еще — хрен

знает. Ну, бывай.

И Дмитрий Александрович растворился во мраке туннеля.

Лейтенант долго стоял посреди туннеля, растерянно переводя взгляд с ящика, на котором лежало забытое полковником «послание», на сырые кольца тюбингов, исчезающие в кромешной тьме.

«Может, догнать его, вернуть? — размышлял Сергей Ларионов. — Или потом отдать?»

В итоге любопытство взяло верх. Лейтенант осторожно взял рапорт и принялся читать.

Глава 4. КРАСНОБАЙ

Антон Казимирович Краснобай, купец со станции Спасская, слыл в Торговом городе большим чудаком.

Антон Казимирович перебрался в Торговый город три года назад с нищей станции Московские ворота, где перспективы пробиться в люди равнялись нулю, и почти сразу понял: новичкам тут места нет. Все рынки сбыта заняты, все поставщики поделены, все сферы влияния захвачены, и пускать даже к краю кормушки без драки никто не станет. Воевать с мощными торговыми кланами Краснобай возможности не имел. Но все это не стало для начинающего предпринимателя сюрпризом. Он сразу понял, что чем сражаться с другими купцами за старых клиентов, лучше идти своим путем, развивать новые направления. Риск был велик, зато и конкуренцией не пахло. И Краснобай взялся за дело. Нанял челноков, на остатки сбережений купил большую партию сушеных грибов и отправил караван к буддистам на Старую деревню.

Остальные торговцы пальцем у виска крутили, провожая взглядами «краснопузых» (так называли людей Краснобая). Все знали, что народ на Старой деревне живет странный, с ними вообще разговаривать сложно, не то что торговать, да и деньги там не водятся. Но Антону Казимировичу повезло. На Старой деревне за сутки до появления каравана случилась беда: прорыв грунтовых вод уничтожил половину запасов пищи. Буддисты стали ломать головы, откуда им взять продовольствие и на что его выменять, и тут — точно по мановению волшебной палочки — появился караван. Антон сразу понял, что патронами тут не разжиться, зато его взгляд упал на симпатичные растения в горшках, которые буддисты выращивали чисто для красоты.

— На Петроградской точно удастся сбыть, — решил Краснобай и погнал караван по технологическому туннелю, минуя таможни Альянса.

И снова угадал: дендрофилы, тоже слывшие большими чудаками, товар оценили по достоинству, а в обмен нагрузили носильщиков плодами растущих на станции кустов, которые Антон немедленно продал жителям Новой Венеции. А на вырученные деньги купил еще одну партию грибов…

Постепенно дела у Антона Казимировича пошли на лад. В деньгах он не купался, но на плаву держался прочно, а это, считал Краснобай, уже хорошо. Крупным торговым кланам он глаза не мозолил, мелких конкурентов запугал или аккуратно устранил, и зажил по меркам метро почти роскошно: в своей комнате с водопроводом и санузлом; встав на ноги, он смог пару раз в месяц посещать элитный бордель на Сенной.

Авантюры не всегда приносили

прибыль. Несколько раз на челноков нападали бандиты, и молодой купец оказывался на грани разорения, но даже в самые черные дни Антон Казимирович не унывал. «Кто не рискует, тот не пьет грибную брагу», — так звучал девиз Краснобая. Именно он первым из купцов центральных станций принял решение освоить еще одно свободное направление: правобережные станции, известные как Оккервиль.

— Веганцы товар отберут, и всего делов, — посмеивались конкуренты.

— Веселыми грибками заняться решил, Краснотрёп? Приморцы за это голову с плеч снимут, — пугали другие.

— Да Империя скоро раздавит этих ребят, как клопов, не связывайся, — советовали третьи.

Антон Казимирович ничего не отвечал. Однако про себя решил, что сразу вести караван и в самом деле слишком рискованно, и решил разведать обстановку лично. Взяв с собой единственного помощника и по совместительству начальника охраны, Николая Зубова, и захватив мешочек патронов на взятки пограничникам, Краснобай в тот же день отправился в путь.

Проблемы начались еще на Площади Александра Невского.

Краснобая и Зубова досматривали битый час. Первым делом их заставили раздеться до исподнего. Потом вытряхнули на столик все вещи, какие оказались при себе у Антона и Николая.

— Может, они еще в кишках наших покопаются? — шепнул Зубов шефу. Антон Казимирович не улыбнулся. Первое же столкновение с таможней Империи заставило его всерьез задуматься, а стоит ли игра свеч.

Документы Зубова и Краснобая забрали на экспертизу. Потом их отвели в маленькую комнатку, где из мебели имелись только стол, стул и два табурета, и желчный, въедливый офицер, судя по всему, особист, начал допытываться, не связан ли купец с Приморским Альянсом, и с какой целью собирается посетить правобережные станции. Коммерсант начинал понимать, что если экзекуция продлится еще час, он не выдержит и сбежит обратно на Спасскую. С огромным трудом молодому бизнесмену удалось взять себя в руки.

В конце концов, их отпустили, но перед этим предупредили:

— Оккеры в последнее время режим ужесточили, посторонних не пускают. Зря время теряете.

Очень скоро Краснобай убедился, что особисты Империи его не обманывали.

В кромешной тьме, которую едва рассеивали ручные фонари, спотыкаясь на каждом шагу, Краснобай и Зубов с грехом пополам преодолели где-то километр туннеля. На стенах тут и там висели лампочки, вроде бы, исправные, но они почему-то не горели. Ничто не намекало на присутствие людей. Царила полная тишина, нарушаемая лишь едва слышным шелестом туннельного сквозняка да звуком падающих капель. И вдруг точно гроза разразилась над головами путников. Вспыхнул нестерпимо яркий свет, бивший прямо в глаза, а следом раздался громоподобный голос:

— Владения Оккервиля, проход закрыт!

С огромным трудом, прикрывая глаза ладонью, Антон рассмотрел впереди сооружение высотой почти в полметра. Блокпост. Судя по всему, мегафон держал в руках молодой солдат: голос его периодически совсем не к месту «давал петуха». Это немного успокоило Краснобая.

— У них пулемет, шеф. Серьезные ребята, — шепнул Зубов. — Может, лучше свалим?

— Заткнись, — шикнул купец на помощника. Он сделал шаг вперед и крикнул как можно громче:

— Я купец со Спасской!