Третья сила
Шрифт:
— Ошибаешься, Зуб. Ошибаешься. Зато прав был тот шутник, который сказал: «Нет девушек дороже, чем бесплатные». Да, да и еще раз да. Как ты думаешь, Женька хоть раз требовала от меня подарки? Устраивала скандалы на пустом месте? Шантажировала отлучением от спальни? Ныла, чтобы я ее к себе прописал? Нет! А наша, как ты выразился, дыра возникла главным образом по вине чертовых коммунистов.
— Это правда, — признал помощник.
Звездная коммуна считалась общиной весьма экстравагантной, и на это имелись веские основания. Кроме всего прочего, коммунисты испытывали к торговцам из центра классовую ненависть, поэтому сроки срывали без всяких
— Между прочим, она меня свела с тремя поставщиками, если уж о пользе речь вести. А в борделе на Сенной мне, как постоянному клиенту, давно сделали скидку шестьдесят пять процентов.
— Но и эти деньги можно сэкономить, — не сдавался Николай Михайлович. — Бабы разные бывают. Конечно, на Невском проспекте красотки капризные, но ведь сколько есть бедных станций, любая счастлива будет…
— Ты вообще в курсе, какие болячки гуляют на этих «бедных станциях»? — сурово оборвал Антон помощника. — А на Сенной девочек и охраняют, и медицинское обслуживание обеспечивают. И мужчины ходят туда солидные, они их не лупят, не калечат. И не заражают. Поэтому так дорого. Цена не с потолка берется, Зуб. Теперь главное: женщины, работающие там, заслуживают уважения. Они через многое прошли и многого добились.
Зуб слегка усмехнулся. Антон посмотрел на него с презрением.
— Чё ты ржешь? Ты же не глупый мужик, Зуб. Какую, блин, карьеру может сделать женщина в метро? Знаешь хоть одну станцию, где живут бабы-чиновники? Дипломаты? Военные?
— Но на кой ляд бабе карьера? — пожал плечами Николай Михайлович. — Нашла себе хорошего мужика, нарожала деток…
— Вот. Во-от, — закивал Антон с одобрением вместо того, чтобы опять нагрубить Зубову. — Для абсолютного большинства женщин «найти мужика» — предел мечтаний, ты прав. И раньше так было, и тем более в наши сраные времена. Но Женя — не такая. Она хотела добиться чего-то в этой чертовой жизни, которая даже на богатых станциях на жизнь ни хрена не похожа. И она добилась, Зуб! Теперь последнее. Люблю ли я Женю — я и сам не знаю, но это и не важно. Я ее уважаю. Она умная баба, с ней интересно и легко. Женя классный психолог, Зуб, настоящий ас, она всех своих клиентов насквозь видит. Мне иногда кажется, она меня понимает лучше, чем я сам… И она единственный человек в мире, который не имеет мне мозги. Намек ясен? — сухо подвел итог разговора Антон Казимирович. Зубов кивнул и поспешно ретировался.
Ждать Женю пришлось долго. Хозяева борделя никогда не выпускали своих работниц за дверь, если не было свободного охранника для сопровождения.
Но в тот момент, когда в его холостяцком жилище, сияя обворожительной улыбкой, появилась долгожданная девушка, когда Антон Казимирович в первый раз за день выкинул из головы все мысли о работе и расслабился, в комнату, едва не сбив Эмилию, влетел бледный, взъерошенный Зубов.
— Шеф! Эти сукины дети! Эти ублюдки чертовы! Эти му… — закричал он с порога.
— Отобрали товар?! — Краснобай схватился за сердце.
— Да нет, — замотал головой помощник, но договорить не смог, мешало сбитое бегом дыхание.
— Расстреляли караван?! — побледнел как полотно купец.
— Не. Не пустили. Остановили перед блокпостом, сказали: «Транзит запрещен». Ну типа нельзя на правый берег.
— И надолго они перекрыли
— Навсегда, — глухо отвечал Зубов.
Антон Казимирович застонал и закрыл лицо руками.
Эмилия постояла с минуту, видимо, размышляя, в чем больше нуждается Антон, в ласке или в покое. Потом, осторожно закрыв за собой дверь, покинула комнату вместе с охранником, который всегда сопровождал жриц любви на вызовы. За ней вышел и Зубов.
Пламя догорало, оставляя в воздухе тошнотворный запах паленой плоти. Клубы едкого дыма медленно рассеивались, уступая напору вентиляционных установок. Ошметки сажи, похожие на маленьких черных фей, закружились в воздухе, а потом медленно опустились на покрытые мусором плиты.
Зловещий Черный Санитар [11] , переполошивший Чернышевскую среди бела дня, удалился так же стремительно, как и явился. Прогрохотали по перрону тяжелые, гулкие шаги, и вот уже загадочный борец с заразой растворился во мраке туннеля. А посреди станции осталась лежать, источая смрад, сморщенная, уродливая головешка.
Еще пару минут назад это был человек, крепкий, здоровый мужик, который улыбался, напевал себе под нос, делал комплименты женщинам… И вот от него остался лишь обгоревший труп, на лице которого (точнее, на том, что осталось от лица) застыла гримаса невыразимого ужаса и муки. Этот мужик пришел со станции Спасская.
11
Этот герой подробно описывается в романе А.Г. Дьякова "Во мрак". Астрель. 2011.
Шептались, что погибший работал то ли посредником, то ли агентом купца по фамилии Краснобай, а купцов на Чернышевской недолюбливали, да и заразных заболеваний боялись, как огня. Никто не посмел остановить Санитара — ни охрана, ни обычные жители. Все разбежались, кто куда, и жались за колоннами, наблюдая за разыгравшейся здесь огненной мистерией. Только сталкер-ветеран Шаградов по прозвищу Будда метнулся на помощь торговцу, но его оттащили.
— Поделом торгашам. Значит, у них там болезнь гуляет, — говорили друг другу жители, выбираясь из укрытий и принимаясь за прерванные дела.
— Так и надо! — шептались бабушки. — Скорее бы Санитар всю эту заразу из метро выжег.
— Папа, а правда, что Черный Санитар может прийти в любой момент? И никто его не остановит? — лепетал худенький белокурый мальчик лет восьми, дергая за рукав отца, рабочего в спецовке.
— Да, Мишенька, это так, к сожалению, — отвечал отец со вздохом.
— Значит, он убьет и нас? — мальчик побледнел, задрожал и с ужасом огляделся, словно опасался, что уродливый нелепый силуэт прямо сейчас вынырнет из-за пилона.
— Нас-то зачем? Сынок, он убивает только больных, а мы-то здоровы, — произнес мужчина, ласково потрепав сынишку по макушке.
По выражению лица рабочего было видно, что сам он в эту успокоительную ложь не очень-то верит.
Никто из жителей метро не мог назвать себя здоровым. У всех что-то болело, имелись нарушения в работе органов пищеварения или дыхания. А значит, потенциальными «клиентами» Санитара становились почти все…
Немного в стороне комендант Чернышевской отчитывал смельчака, что осмелился броситься на выручку бедняге, приговоренному Санитаром к смерти.