Томительный смех
Шрифт:
– Я подумал, что услышал вора, – пробормотал он сонно, – но это был лишь плод моего возбужденного воображения.
– М-м-м-м.
Лорен прижалась еще теснее и, получив мучительно нежный поцелуй в бугорок ближе к ее рту, закрыла глаза и заснула.
Коулби разбудил ее перед рассветом. Небо по краям окрасилось в розовые тона, а по комнате через высокие, узкие окна по обеим сторонам кровати плясал переливчатый свет.
И когда они утолили свои ненасытные желания, он приподнялся на локте и посмотрел на нее.
– Мужчина может к этому
Впрочем, как обнаружила Лорен в последующие трое суток, может привыкнуть и женщина. Коулби ходил на работу и приходил к ней домой каждый вечер и к ней в постель каждую ночь. Лорен, уверяла себя, что наконец-то она нашла настоящее счастье. У нее было все: работа, которая доставляла ей удовольствие, и любовь мужчины, который неожиданно стал самым важным человеком в ее жизни.
В пятницу, когда после вкусного обеда, приготовленного вместе, они наслаждались, потягивая вино, Коулби откинулся на спинку стула и долго сидел так, напряженно уставясь на темно-красную жидкость в бокале.
Казалось, что он над чем-то размышляет. Неожиданно Лорен почувствовала спазм в желудке от какого-то неясного предчувствия. Она посмотрела на тарелки на столе, на наполовину наполненный вином графин, на корзинку с хлебом и остановила недоуменный взгляд на лице Коулби.
В чем дело? Она должна знать. Что бы там ни было, каким неприятным оно ни было бы, она должна знать. «Пожалуйста, очень прошу тебя, расскажи мне, – умоляла она молча. – Не отгораживайся от меня».
– Что? – Коулби посмотрел на Лорен, и она заметила, что в его глазах была отрешенность, как будто в своих мыслях он был далеко и вынужден был приложить усилие, чтобы вновь вернуться к ней. – Извини. – Его улыбка была горестной. – Я только что обдумывал, как сказать то, что, возможно, тебе не понравится.
Ее сердце затрепетало от страха. Неужели он опять встречался с Энн Малруни и сейчас ему тяжело сказать, что любовная связь с Лорен была всего лишь приятным промежуточным эпизодом? Она приготовилась услышать самое худшее.
– До сих пор ты был очень честен и откровенен со мной, – сказала она, сжимая руки в кулаки под столом. – Оставайся же таким и сейчас.
– Это был твой племянник, – сказал наконец Коулби и с тяжелым вздохом поставил бокал с вином на стол. – Дональд Рийан Хантер. – Под его спокойным тоном скрывалось негодование.
– Донни? – спросила потрясенная Лорен, моргая в замешательстве. – Какое отношение имеет ко всему Донни? К нам?
– Он тот, кто звонил тебе по телефону. Телефонная компания отследила все звонки, и все они были по телефону Хантеров.
– Я не могу в это поверить! – воскликнула Лорен, так сжав зубы, что у нее заболела челюсть. Но чем больше она думала об этом, тем более правдоподобным оно ей казалось. Она припомнила, какой интерес проявил Донни к ее коммутатору, как он пытался запомнить имена клиентов, которые пользовались Службой быстрого ответа. Не было ничего удивительного
– Ух, я, кажется, могла бы его убить! – взорвалась Лорен, полная праведного гнева.
– В таком случае я мог бы арестовать тебя за групповое убийство, – поддразнил Коулби, при этом легкая улыбка согрела теплом золото его глаз. – Послушай, любовь моя, есть еще два молодых преступника. Приятели Донни, которым нечем больше заняться в свободное время, поэтому они присоединились к развлечению Донни.
Лорен ни разу не заметила какого-либо различия в голосе звонившего по телефону. Возможно, это произошло из-за того, что она не столько прислушивалась к звучанию голоса, как к тому, что говорили эти сопляки.
– Куда ты? – спросил Коулби, поскольку Лорен отошла от стола и направилась к двери.
– Позвонить Джин. Не думаешь ли ты, что я собираюсь позволить, чтобы Донни сошло это с рук? – Она заскрежетала зубами и сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. В конце концов это не вина Коулби, что Донни изводил ее на протяжении многих недель. – И если она ничего не предпримет по этому поводу, я расскажу об этом Робу, а затем получу большое удовольствие, когда увижу, как этого сопляка размажут по стенке.
– Извини, малышка, но тебе не придется увидеть, как наказывают Донни и его приятелей. – Его рука, как змея обвила ее талию и задержала Лорен, когда она попыталась пройти мимо него. – Присядь, Лорен. Позволь мне сказать, что следует с ними сделать.
Лорен почувствовала, как страх холодной змеей шевелился в ее желудке.
– Что ты собираешься сделать с ним? – спросила она испуганно, пытаясь высвободить руку.
Его глаза широко раскрылись от удивления.
– Успокойся. Я не собираюсь схватить его и воспользоваться им в качестве учебной мишени для тренировки в стрельбе.
Было бы хорошо, если бы именно она схватила мальчишку и окунула его в кипящее масло, пока еще не прикоснулся к нему никто другой. Он покачал головой в изумлении. Это было не в первый раз, да, впрочем, и не в последний, когда он видел такую ее реакцию.
– Это стало делом полиции с того самого дня, когда ты подала жалобу, Лорен, – сказал он мягко и, увлекая ее вниз, усадил себе на колени и обвил руками. – Я знаю, тебе это не нравится, но это уже не твое дело.
– Что ты собираешься делать?
– Я собираюсь собрать твоих обидчиков вместе с их родителями и…
– О, нет! – Лорен резко развернулась к Коулби вся в панике. – Неужели ты не мог бы поговорить с глазу на глаз с Джин и Робом и сделать в деле пометку, что-то вроде «не подлежит разглашению»?
В этот момент Лорен могла думать только о том, как бы спасти сестру и зятя от того унизительного положения, в котором они окажутся, когда в их дом придет полиция, чтобы допросить их сына.
Коулби покачал головой.
– Он нарушил закон, Лорен. И он должен расплачиваться за свои поступки.