Томительный смех

Брендон Джоанна

Глуповатая улыбка играла на губах Коулби. В одной руке он держал небольшую дорожную сумку, а в другой бледно-желтую розу.

– Поверишь ли, я обошел три разных магазина в поисках свежих крабов для нашего суфле, но их нигде не было.

Лорен не могла не улыбнуться при виде несчастного, как у маленького мальчика, выражения его лица.

– Роза, как я понимаю, это своего рода извинение?

– На самом деле я подумал, что с ее помощью смогу задобрить тебя. Видишь ли, я голоден, а моя кладовая и холодильник так же пусты, как у той

старушки из детской песенки, у матушки Хаббард.

– Заходи, – сказала Лорен, тяжело и драматично вздыхая, и отвернулась. – Я что-нибудь приготовлю для тебя.

– Да хранит Бог твое отзывчивое сердце, – прошептал Коулби так тихо, что Лорен не могла его услышать.

Глава 10

– Черт! – Слово отозвалось в тишине комнаты и эхом вернулось к нему с язвительной насмешкой. Коулби заскрежетал зубами и в третий раз с тех пор, как лег спать, ударил кулаком по подушке, словно она была виновата в том, что он не мог угомониться.

Коулби громко застонал и уткнулся лицом в подушку. И зачем он только не велел ей опять поменять номер телефона? Сейчас ему хотелось только одного: встать, одеться и пойти к себе домой. Этого было бы недостаточно, чтобы избавиться от назойливых мыслей о Лорен, но знать, что она здесь, в нескольких ярдах от него, и он не может к ней прикоснуться, было сущей пыткой.

Хруст, как будто кто-то утаптывал опавшую листву, отвлек его от назойливых мыслей. Инстинктивно Коулби замер, напряженно вслушиваясь, пытаясь определить другие звуки, которые, казалось, раздавались где-то между его спальней и спальней Лорен.

Весь напрягшись, едва осмеливаясь дышать, Коулби встал с кровати, надел брюки и, крадучись, ступая по полу босыми ногами, вышел из спальни. Он не мог рисковать и поэтому не включил свет. Ведь Лорен, возможно, впервые за последние недели, спокойно заснула. Стараясь не шуметь и не налетать на мебель, чтобы не разбудить ее, он вынужден был положиться на свою память.

На кухне была боковая дверь в гараж. Как из большинства гаражей, через боковую дверь можно выйти во двор за домом. Коулби зло усмехнулся. Он решил обойти вокруг дома, подойти к незваному гостю сзади и не дать ему возможности сбежать. Передвигаясь исключительно интуитивно, он безошибочно направился на кухню и выбрался во двор без малейшего шума.

Беспокойные ночи, которые Лорен вынуждена была провести без сна в последнее время, сделали свое дело. Она спала, свернувшись клубочком на второй подушке. Ее первая подушка была уже давно сброшена и лежала на полу.

Какой-то грохот испугал ее во сне. Лорен мгновенно проснулась. Ее обостренные чувства были начеку, тело готово к отпору, хотя сердце колотилось от страха, глаза напряженно вглядывались в темноту и лихорадочно осматривали комнату, опасаясь обнаружить незваного гостя, готового наброситься на нее. Но никого не было видно.

Что происходит! Чтo ее разбудило? Собрав все свое мужество и вспомнив,

что в соседней комнате спит Коулби, Лорен решила все осмотреть. Она так хорошо знала свой дом, что спокойно двигалась в темноте. Когда Лорен вошла в гостиную, она машинально прихватила с собой солдатика из папье-маше. Его кто-то подарил ей, чтобы она пользовалась им в качестве задвижки для двери, но этой ночью он мог бы послужить ей и как оружие. Солдатик был небольшим, но в случае необходимости годился как оружие обороны.

Лорен вспомнила, что перед сном заперла парадную дверь на задвижку, но не была точно уверена, закрыла ли она на ключ дверь в кухне. Боясь, что на кухне на нее могут напасть, и в то же время зная, что должна проверить, закрыта ли дверь, Лорен постояла в сомнении около коммутатора. Она хотела броситься назад в свою спальню, в эту относительно безопасную комнату. Но, зная, что не должна этого делать, Лорен все же пошла на кухню, а там сразу же направилась к двери, ведущей в гараж. Как она и предполагала, дверь была приоткрыта.

И кто-то входил в нее!

Лорен не могла сказать, почему она не развернулась и не бросилась наутек спасать свою драгоценную жизнь. Что ж, если уж незваный гость зайдет в комнату, она мобилизует все свои силы и ударит его солдатиком прямо в лицо. Так все и произошло. Лорен застала предполагаемого взломщика врасплох и ударила его так, что он зашатался.

Издав громкое «Умф!», размахивая в воздухе руками и не находя, за что бы зацепиться, громила стал падать. Лорен отступила назад и дала ему возможность свалиться на пол, а затем включила свет, чтобы посмотреть, кого же она ударила.

Коулби?

Он был на полу. Выражение его лица было очень забавным. Лорен пыталась не рассмеяться, потому что Коулби не оценил бы ее юмора. Но она была не в состоянии контролировать истерический хохот, который охватил ее.

И прежде бывало так, что Коулби сбивали с ног. Но чтобы это был человек полулегкого веса? Нет, никогда! Коулби смягчил падение руками, поэтому его единственной травмой была уязвленная гордость. А тут еще она со своим бурным весельем, подумал он, украдкой бросая сердитый взгляд на Лорен. Она одной рукой держалась за живот, словно тот болел, – возможно, так оно и было, – а другой рукой прикрывала рот, пытаясь сдержать смех. Но все было тщетно. Ее плечи, как и все тело, сотрясались от смеха.

А что за тело! Он не в силах был отвести взгляда, жадно прослеживая линию стройного тела, упиваясь плавностью форм твердых молодых грудок, изгибом тонкой талии, прекрасной округлостью бедер. Она была одета в короткую черную прозрачную ночную рубашку с доходящим до середины бедра вырезом, украшенным фестонами. Ее белокурые волосы были ото сна взъерошены и мерцали при свете. Лорен была само воплощение чувственности.

Он понял, что страстно желает ее. Но, вспомнив об унижении, которое он испытал от ее удара, рассвирепел сам на себя за слабость.