Тьма

Кук Глен Чарльз

Длиннотень вопил, топал ногами по деревянной платформе и так яростно цеплялся ногтями за свою маску, что я начал было надеяться: вдруг он ненароком сорвет ее и откроет миру свое так тщательно скрываемое лицо.

— Я понятия не имею, что он затеял, — спокойно ответил Могаба, не обращая внимания на истерику Хозяина Теней.

Облокотившись на ограждение площадки, он следил за продвижением Ножа и выглядел растерянным — каким я его никогда не видел.

— И не надо так шуметь.

Ревун усугубил переполох серией пронзительных воплей.

Длиннотень вновь прорычал что-то невразумительное.

Запели таглианские трубы. Шадаритская кавалерия вылетела из промежутка между дивизиями Старика и устремилась в разрыв, образовавшийся между корпусом Ножа и остальным тенеземским войском. Их маневр выглядел куда менее впечатляющим, чем продвижение воинов Ножа. Всадники даже не пытались делать вид, что поддерживают строй. Нож не обращал на них внимания. Он продолжал свой марш. Могаба — вот уж на него не похоже — был вне себя от злости, потому как понятия не имел, что замыслил Нож.

Длиннотень и Ревун чуть не передрались!

Что за чертовщина?

Неожиданно грохот барабанов возвестил о наступлении передовой дивизии Костоправа. Она направлялась прямо на то место, которое освобождали силы Ножа. Кавалеристы продолжали движение, прикрывая фланг дивизии. А затем стронулась с места и резервная дивизия. Она развернулась вправо и последовала за Ножом. Я наблюдал все это, вытаращив глаза и разинув рот.

Если смотреть со стороны, события на поле боя походили на хорошо поставленный танец, только вот на самом деле никто не понимал, что происходит. Растерянность была всеобщей. А подальше от передовой, скажем возле наблюдательного пункта Госпожи, люди вообще ничего не знали. Может, у Капитана и были какие-то мысли, но сейчас, в стремлении сохранить контроль за обстановкой, он походил на человека, пытающегося бежать в трех направлениях одновременно. Он ведь не имел возможности увидеть общую картину.

А я ничем не мог ему помочь. К тому времени, когда мне удастся вернуться в свою плоть, очухаться да еще и разыскать его среди атакующих войск не менее как в миле от фургона Одноглазого, вся обстановка коренным образом изменится.

Слева и в центре наши солдаты продолжали гнать перед собой лагерное отребье. Все это превращалось в ужасающий спектакль конфигураций, чудовищную игру, которую наверняка будет помнить не одно поколение. Левая дивизия Костоправа сцепилась наконец с тенеземцами, пытаясь закрепиться на тех позициях, которые покинул Нож. Могаба ввел в бой свои резервы. Дрались они превосходно, и Костоправа потеснили. С трудом. И у меня осталось впечатление, что он не был настроен предпринимать решительные усилия ради овладения этой позицией. Один из шадаритских отрядов прорвался вперед, оказавшись на расстоянии полета стрелы от лагеря душил. Горстка лучников вела беспорядочную стрельбу, но видимого эффекта это не имело. В то же самое время Ревун ухитрился докричаться до Длиннотени:

— Мы не можем позволить себе роскошь тратить время на пререкания между собой. В любой миг эта баба может нанести удар. Если ты не обратил внимания на…

В конце концов Хозяин Теней понял, что если он и дальше будет кричать да буйствовать, то окажется уязвимым для чар.

Напарник не сможет оберегать его бесконечно: ведь Ревун с его дикими воплями

и сам подвержен припадкам.

Все еще трясущийся от гнева, не способный к членораздельной речи, Длиннотень постарался сосредоточиться на Госпоже.

Та выжидала, не предпринимая ничего.

Могаба пытался привлечь внимание Длиннотени. Тот не реагировал, полностью поглощенный наблюдением за Госпожой. Могаба настаивал, но принудить Хозяина Теней обернуться ему удалось лишь после того, как создалось впечатление, что кризис миновал. Страха, который внушали наши солдаты лагерному сброду, было уже недостаточно для того, чтобы заставлять толпу и дальше продвигаться вверх. Дивизия Костоправа отошла на исходную позицию. Силы Ножа остановились в паре миль от поля боя. Их окружили наши наездники и резервная дивизия.

Его бойцы в такой же растерянности, как и прочие тенеземцы. Но они были хорошими солдатами и выполняли полученные приказы.

— Нас обвели вокруг пальца, — промолвил Могаба, обращаясь к Длиннотени.

— Такого никто не ждал. Одним хитрым ударом Костоправ истребил десятую часть нашей армии. Если я и теперь буду придерживаться прежних приказов, мне этого плацдарма не удержать.

В злобном рычании Длиннотени появились вопросительные интонации.

— Единственная наша надежда, — продолжал Могаба, — атаковать сейчас, пока таглианцы рассеялись, прут на нас толпой, а до наших солдат еще не дошло, в каком отчаянном положении мы оказались.

Однако Длиннотень смотрел на происходящее иначе.

— Опять ты забываешь о том, что мои повеления надлежит выполнять безоговорочно, а не размышлять о том, чем они вызваны. Почему ты решил, что к тебе это не относится? И чем ты вообще недоволен? — Длиннотень вперил свой взгляд в корпус Ножа — точнее, в ту его часть, что была видна с вышки. Он и рам был недоволен, но по каким-то иным, собственным соображениям. — ..Ты ведь легко отбил их атаку.

Могаба с трудом удержал свой гнев. Хотел бы я знать, что за прошлое было у этого Хозяина Теней. Трудно представить, что столь могущественный человек может проявлять такую наивность.

Могаба поднял руку, указывая на Ножа.

— Мы оказались в дураках. Целый легион пропал попусту из-за одного лишь твоего желания заполучить еще одного высокопоставленного перебежчика.

Чтоб мне сдохнуть, если до меня дошло, что он имеет в виду.

Впрочем, и до Хозяина Теней никак не доходило, что надо шевелить мозгами. Он видел перед собой картину триумфа.

— Смотри, смотри скольких мы перебили. Там же горы трупов, попробуй пересчитать их. Вороны за сто лет не расклюют всю эту падаль.

Но что-то все же Хозяина Теней тревожило. И взгляд его оставался прикованным к солдатам Ножа.

— Может, один из каждой сотни этих погибших и был солдатом, — рявкнул Могаба, — но по большей части все это воры, бездельники и прочая сволочь, что вечно таскается за войсками да кормится у походных кухонь. Накипь, вот кто они такие. Костоправ использовал эту свору, чтобы отвлечь наше внимание, а сам тем временем украл у нас победу. Наши потери меньше, но мы-то теряли настоящих воинов. Теперь его ветераны имеют численное превосходство. И силы у них свежие.