Тьма
Шрифт:
– Ну не будем об этом больше, ладно?
– Да ты как стыдишься? Своего мужества стыдишься? Того, что людей спас?
– Да нет. Просто… ну, не по… заслугам честь, так что ли? Вот ваши ребята - они жизнью рисковали.
– А ты, значит - нет?
– А я - нет.
– Знал, что ничего они тебе не сделают?
– Ну… тогда… в тот момент… так, " фифти- фифти".
– Ну вот видишь. А рванулся. Мы ведь тоже не на верную смерть идём. И при "фифти-фифти" мужество надо. Так что, за тебя!
– Спасибо, но это… это несправедливо всё-таки.
– А премии типа пулховских или награды олимпиад - справедливо?
– уколола вдруг Синичка.
– Вы… вы… - вскочил из-за стола Максим.
– Вы…
– При всём уважении к вам… Максим, - поднялась из-за стола и женщина, - я не могу терпеть лицемерия. Вам же приятен орден? И вы его заслужили? Нет? Зачем тогда всё это? Перед кем здесь - то выламываться?
– Я не выламываюсь! Действительно, было бы перед кем! Я в себе разобраться хочу! Ай, ну вас! Поехали!
– Я только хотела сказать…
– Поехали же!
– быстро одеваясь, торопил полковника Максим. Из дома он выскочил не попрощавшись с хозяйкой, но, пожав протянутую Холерой руку. Вслед за ним через некоторое время вышел и спецназовец. Этот, наверняка, попрощался и, наверное, успел накоротке обсудить поведение вспыльчивого гостя. Потому что, садясь в армейский "Козлик", пробурчал: "Не одобряю".
– Она не имеет права мне морали читать. Когда мне нужна была помощь, она… она…
– Э, не. Мне это самое не морочь. Кто-то другой тебя крепко задел. А на ней ты уже выместил. Сейчас сидит, ревёт.
– Она… ревёт? Быть того не может! Уж я то знаю!
– Ты? Знаешь? Сколько тебе лет, знаток? Давай, позвони, извинись. Тем более, что она где-то права. В смысле - заслужил - гордись. А то на какое-то жеманство смахивало.
– А куда мы едем?
– На базу. Ты мне зубы не заговаривай. Позвони. Ну, пожалуйста.
– Ладно, - потянулся к сотовику Максим.
– Хотя, она и не права насчёт премии или там олимпиады. Ну, все там с вывихом. Нормальный человек всё это не решит. У меня вывих оказался больше, чем у других… Алло! Это я. Извините. Просто… ну, накипело, наверное, уже… и пить мне нельзя. Вернусь, поговорим подольше, да? Хорошо. Да, конечно, я теперь понял, что вы хотели сказать. Конечно, звоните.
– Ну вот и молодчага. Теперь с лёгким сердцем - в путь.
– А… куда?
– Всё узнаешь. Ещё не вечер. Подготовимся как следует - и вперёд. До Нового года успеть бы.
– До нового года? Кстати, надо посмотреть новости НАСА. Или там ЕКА.
– А что интересует? Я отслеживаю.
– Ну, последние новости по станции.
– А-а-а. Да ничего особенного. Основу поменяли в следующей экспедиции.
– Что? Что именно.
– Там командир заболел. Чаще всего в таком случае весь экипаж меняют, да? А здесь француженка упёрлась. Ну, вот, исследователя командиром и назначили. Должен был на декаду смотаться, понюхать, как говориться, а пойдёт на пол - года. Белый, как я помню. Что, знакомый?
– Да-а! Ещё какой!
– тут же начал набирать
– От Геллы. Ну, поздравляю, па! Это же здорово, а? Да справишься ты! Я? Да всё будет нормально. А когда, если не секрет? Объявлено? Даже так? Нет, наверное, не смогу. Тут опять одна забота. Да и в этом фейсе. Ну, это тебе - глупости. Нет. Но встречать буду, наверняка уже в своём. Да, только этим и буду заниматься. Удачи!
– Странно. Очень странно…- пробурчал полковник.
– Что именно? Разные фамилии?
– Да нет. Бывает. Странно, что контора этого не знает. Деградировала? Или молчит?
– Думаю, не до таких мелочей им теперь. Это раньше - да. Читал - всех родственников проверяли. А теперь…
– Да нет, насколько я знаю - и сейчас проверяют. Другое дело - как реагируют. Но поверь мне, Максим, вот так прошляпить - это просто невероятно, это нереально. За тобой уже такой шлейф тянется… Не знаю, не знаю. Ну да ладно. Приехали. Добро пожаловать.
На поляне в лесу, накрытые маскировочной сеткой, выстроились в каре десятка два автомобилей с кунгами. Максим узнал в одной из них тот самый пеленгатор.
– Жить будешь пока вот в этом - остановил "козла" полковник.
– Устраивайся. Ординарец тебе всё покажет.
– Ординарец? Или денщик?
– усмехнулся Максим.
– Называй как хочешь. Солдат закреплён за тобой.
– Давно?
– Ну… я знал, что ты согласишься. Иди, переодевайся, осмотрись, потом вон в ту машину. Ко мне. Покумекаем. Совещание проведём утром.
Камуфляж пришёлся Максиму впору и даже ко двору. Оно и естественно - обоженный военный человек вызывает больше уважения и меньше гадливой жалости. Вроде, как по долгу службы пострадал, а не в постели курил. Или там сосед газ в квартире забыл закрыть. И такое же кепи с козырьком скрыло обгоревшую лысину и часть лба. Неплохо - неплохо. Ещё бы очки…
Но были не только очки. У этих ребят был свой "визажист". И ещё этим же вечером Максим вновь обзавёлся бровями, усами и небольшой, но пышной кучерявой бородкой. И вот теперь, надев ещё и очки Максим стал похож на… моджахеда!
– Ещё свои прострелят, - пожаловался Макс, рассматривая себя в зеркало.
– Но ты же у нас неуязвим, а?
– Вот я и говорю "прострелят". Костюма жалко.
– Мне бы твои заботы. Ладно. Сейчас принесут ужин. Придёт мой зам. Подумаем, что и как. План-то у нас уже просматривается. Вот как учесть фактор твоих способностей?
– Но о них желательно…
– Конечно. Поэтому слушай и помалкивай. Потом скажешь мне. И ничему не удивляйся.
Денщик - ординарец полковника принёс макароны по-флотски, варёные яйца, хлеб с маслом, чай. Открыл пару банок каких-то консервов, по запаху - рыбных. Предусмотрительно порезал лимон. В командирский кунг забрался и "зам" - жилистый майор с жёстко поджатыми губами и мрачным взглядом.
– Вот, Анатолий Борисович, познакомься. Представитель "оттуда" - отрекомендовал Максима командир.
– Будем ужинать и ознакомим с нашим планом.