Тигр в колодце
Шрифт:
Пожарные уже вытащили нескольких человек из-под обломков, но дом был огромным, и по толпе гуляли слухи: о громадном количестве слуг, о загадочном владельце-инвалиде, о странной машине внутри этого особняка, о потайных комнатах и криках, доносившихся оттуда посреди ночи…
И с каждой минутой эти слухи дополнялись все новыми выдумками.
Утром жители близлежащих домов наконец были допущены в свои владения и смогли одеться, пока пожарные проверяли строения на прочность. Репортеры из влиятельных газет опрашивали шефа пожарной службы, соседей и просто прохожих; художники
И все утро продолжались спасательные работы. Одного за другим из-под обломков доставали слуг. Трое были мертвы, еще шестеро ранены. По словам выживших, пропали пять человек: главный слуга, лакей, служанка, дворецкий и сам хозяин, мистер Ли.
У секретаря, герра Уинтерхалтера, была сломана ключица, однако он был в состоянии держаться на ногах, поэтому помогал полицейским опознавать слуг, которых доставали из-под завалов, и описывал план комнат дома, чтобы пожарным было легче искать.
Среди скопища праздных зевак стояла Маргарет Хэддоу. Рядом с ней за происходящим наблюдали Ребекка Мейер с перевязанной рукой и адвокат Джеймс Вентворт. Каждый раз, когда один из пожарных кричал, что нашел кого-то, они делали шаг вперед, и, затаив дыхание, старались через головы людей разглядеть, что происходит там, на развалинах, и каждый раз разочарованно вздыхали. Они практически не разговаривали друг с другом.
Маргарет почувствовала, как кто-то положил руку ей на плечо.
Она обернулась и увидела Джима — загоревшего, растрепанного, перепачканного, с угрюмым лицом. Мисс Хэддоу вскрикнула от удивления и схватила его за руку. Они знали друг друга с незапамятных времен, и ей очень захотелось обнять его.
— Ты знаешь, что происходит? — спросил она. — О, прости, это мисс Мейер, она присматривала за Харриет. А это мистер Вентворт, адвокат нашей фирмы. Когда ты вернулся?
Джим рассказал все, что случилось во Фруктовом доме.
— Когда я уходил, Пэрриш все еще был там. Сара-Джейн осталась. Мистер Вентворт, мне самому понадобится юрист: этот мерзавец успел вызвать полицию. Как, черт подери, простите, все это случилось?
Ребекка сказала что-то по-немецки. Мистер Вентворт перевел:
— Мистер Тейлор, вы не нашли девочку в Твикенхеме? Мисс Мейер очень беспокоится, она винит себя за то, что произошло.
— Скажите ей, что она здесь ни при чем. Насколько я знаю, мистер Голдберг послал три группы на поиски Харриет. Одна группа следила за этим местом, мистер Мендел приехал в Твикенхем, а сам мистер Голдберг отправился в Клэпхем. Раз ее нет здесь, и нет во Фруктовом доме…
Ребекка опять быстро заговорила. Джим расслышал имя «Голдберг» и взглянул на адвоката — его интриговал этот потрепанный человек с некрасивыми чертами лица и огненно-рыжей шевелюрой.
— По-видимому, — начал мистер Вентворт, — мистер Голдберг сегодня утром единолично предотвратил погром в еврейском квартале. Мисс Мейер слышала, что толпа хотела разгромить булочную
— Арестовали? Его тоже? Но погодите, если он был в Уайтчапеле, значит, в Клэпхеме его быть не могло. Так, может быть…
В этот момент Маргарет вскрикнула и схватила адвоката за руку, указывая в сторону развалин.
Один из пожарных махал рукой. Он нагнулся, отбросил пару кирпичей, и из-под завала показалась голова, плечо, затем рука…
— Это не Салли. — Джим разочарованно опустил голову.
Но Ребекка закивала, ее лицо просветлело, она начала что-то очень быстро говорить по-немецки.
— Нет, это она! — воскликнул мистер Вентворт. — Мисс Мейер говорит, что Салли постриглась и покрасила волосы…
Джим не стал ждать. Растолкав людей впереди себя, он схватил какое-то одеяло, взобрался на руины, оттолкнул пожарного и увидел ее. Салли лежала на куче камней изможденная, исцарапанная, вся в синяках. Неожиданно она заметила Джима, застывшего всего в паре метров от нее.
— Посмотри, на кого ты похожа, — мягко сказал он. — Как не стыдно лазить по развалинам в одной ночной рубашке. Вот, накройся одеялом, держи…
Дрожащими руками она вцепилась в друга и с его помощью начала медленно спускаться с груды обломков.
— Где Харриет? — пробормотала Салли.
— Пока ищем.
Ей помогли спуститься на землю, чулки были разорваны, ноги разбиты в кровь, тут она увидела Маргарет, русскую девушку и полицейского.
А также человека с рукой на перевязи, который сказал с немецким акцентом:
— Да, это она. Полицейский взял ее за руку:
— Мисс Локхарт?
Они стояли на дороге, всего в двух метрах от ограждения, сдерживающего любопытную толпу. Маргарет попыталась дотянуться, но не смогла.
— Да, это я, — хриплым голосом ответила Салли, дрожа от холода.
— Мисс Локхарт, вынужден арестовать вас по обвинению в покушении на убийство. Все, что вы скажете…
Возникло всеобщее замешательство. Народ удивленно зароптал, трое репортеров, что были поближе, ринулись вперед, предвкушая узнать подробности; Джеймс Вентворт пытался удержать Джима, который, похоже, был готов растерзать полицейского; секретарь стоял рядом, невозмутимый, покусывая губу; Маргарет и Ребекка кинулись через барьер помочь Салли, которая без сил опустилась на землю.
Но она не упала. Она высвободилась от поддерживающих ее рук, села, приспустила порванный и мокрый чулок и достала оттуда сложенный лист бумаги. Затем дрожащими руками протянула его Маргарет.
— Открой! Открой, только осторожней…
И вся толпа любопытным вихрем окружила их: небольшой пятачок земли, на который уставилась тысяча глаз. Маргарет, поняв, что держит в руках какую-то очень важную бумагу, аккуратно, стараясь не порвать, начала разворачивать ее. Салли сложила листок в четыре раза. Если чернила потекли…