Тигр в колодце

Пулман Филип

— Безусловно.

— Премного благодарен. Сколько у вас людей?

— Шестеро.

— Тогда поступим так. О том, чтобы вломиться в дом, и речи быть не может. Мы ведь не хотим выходить за рамки закона?

— Нет-нет, — ответил Мендел. Сара-Джейн заметила, что они разговаривают несколько театрально, словно улыбаясь в глубине души, однако на их лицах улыбок видно не было.

— За рамки выходить не будем, — продолжил Джим. — В таком случае я приглашаю вас и ваших друзей на завтрак, раз уж сегодня такое паршивое утро. Я ведь могу

звать к себе в гости кого угодно? Но мне хочется попроказничать, поэтому мы зайдем не через парадную дверь, а влезем в окно на первом этаже. Потом неожиданно обнаружим в моем доме какую-то странную мебель. Какой ужас. Думаю, надо выкинуть ее в окно. Затем наверняка прибежит какой-нибудь незнакомый человек посмотреть, что случилось. И если он дерзнет помешать нам насильственным образом, вполне понятно — вызовет наш гнев и негодование и схлопочет по полной программе.

Пока Мендел созывал своих людей, Джим несколько раз махнул в воздухе тростью, проверяя, хорошо ли она лежит в руке.

— Обычно в драку я беру с собой кастет, — объяснил он Менделу. — Но против десятиметровых питонов и ядовитых лягушек он бесполезен, так что с собой у меня его нет. Но палка сойдет.

Сара-Джейн оглядела компанию бандитов из Сохо. Мрачные, все в шрамах, они, похоже, привыкли жить, постоянно воюя. А Джим с загоревшим лицом и озорным блеском в глазах походил на пиратского капитана.

— Итак, господа, — начал он, — с превеликим удовольствием приглашаю вас позавтракать у меня. Сара-Джейн, как только мы окажемся внутри, начинай искать Харриет. Может, она и там. Если найдешь, оставайся с ней, пока не будет безопасно выходить.

Ее сердце отчаянно колотилось, она не знала, от страха это, от восторга или от того и другого вместе. Сара-Джейн прошла вместе с Джимом, Менделом и остальными по тропинке вдоль кирпичной стены, затем вошла в калитку и оказалась среди кустов, растущих в саду.

Джим указал на конструкцию из стекла и металла справа от них у стены.

— Если удастся забраться на ограду, до окна ванной будет рукой подать — видите? Там, где растет плющ. Конечно, если мы застанем там Пэрриша, придется отвернуться, пока он не оденется. Правильно, Сара-Джейн?

Она кивнула. Она не привыкла лазать на заборы, но, в конце концов, он был не таким уж и высоким — метра три. К тому же его не было видно из кухни и гостиной, где, похоже, и находились все обитатели дома.

Джим отыскал в траве старую деревянную лестницу и приставил ее к ограде.

— Что ж, полезли, — скомандовал он.

Салли ударилась головой о какой-то камень и оказалась под водой, ее ночная рубашка задралась, она пыталась высвободиться, отчаянно работая руками. Наконец ей удалось вынырнуть и нащупать ногами твердую поверхность.

Она протянула руку в попытке ухватиться за что-нибудь, но обнаружила лишь пустоту. Вторая попытка была удачнее — Салли уцепилась пальцами за что-то прочное, все еще стоя в бурлящей воде.

Теперь

ей было на чем стоять и за что держаться.

— Я не хочу умирать! — закричала она. — Не хочу! Я не умру!

Тут ее ноги начали скользить, она нащупала рукой балку чуть подальше и потихоньку начала вылезать из воды.

Хоть бы один лучик света! Салли знала лишь, что на расстоянии вытянутой руки с одной стороны было безопасно, а на таком же расстоянии с другой ее ждала неминуемая гибель. Здесь можно было запросто потерять волю к борьбе. Но она схватилась за какой-то металлический прут и медленно, сжав зубы и не обращая внимания на дрожь, от которой сотрясалось все тело, продвигалась вперед.

Она опять протянула руку — перед ней было пустое пространство. Сбоку, кажется, целая гора кирпичей, бетонных обломков, камней, штукатурки, и на эту гору можно было забраться.

Еще одно усилие, и Салли вскарабкалась на нее, вся в синяках, ссадинах и окоченевшая от холода; тяжело дыша, она лежала на куче обломков и пыталась прийти в себя. Затем перевернулась на спину. Острые края камней и кирпичей впились ей в ребра, и тут она увидела свет.

Настоящий свет.

Он не исчез после того, как она закрыла и снова открыла глаза: слабенький серый лучик света далеко вверху…

Салли села, чтобы лучше разглядеть его, и ударилась обо что-то головой, так что сверху посыпались мелкие камешки. Она вскрикнула от боли и пошатнулась, чуть не сорвавшись обратно в воду.

Затем подняла руку, защищая голову, и снова взглянула наверх. Точно: это была шахта лифта, и там, где она кончалась, виднелось небо.

— Помогите! — закричала она. — Помогите! Помогите!

Хотя, если весь дом рухнул, вряд ли кто-то сможет ей ответить.

— Ладно, — сказала Салли вслух. — Я выберусь. Как крыса, сдохнуть здесь я не собираюсь.

Ее голос звучал глухо, к тому же его перекрывал шум воды, но разговоры с самой собой действовали ободряюще.

— Вставай! — сказала она. — Давай же. Если свет виден, значит, до него можно добраться. Шевелись, лентяйка. Даже если ты слишком толстая, чтобы пролезть в эту щель, будешь висеть там и во все горло звать на помощь. Вперед.

Нащупывая дорогу перед собой, стараясь не удариться головой, Салли аккуратно встала на непрочные, осыпающиеся камни и взглянула вверх. Она чувствовала свежий воздух, это был замечательный запах. И начала карабкаться.

Пэрриш был не в ванной. На втором этаже вообще никого не было, как выяснил Джим, пока остальные лезли по лестнице. «Хорошо работают! — подумал он. — Тихо, быстро. Чего удивляться, они же профессионалы, люди опытные».

— Даже детскую не приготовили, — шепнул он остальным. — Ее кровати нет, игрушки тоже исчезли… Думаю, он вообще не собирается привозить ее сюда. Сара-Джейн, останься наверху. Присмотри за моим рюкзаком, хорошо? Только не урони — там засушенная голова для Элли.