Тетрадь слов

Сурганова Светлана Яковлевна

* * *

Все дано на благо нам. Все дано нам на то, чтобы пройти этот путь и осветить его пониманием, добротой и любовью. Все дано нам для накопления внутренней силы: и свет любимых глаз, победы, поражения, день и ночь, рождение и смерть…

* * *

Высказывайтесь! И пытайтесь высказаться, даже если мысли ваши не совсем оформлены. Ведь чисты помыслы ваши. Ибо все это несет работу души и сердца. А слушающий услышит, ибо даны Богом ему уши, разум и душа.

* * *

Радуйтесь! Радуйтесь

написанному слову, сказанному вам слову. Слову, рассеявшему ваши сомнения и укрепившему волю вашу. Будьте отзывчивыми. Каждое прикосновение к вам воспринимайте как источник энергии, любви и добра. Ибо прикоснувшийся к вам сам того жаждет.

* * *

Скажите ему, что он гениален, и он станет гениальным. Скажите ему, что он чист, и он займется очищением души. Потенцируйте! Не скупитесь!

* * *

Если ты живешь в пяти измерениях, и тебе их не хватает, найди шестое. Не хватает шести, найди седьмое. Должно иметься все необходимое, что полностью раскрывало бы тебя.

* * *

Одно время я сильно интересовалась эзотерикой, восточной философией и буддизмом. Тогда мне в руки попали труды Рериха и Блаватской. Я читала эти строки, и во мне рождались мысли — на той же волне, в похожей стилистике, в подражание. Это был важный этап моей жизни. Истоки того света, который есть во мне, — в этой самой книге.

Про радугу и гамму

Нота «до» пахнет розой, у нее красный цвет, и живет она в Мулате. Нота «ре» оранжево-прекрасно поживает в забавном месте — Свадхе. Нота «ми» от мимозы, желтая такая, поселилась у райпищеторга у всеведущей Манипуры. Нота «фа» из леса взяла все оттенки зеленого цвета и поет свои песенки Анахате. Нота «соль» от волны морской, соленой, голубой. У нее есть друг Вашудха. Нота «ля» лялякает по вечерам с синевою небосклона. У нее есть Аджна. Нота «си» так высока, что вся сиреневого цвета, будто вляпалась куда-то, но у нее большие связи, ейный друг сам Сахасрара. Ну вот, собственно, и все…

Смольный собор

В разоренном гнезде кричит воронье. На крышу мою спустилась ночь. Дождь смыл слезы мои, ласкал ветер меня. К решетчатым окнам лазури стен божества, к золоту крестов, к стону ветра на колокольнях я иду…

1990

* * *

Смольный собор — одно из моих любимых архитектурных сооружений. Я прихожу, разговариваю с ним, размышляю о Вере, о религиях. На данном этапе собственного развития я — сторонница пантеизма. Я верю, что Бог — един. Просто люди придумали ему много имен и ликов. Я искренне надеюсь, что когда-нибудь распри между людьми на религиозные темы закончатся.

Послушайте, ведь это просто

Послушайте, ведь это просто: з акрыть глаза, забыть про боли в теле и что есть сил на деле отдаться полностью иллюзиям. Как здорово! Протягиваю руку сквозь расстояния, касаюсь левой окольцованной безымянности. Когда б так наяву!.. Целую Вас вне времени и вне пространства — сказку странствий, мою мечту — блудницу непокорную. Когда

б так наяву!.. Ощущаю ветер Вашего дыхания без знаков препинания. Как здорово! А Вы, такая тихая, прильнув ко мне доверчиво и ласково, роняете стихи. И я опять молчу, внимая… Вот так бы наяву! Ну вот, я уже и сплю. Послушайте, ведь это просто…

05.10.1990

* * *

Очень юношеское стихотворение — о жажде близости.

О платоническом, перерастающем в брутально-телесное. Налицо — мой «скорпионий» темперамент.

Сколько сказано слов…

В. С

Сколько сказано слов, сколько выпито снов о тебе, мой друг, о тебе. Мой беззвучный упрек в том, что ты одинок, я оставлю в блокноте себе. Твоя скованность рук, моя сомкнутость губ нам отпущены были в срок. Время шло, время жгло, но теперь отлегло, не волнует сюжет бытия, ни игра, ни слеза, ни шекспировский слог, ни даже доступность твоя. Отлегло…

1990

Стихи Человека, который в конце концов повесился

Напьюсь ключевой воды из ручья. Утоплюсь в волнах солнечного света. Приколюсь сосновой иголочкой к старому пню. Отрублюсь под звуки птичьего пения. Обожгусь от раскаленного на солнце камня и повисну на красной ниточке радуги под солнцем…

1990

* * *

Стихотворение шокирует названием, но это — всего лишь уловка. Сам текст — забавный, улыбчивый, веселый. Это суть жизни — улыбка даже в самом трагедийном и глубочайшая трагедия в чем-то внешне смешном.

Борьба противоположностей и их единство.

* * *

Я был бы дирижером первой скрипки, когда б не стукали так часто по мозгам: уймись, дурак, она сама прекрасно слышит, где сделать паузу и с кем пуститься в пляс. Я был бы сторожем ее колен и пальцев, но ведь она сама кому угодно даст отпор. Я лег бы тротуаром под ноги в черных сланцах, клавиатурою, чтоб мной играл тапер. Я стал бы слабым, бедным, многодетным, чтоб вызвать в ней хоть чуточку участия. Но взгляд ее суровый и надменный — вот где причина всех моих несчастий. Я разорвал уж на себе все сухожилья струн! Оглох сам от себя, крича, что я каноник. И лишь во сне я разговариваю вслух,  прижав к своим губам ее разумные ладони. Я был бы… Но нет тебя…

21.01.1991

Ломтик луны

Ломтик луны, укутанный серой ватой ночных облаков, как нечто несвойственное этому миру, глядит потусторонним светом в меня. Как, скажи, она здесь? Зачем и откуда? Ведь свет, так несвойственный этому миру, все-таки есть, пусть даже он лунный, а значит, холодный. Так ведь и ты себя называешь Луной… Лунное притяжение… А может, это звезды? Или украшение черного, бескрайнего, бессмысленного? Украшение? Или попытка придать смысл? Все встанет на свои места, когда тучи скроют Луну, выключится на кухне свет, и мы ляжем спать…