Тени

Смирнова Александра Юрьевна

— Добрый день, Сай, привет, Эмиллиан, — как ни в чем не бывало откликнулась Веорика, восседая на моих коленях. Я от души пожелал провалиться сквозь землю!

— Веорика?! — удивлению Эма не было предела, а вот Темный Принц смолчал, в кой-то веки.

— Я думаю, что Элиот вполне здоров, — процедил он сквозь зубы. — И сам может пойти отцепить от меня Лазаря! Верно, Эмми?

Целитель побагровел еще сильнее, сжал кулаки и… и так же быстро сдулся, приняв плохое настроение принца как неизбежное зло. Он оттеснил дроу плечом, легко и просто деактивировал

заклятья и в меру степенно сказал:

— Элиот, ты свободен. Здесь все-таки больница, а не проходной двор…

Он бы еще вякал!

— Что так обеспокоило Лазаря? — задал я вопрос, после того, как Эмиллиан ушел. Намекнул, что можно выметаться, и смылся. Веорика и не подумала слезать с меня, или с кровати, как кому удобнее считать, и от этого дроу ласковее не становился. Она хоть и маленькая, но вполне имеет какой-то вес, а потому ноги медленно начинали неметь.

— Труп, доставленный сюда межконтинентальным порталом. Тело, предполагаемо, принадлежало тому самому колдуну. Вывалился утром перед зданием Асаи-да-Таи…, как это у вас нормальным языком называется?!

— Не надо, я понял… Веорика, ты можешь, хм, встать с меня? Я должен одеться.

— Легко.

— И было бы неплохо, если бы ты не заставляла больше Триану ждать, — добавил Сай. Проводил маленькую фигурку взглядом, плотоядно ухмыльнулся, а когда за ней закрылась дверь, облегченно вздохнул.

— Веришь, нет, но мне гораздо спокойнее, когда она вне пределов чьей-либо досягаемости вообще… — с неожиданным мученическим вздохом признал Сай. — Была бы возможность, запер где-нибудь ради сохранности своих нервов. Ну почему она на меня так действует?

— Как?

— Очень сильно. Ты можешь себе представить, чтобы я ревновал её к любому движущемуся объекту?!

Эрра, хорошо, что спина не выражает всех эмоций, что проступили на моем лице. Это правда. Стоит мне подумать о Веорике, как ненавязчиво понимаю, что хочу, чтобы она была только моей. Дурное, нехорошее желание… И Темный Принц вообще не ведал, что такое ревность, а тут так сразу неожиданно… Права ли Веорика, и это действительно мои ощущения у него? А вчера меня накрыло волной его эмоций? И что это может значить?!

— Боги… я вообще не понимаю, как я мог так сильно измениться за несколько месяцев?! — причитал Сай. — Но в любом случае, это к делу не относится. Беги скорее займи чем-нибудь своего Лазаря. Он почему-то считает, что если его принц не в состоянии, можно донимать другого! И с чего он взял, что я знаю о колдуне больше вашего?

— Не знаю, почему бы тебе этот вопрос ему не задать?

* * *

Этот разговор произошел почти сразу после начала её тренировок с Сай-ли. После первой попытки Трианы объяснить ей, что такое изменчивость метаморфоз, на следующий день, когда Сай был немного занят чем-то иным, она ждала Триану, а пришла я.

Я уже много дней не находила себе покоя, мучаясь один вопросом — не обманывают ли меня мои глаза? Да, я видела это лицо у нее только один раз, сразу после этого она предстала в облике

эльфы. Но тут, даже здесь были знакомые мне черты. Едва ли кто-то мог бы мне поверить, что её лицо приняло в себе черты нашей почитаемой богини. Никто на это внимания не обратил, но я была свидетелем рождения нашей защитницы, я знала ту, что стала причиной появления Элейн Светлоликой. И я не могла найти разумного объяснения тому, что Веорика обладает способностями, не всеми, но вполне достаточными, способностями Плачущей Звезды. Это было просто немыслимо! Если бы Пансинрар был здесь, он бы наверняка нашел объяснение появлению этой девочки. А мне оставалось лишь спросить её саму об этом.

— Таюя? — удивленно воскликнула Вея, поднимаясь с травы. Она сидела у фонтана, на заднем дворе особняка де Лорэн весьма удобно чему-либо тренироваться. — Я рада тебя видеть.

— И знаешь, зачем я пришла? — поддела её я. Конечно, как же не знать о её внезапных прозрениях? Я все о ней знала, все, что было возможно. Кроме самого главного — кто она? Но сейчас я получу ответ на этот вопрос.

— Я знала, что ты придешь, но не знала, когда, — ответила она. — Что ты хочешь знать? Я не могу ответить на все твои вопросы, едва ли я сама знаю ответы на них. Но я расскажу тебе все, что знаю.

— Тогда… — я подошла ближе. Разговаривать стоя будет неудобно, чувствую, это будет долгий разговор. Надо присесть. Она поняла меня без слов, и мы устроились на травяном ковре. — Скажи мне, какое отношение ты имеешь к Ринель? Ты знаешь, кто это такая?

— Поразительно, ты её помнишь… — сказала она, заинтересованно нагибая голову. — Конечно, я знаю, кто такая Плачущая Звезда. Это я и есть.

— Разве? — я облегченно и одновременно настороженно вздохнула. — Ринель погибла более десяти тысяч лет назад. Она отдала свою силу Древу Жизни, после чего отдала свою жизнь за людей. Благодарность эльфийского и людского народа породила богиню жизни, Элейн.

— Я знаю. Но тогда давно, я была ею, я была Ринель, той, которую ты помнишь. Той, которую украл у людей Пансинрар.

— Каким образом это возможно?

— Я не могу ответить на этот вопрос. Не сейчас, по крайней мере. Таюя, извини, но и на этот я тоже не знаю ответа.

— Ясно… тогда скажи, зачем ты, кем бы ты не была, сейчас здесь?

— Я прячусь. Возможно, ты даже знаешь от кого. Она тоже выглядит, как Ринель, только это не она. Принц Элиот говорил ведь о странных событиях в Нарне?

— Я знаю, но я тогда решила, что это просто совпадение. Но ты обладаешь теми же способностями, что и Ринель.

— Едва ли. Её сила была иной.

— Выглядит одинаково. Ты прячешься от этой человеческой девчонки? Она как-то может угрожать тебе?

— Может, и не как-то, а определенным образом. Не переживай, я покину Лотлориан скоро.

— Веорика… ты не можешь…?

— Я сделаю все, что смогу. Но проблема в том, что я не Плачущая Звезда. Элейн не допустит смерти эльфийского народа, она была создана для вашей защиты, от войн, зла или болезней.