Тени тебя
Шрифт:
— Чай подойдет.
Сев за обшарпанный кухонный стол, я наблюдала, как Роан двигается по моей кухне так, словно прожил в этом доме всю жизнь. Не стоило удивляться — он был мастером наблюдения и умел за секунду подмечать мельчайшие детали.
Пока чайник нагревался на плите, я повернулась к Лоусону:
— Какой план?
Он откинулся на спинку стула:
— Роану показалось, что мой разговор со Стивеном и Тайсоном вышел слишком мягким, так что мы заехали к ним в дом по пути сюда.
Я
Он только покачал головой и продолжил возиться, но то, как его крупные, загрубевшие руки казались огромными рядом с кружками, которые Кэйди подбирала с таким старанием, заставило мое сердце болезненно сжаться.
Я заставила себя снова сосредоточиться на Лоусоне:
— И как прошел второй разговор?
Его лицо было нарочито спокойным, и эта выученная невозмутимость заставила меня насторожиться.
— Им сообщили, что теперь им запрещено появляться на территории The Brew и возле твоего дома. Если нарушат официальный запрет — будут арестованы.
— Сомневаюсь, что им это понравилось, — пробормотала я.
Роан поставил передо мной кружку с пегасом:
— Им не обязательно должно это нравиться. Главное — чтобы слушались.
Я посмотрела на кружку с радугой в его руках:
— Это что, какао?
Щеки Роана чуть тронул румянец, он пожал плечами:
— Люблю какао. Только не в придачу к мороженому.
Лоусон обмакнул чайный пакетик и стал неторопливо поднимать и опускать его в воде:
— Я попрошу ребят присматривать за ними.
Я напряглась:
— Я не хочу, чтобы кто-то еще узнал.
Выражение Лоусона смягчилось:
— Никто здесь не поверит в ту чушь, что несут эти теоретики заговора.
Я прижала ладони к бокам кружки, пытаясь впитать в себя тепло и не дать темным воспоминаниям прорваться наружу:
— Ты не знаешь, как это было, — прошептала я. — Люди были ужасны. Одни просто смотрели с жалостью, но другие… были жестоки. Кто-то вылил мне на голову целый стакан ледяного кофе. Другой человек, пришедший ко мне в офис на встречу, закричал, что я лгунья и шлюха.
И все знали, где меня искать — спасибо Орэну Рэндалу.
Я уставилась на темную жидкость в кружке, и воспоминания навалились тяжелее — о том, как все стало еще хуже.
Чья-то ладонь мягко легла чуть выше моего колена и сжала его. Я резко подняла глаза на Роана, но он не пошевелился.
— Мы не дадим этому повториться здесь, — пообещал он.
— Вы не сможете это остановить. Никто не сможет. Не если все узнают правду.
Лоусон шумно выдохнул:
—
Я сглотнула и кивнула:
— Спасибо.
Роан сжал мое бедро еще раз, а потом убрал руку. Я тут же ощутила отсутствие его тепла. Хотелось умолять, чтобы он вернул его. Мне нужно было это ровное давление — оно будто заземляло среди бешеного водоворота мыслей.
— Нужно понять, как они тебя нашли, — сказал Лоусон.
Я кивнула, глядя на темнеющий чай.
— Кто-то еще находил тебя здесь? — спросил он.
Кровь похолодела, мышцы натянулись, как струны:
— Мне пришло письмо.
Воздух вокруг будто зарядился электричеством.
— Какое письмо? — прорычал Роан.
— Не из тех, что греют душу, — ответила я.
— Оно было подписано? — спросил Лоусон.
Я покачала головой:
— Нет. Но я знаю, кто его прислал.
— Кто? — потребовал Роан.
— Джон. Человек, который убил мою сестру.
21
РОАН
Ярость билась во мне, перемежаясь с ледяным, пронзающим страхом. Ни то ни другое я не приветствовал. Черт, я вообще не приветствовал никаких чувств. Никаких крайностей. Мне было ближе ровное течение, спокойствие.
Сейчас я был всем, чем угодно, только не этим.
— Почему, черт возьми, ты ничего не сказала? — рявкнул я.
Аспен отпрянула, и я понял, что следовало хоть немного обуздать свои эмоции.
— Сбавь обороты, — предупредил Лоусон.
— Нам нужно было знать об этом, — процедил я.
Лоусон поставил кружку на стол:
— Когда ты получила письмо?
— Пару дней назад, на абонентский ящик.
Я сжал челюсть:
— Значит, он знает, где ты.
Руки Аспен дрожали, когда она ставила чашку.
— Он в тюрьме. Не то чтобы он мог появиться здесь. Если бы хотел меня разоблачить, он сделал бы это сразу. Не стал бы посылать предупреждение.
Она выдохнула дрожащим дыханием:
— Джону всегда доставляло удовольствие показывать, что его руки длинные. Он присылал мне цветы на работу. Шоколад домой — тот, на который у меня аллергия. Он хочет, чтобы я боялась. Любым способом.
— Как ты знаешь, что письмо от него? — спросил Лоусон.
Я позавидовал брату в тот момент. Как же легко ему сохранять спокойствие. Быть рассудительным, уравновешенным, невозмутимым.
— Я знаю его почерк, — объяснила Аспен. — Открытки на Рождество, документы, кроссворды.
Потому что дьяволом был не чужак снаружи, а кто-то изнутри ее семьи.