Тени тебя

Кэтрин Коулс

Кэйди влетела в дом, как только я открыла дверь, и тут же начала осыпать Чонси объятиями. Я быстро захлопнула дверь и снова её заперла, подойдя к окну и осматривая подъездную дорожку. Смотрела и ждала, пока Мэдди не уехала. Серебристого фургона не было видно. Но это не значило, что он не появится.

— Мама?

Я обернулась на голос Кэйди.

Она нахмурилась:

— Ты в порядке?

Она была настоящим маленьким эмпатом, всегда чувствовала чужие эмоции.

— Да, милая. Все в порядке. — Я не стала лгать и говорить, что

все хорошо. Нет. Но все было в порядке. С нами все было в порядке. И так будет.

Я глубоко вздохнула:

— Знаешь, чего нам сейчас нужно?

Кэйди отлипла от Чонси:

— Чего?

— Какао-десерта.

Ее глаза стали комично огромными:

— До ужина?

Я засмеялась:

— Иногда надо себя побаловать. Но ты должна пообещать, что потом съешь овощи.

— Обещаю! Обещаю! — Кэйди заплясала по гостиной в сторону кухни, напевая: — Какао-десерт. Какао-десерт. Какао-десерт.

Тепло разлилось по телу, когда я достала из морозилки ванильное мороженое и из шкафа какао-порошок. Положила мороженое в миски и щедро посыпала его порошком.

— Положи побольше на мое! — взмолилась Кэйди.

Я добавила еще немного:

— Все или ничего, да?

— Я всегда за все!

Я улыбнулась:

— Нравится твой настрой.

Я размешала мороженое и какао до состояния, напоминающего мягкое шоколадное мороженое. Потом протянула миску Кэйди. Она радостно схватила ее:

— Расскажи мне эту историю еще раз.

Боль кольнула глубоко, но это была та мука, к которой я всегда была готова.

— У твоей мамы всегда были лучшие идеи.

Кэйди интересовалась своей мамой, но вспоминала о ней нечасто. Она знала, что Отэм на небесах, наблюдает за ней и что отдала ей всё лучшее, что было в себе. Но она также понимала, что рассказывать о своей маме другим небезопасно.

Кэйди улыбнулась, откусив ложку мороженого:

— Может, поэтому у меня тоже рождаются хорошие идеи.

— Уверена, что так. — И сердце разрывалось от того, что Отэм не увидит этого в своей дочери. — У меня тогда был ужасный день в школе. Некоторые дети вели себя противно. — Я умолчала о том, что они дразнили меня из-за обтрепанной, слишком маленькой одежды. — Я очень хотела мороженого с шоколадным сиропом — это было мое любимое, — но сиропа дома не оказалось. Твоя мама перерыла всю кухню в поисках.

— Но так и не нашла, — подсказала Кэйди.

— Верно. Не было ни капли. Но она сказала, что приготовит мне самый особенный десерт.

Кэйди расплылась в улыбке, обнажив шоколадные зубы:

— Какао-десерт.

— Она придумала это название на ходу. И все сразу стало особенным. Такой она и была — твоя мама. Могла сделать самый обычный день удивительным.

— Хотела бы я ее знать, — прошептала Кэйди.

Я подсела рядом:

— Я тоже, светлячок. Но она так сильно тебя любила. Любви, которую она успела подарить тебе за несколько месяцев, большинству людей не хватает и за всю жизнь.

Кэйди мешала ложкой

мороженое, превратившееся в суп:

— Мне повезло.

Я смотрела на девочку, которую любила сильнее жизни, пытаясь понять, что она имеет в виду.

— У меня вас двое. Моя мама и моя мама.

Грудь словно разорвали на части:

— А мне так повезло быть твоей мамой.

Я притянула ее к себе:

— Сердце сейчас взорвется. Мне срочно нужно тебя обнять.

Кэйди захихикала:

— Слишком крепко.

— Прости, у меня слишком много любви, она аж из глаз вытекает.

Она вывернулась из объятий:

— Тебе надо взять эту любовь под контроль.

Я подняла свою миску и съела ложку мороженого:

— Никогда.

В дверь постучали.

Я вскочила, сердце колотилось, пока я пересекала комнату. Пальцы обхватили электрошокер, когда я заглянула в крошечное оконце, готовясь к худшему. Воздух с шумом вырвался из лёгких, когда я увидела фигуру за дверью. Отперев засовы и замок, я открыла:

— Что ты здесь делаешь?

Широкоплечая фигура Роана заполнила собой все пространство, а исходящая от него напряженная энергия окутала меня, словно волна.

— У тебя не найдется дивана, на котором я мог бы пожить какое-то время?

15

РОАН

Челюсть Аспен отвисла. Она открыла и закрыла рот несколько раз, прежде чем смогла вымолвить:

— Что?

— Твой диван. Поживу на нем какое-то время.

Она встряхнулась, приходя в себя:

— Это совсем не обязательно.

Мышца на моей щеке дернулась:

— Думаю, как раз обязательно. Эти двое все еще не уехали из города.

Я немного покопался после того, как ушел от Аспен, и выяснил, где они остановились. Проехал мимо и никакого намека на сборы в их арендованном домике. Придется подключить Лоусона. Но мысль о том, что Аспен и Кэйди останутся здесь одни, меня не устраивала.

— Мистер Гриз! — крикнула Кэйди. — У нас какао-десерт!

Я скривился, посмотрев на содержимое ее миски:

— Это еще что?

Щеки Аспен порозовели:

— Ванильное мороженое с порошком какао.

Я поморщился:

— Ты впадешь в сахарную кому, не успев доесть.

— Не критикуй, пока не попробуешь.

Я только хмыкнул.

Аспен сильнее сжала миску:

— Тебе не нужно оставаться. Мы в порядке.

Я стиснул зубы:

— Могу попросить Лоусона поставить патрульную машину возле дома.

Она тут же сомкнула губы.

— Ты останешься? — с надеждой спросила Кэйди, вся перемазанная шоколадом, выскакивая из-за спины Аспен.

— Зависит от того, что скажет твоя мама, — я приподнял бровь, бросая вызов.

Аспен метнула в меня злой взгляд, только вот желаемого эффекта он не произвел. Напротив — ее зеленые глаза вспыхнули ярче, а губы сжались так, что мне до боли захотелось их поцеловать.