Тень ведьмы
Шрифт:
— Хорошо, спасибо.
Иосиф отвесил легкий поклон и вышел.
Дорога домой всегда короче, чем из дому. На самом-то деле путь одинаковый, да только кажется человеку, что домой все ж ближе. Душа его стремится попасть поскорее в родимые края и, обгоняя тело, забегает вперед.
Вот промелькнул знакомый трактир, вот селение, где живут дальние родственники. Гуще стал лес, зеленее пейзажи.
Начали чаще попадаться груженые лесом телеги дровосеков, запряженные не лошадьми, а волами. Неторопливо перебирают копытами волы,
Пора нынче не очень жаркая — еще не вступило в полную силу лето, еще не высох весенний воздух, не утратил своих запахов. Да и дожди нередки. Лед давно сошел с рек и озер, но вода еще холодная, что, правда, не мешает мальчишкам и заядлым рыбакам. Первых влечет к воде любопытство и озорство, вторых неуемный рыбачий азарт. Кареты постепенно разъезжались. К Дубраве доехала только одна — с Марией и Мартой, все остальные девушки были уроженками других сел. Вез их тот самый кучер, что и в прошлый раз — Стефан. Из охраны осталось только два дружинника, но этого было вполне достаточно — не всякий отважится напасть на графскую карету, зная, что за этим последует немедленная и беспощадная расправа. Да и разбойников здесь практически не было — так, пошаливали иногда, и то осторожно.
Карета свернула с тракта на узкую сельскую дорогу. Вдоль дороги тянулась березовая роща.
Увидев ее, Мария разволновалась.
— Дядь Стефан, останови здесь, пожалуйста.
Кучер кивнул и остановил лошадей.
— Ты чего, Маруська? — спросила Марта.
— Пешком пройтись хочу. Через рощу, огородами.
— Ну ты даешь! — возмутилась Марта. — Я-то как дура размечталась в графской карете проехаться, чтобы все село таращилось, а ей, вишь ты, пешком захотелось!
— Да поезжай в своей карете, что я, не даю тебе, что ли? — ответила Мария.
— Я бы с тобой пошла, конечно, — извиняющим тоном сказала Марта, — да очень уж охота по селу прокатиться…
— Поезжай, конечно, — улыбнулась Мария, выходя из кареты. — Такой случай не каждый день выпадает.
— Может, проводить? — предложил дружинник. — Мало ли что…
— Да не надо, спасибо, — отмахнулась Мария. — Что я, до дому сама не дойду? Ладно, до свидания вам, дядя Стефан, до свидания и вам, служивые!
Мария направилась в сторону рощи, а карета двинулась по дороге дальше. Здесь, среди деревьев, царила прохлада и тень. Шумели мелкие листья, покачивались ветви. Роща была небольшой. Преодолев ее, Мария вышла на заросший ромашками луг. Над цветами деловито гудели пчелы. Здесь пахло домом.
Мария сорвала цветок, задумчиво его теребя, ступила на луг. Отсюда уже были видны крестьянские огороды.
Вот он, свой участок. Неподвижно зеленеет картофельная ботва, гнездятся морковь и свекла, желтеют подсолнухи.
Мария прошла узкой тропкой и распахнула плетеную ивовую калитку.
Яростно залаял пес.
—
Лай внезапно оборвался и сменился пронзительным радостным визгом.
Мария подошла к собаке, погладила.
— Ага, вспомнил?
Пес подпрыгивал, старался лизнуть в лицо и отчаянно размахивал хвостом.
Мария оглядела двор.
К сараю добавилась еще одна пристройка, из которой с любопытством выглядывала лошадиная морда. Крепко и уверенно стоял новый забор, возле дома высилась аккуратная поленница. Кур вроде было меньше, подумала Мария.
Калитка скрипнула и во двор вошла мать.
— Здравствуй, мама, — сказала Мария.
— Ой! Мария… Приехала! — вскричала мать и кинулась ей навстречу.
Обнялись.
— А я уж и не знала: что с тобой, где ты… Просто измучилась вся.
Мария улыбалась.
— Да все хорошо, — сказала она. Все хорошо. Я дома. Приехала. Дома…
Глава 12
Опасения Петра так и не подтвердились. Почти год минул с того времени, как им пришлось столкнуться со следами вампиров в Междулесье, но больше ничего подобного в Королевстве зафиксировано не было — только пару единичных случаев, и все.
Петр вторично побывал в Овраге — безрезультатно. Постепенно про вампиров стали забывать. То ли монстры стали осторожнее, то ли вовсе пропали, но дороги их со Святым Орденом более не пересекались. Других дел, впрочем, хватало.
После громкого Процесса лекаря Альцеста Орден добился от короля отмены принудительного присутствия лекарей в каждом отделении Капитула. Врачебная Коллегия выразила большое недовольство и после того начала открытую войну со Святым Орденом. В дело пошли подкупы, шпионаж, убийства.
Клерикам было не привыкать.
Петру снова показалось, что сзади мелькнула тень. Он незаметно спустил кинжал из рукава в руку и продолжал идти, немного замедлив шаги.
Тень больше не показывалась.
И только когда Петр уже подходил к воротам аббатства, он снова ощутил рядом чье-то присутствие. Он остановился и развернулся.
В нескольких шагах от него стоял человек.
Было уже темно, и Петр разглядел только то, что человек был закутан в широкий плащ и за спиной у него лук.
Незнакомец не стал медлить. — У меня к вам дело, отец Петр, — сказал он. Спрячьте, пожалуйста, кинжал.
Голос его показался Петру знакомым. Петр демонстративным, нарочито медленным движением засунул кинжал за пояс.
Незнакомец подошел и тут Петр вдруг узнал его.
— Здравствуйте. Это я, Охотник. Помните?
Петр кивнул. Он был удивлен неожиданным появлением человека, которого уже и разыскивать бросили. В голове у него закрутились мысли: то ли крикнуть страже у ворот, то ли попытаться захватить охотника самому. Охотник, очевидно, понял его мысли.