Тень и искры
Шрифт:
Три дня спустя тупая боль вернулась, угнездившись в висках. И слабые следы крови, когда я чистила зубы. Боль была несравнима с той, которую я чувствовала в день, когда сир Холланд напоил меня своим чаем, но, стоя в глубокой тени тронного зала в окружении гвардейцев Первозданного, я боялась, что станет хуже. Я не помнила, какие травы были в мешочке, который оставил мне сир Холланд.
Переминаясь с ноги на ногу, переводила взгляд с возвышения из тенекамня на Первозданного, сидящего на троне. При виде него мое тело напряглось. Одетый в черное, с парчовой отделкой
– Ты всегда так вертишься? – прошептали справа от меня.
Я замерла, прекратив топтаться, и взглянула на Сэйона. Он смотрел прямо перед собой.
– Наверное? – ответила я, понизив голос.
– Говорил же тебе, нельзя ее сюда приводить, – заметил слева от меня Эктор.
За моей спиной усмехнулся Рейн.
– Боишься, что папочка Никтос рассердится, что позволил ей прийти сюда, и отправит тебя спать без ужина?
Я подняла брови. Папочка Никтос?
– Рассердится он не на меня, – ответил Эктор, наблюдая за просителем так же внимательно, как и Сэйон. – А на вас двоих, поскольку я единственный был против.
– Разве мы не команда? – спросил Сэйон. – Если достанется одному, то достанется всем.
– Я не из такой команды, – ухмыльнулся Эктор.
– Предатель, – проворчал Рейн.
Я закатила глаза.
– Меня даже не видно. Вряд ли он знает, что я здесь.
Сэйон посмотрел на меня, подняв бровь. Он и два других бога были так же вооружены, как и гвардейцы.
– Даже мизинец Никтоса знает, где ты находишься.
В этот самый момент Первозданный повернул голову к темной нише, и по мне пробежал холодок тревоги. Я практически почувствовала его взгляд, пронзивший строй гвардейцев, стоящих перед нишей. И задержала дыхание, пока он не переключил внимание на что-то другое.
Я подумала, что позже у меня будут проблемы, хотя вряд ли нарушила какое-то правило. Прием просителей – не то же самое, что неожиданный визит гостей. По крайней мере, так я рассуждала, глядя, как мужчина остановился перед Первозданным и низко поклонился. Я не знала, что Эш сегодня принимает просителей. Думала, что он и его гвардейцы опять исчезнут в комнате за возвышением – он делал так несколько раз за последние три дня.
И мне было очень любопытно, что там происходит. Что обсуждается.
Я бесцельно бродила по пустому замку, как делала последние три дня, когда увидела, как Эш снова входит в тронный зал с несколькими гвардейцами, и решила последовать за ним. Я сделала по залу всего пару шагов, когда из ниоткуда появился Сэйон и загородил мне дорогу. Ожидала, что он заставит меня уйти, но он этого не сделал.
И вот я впервые после нашего разговора в библиотеке так долго находилась
Излишне говорить, что мне не только не сиделось на месте, я сердилась и испытывала сотни других эмоций. Но больше всего – разочарование. Как я должна соблазнять его, если мы не видимся?
Конечно, каждую ночь я пялилась на проклятые двери, соединяющие наши покои. Не раз стояла перед ними, размышляя, не постучать ли. Каждый раз при этом вспоминала, что он сказал о любви, и возвращалась в постель.
Я не думала почему.
А думала лишь, каким провалом обернулось мое задание.
Темноволосый мужчина поднялся с колен и выпрямился.
– Ваше высочество, – произнес он.
– Хамид, – отозвался Эш, и по залу пронесся внезапный порыв ветра, потревожив пламя свечей.
Я перевела взгляд на открытый потолок. Там летал дракен. Дракены всегда кружили вокруг замка, когда к Первозданному приходили люди поговорить о доставке грузов, о прибывших из других дворов и спорах между арендаторами. Все это было на удивление обыденно.
Кроме дракенов.
– Что тебе от меня нужно? – спросил Эш.
– Ничего… мне ничего от вас не нужно, ваше высочество.
Хамид сцепил руки и нервно посмотрел на Первозданного.
– Он смертный? – поинтересовалась я.
– Да. – Эктор наклонил ко мне голову. – Как ты догадалась?
Я пожала плечами. Трудно объяснить, но этот мужчина не обладал врожденной уверенностью в себе или надменностью, которые сквозили в каждом жесте богов и Первозданных.
– Кое-что вызывает у меня растущую озабоченность, – продолжал Хамид, глядя сквозь завесу темных волос. – И хотя я надеюсь, что моя тревога окажется напрасной, боюсь, что это не так.
– И что же это? – Эш постукивал по подлокотнику трона.
– Это новенькая в Лифи, молодая женщина по имени Джемма…
– Да. – Пальцы Эша застыли. – Я знаю, кого ты имеешь в виду. И что с ней?
– Я видел ее каждый день на протяжении последнего месяца. Она приходила в пекарню и каждый раз просила кусок шоколадного торта с клубникой, – объяснил Хамид. Я на миг представила, как это вкусно. – Очень тихая девушка. Очень вежливая. Почти не смотрит в глаза, но я думаю… ладно, это неважно. – Он глубоко вздохнул. – Какое-то время я ее не видел. Я поспрашивал. Никто ничего не знает.
Эш застыл на троне, и боги вокруг меня – тоже.
– Когда ты видел ее в последний раз?
– Четыре дня назад, ваше высочество.
– Ты не заметил с ней кого-нибудь? Никто не проявлял к ней интерес? – спросил Эш.
Смертный покачал головой.
– Нет.
– Я велю разобраться. – Эш бросил быстрый взгляд на ниши. – Спасибо, что обратил мое внимание.
Сэйон сразу отошел, оглянулся на Рейна, а потом на меня.
– Прошу прощения?
Не успела я и слова сказать, как он и Рейн вышли из ниши и направились к выходу из зала. Нахмурившись, я повернулась к Эктору.