Тень Города
Шрифт:
Модель сходу пристроила машину на служебную стоянку милиции, резко затормозив.
— Так, Таня, постоишь здесь минут десять, а потом, — Владимир указал на едва различимую метрах в двухстах вывеску, — заедешь в подворотню возле китайского ресторанчика, и ждёшь нас там.
— Но, какой смысл, Володя? — Анна удивлённо спросила майора, но он не ответил на её вопрос:
— Выходим, пора. И не забудь то, о чём я тебе говорил.
Владимир вручил дежурному удостоверение на чужое имя, Анна испуганно озиралась, — играла ли она столь хорошо, или опасалась, что противник может поджидать их здесь, это было на руку, в любом случае.
— Мне назначено! — Владимир сказал дежурному
— Но, товарищ майор, полковник уехал в городское отделение, вы приехали на полчаса раньше? — сержант замялся.
— Ничего, мы подождём.
— Тогда, проходите в триста четырнадцатый, это по лестнице, и… — возвращая удостоверение, сержант рассмотрел его повнимательнее, — вы из Москвы, из министерства?..
— Да, из Министерства. Оборотней ловить всяких, да вампиров, если попадутся, — Владимир отпустил подчёркнуто тупую шуточку, выхватил подложное, не смотря на то, что оно было подлинным и пробитым через систему, удостоверение из руки дежурного, и, легонько дёрнув Анну за рукав, поспешил к лестнице.
— Понаехало ванхельсингов, ёпть! — сержант буркнул себе под нос, что Владимир смог расслышать, — они с Анной добились нужной им реакции, — взбесился, значит, — ничего не заподозрил.
Поднявшись на второй этаж, Владимир свернул в коридор, убедившись, что «тормоз», с которым они имели беседу, не видит этого. В конце коридора была аварийная лестница, которая, впрочем, никогда и не запиралась, так как сотрудники пользовались ею для удобства. Навстречу Владимир и Анне поднимался какой-то лейтенант, сразу же спросивший: «Вы куда?», впрочем, удостоверение внутренних расследований сразу же успокоило излишне бдительного парня. На этом проблемы закончились, и, вскоре, они с Анной оказались в подвале без каких либо встреч и приключений.
Владимир свернул в какой-то проём, и они оказались в коридоре, тускло освещённом старыми лампами накаливания, было довольно темно, особенно, если учесть, что две трети из этих ламп перегорели. Менталитет этим крылом подвала почти не почти не пользовался, а техработники, наверное, наведывались сюда только по случаю больших праздников.
Наконец, Владимир остановился у электрощитовой, и ударил щелчком дверь из тонкой стали. «Так — третий распредщит…».
Майор открыл дверцу, достал из кармана какой-то странный крестовой ключ, и, аккуратно, чтобы не ударило током, просунул руку куда-то за счётчик. Что-то щёлкнуло. Владимир потянул краешек панели щита на себя, и панель, вместе со всей, закреплённой на ней электрической требухой, отошла, как дверца, обнажая небольшую каморку.
— Это и есть ваш бункер? — с ехидцей спросила Анна.
— Доставай фонарик, и иди за мной, аккуратно, напряжение всё-таки.
Владимир за ручку, которая, как оказалось, была приварена изнутри, наверно, специально для этих целей, поставил панель на место, и закрыл замок (в свете фонаря Анна увидела, что это был весьма солидный и надёжный современный сейфовый затвор) со внутренней стороны.
— Посвети на пол, Аня! — Владимир присел на корточки и стал возиться с висячим кодовым замком, запирающим тяжёлую опломбированную каким-то ведомством, крышку колодца, на которой было написано: «Осторожно, кабель связи!».
— Володя, нам придётся туда лезть? Мы же все извозимся, — Анна с недоумением смотрела на Владимира, в то время, как он отстегнул и сбросил замок.
— Извозимся, Аня, — Владимир посмотрел на женщину, улыбнувшись, — но переоденемся, — там есть во что.
— А там действительно телефонные кабели, или надпись и пломба для того, чтобы отпугнуть случайных гостей, если, скажем,
— И на этот случай тоже, Аня, — Владимир поднял крышку, показав Анне жестом, чтобы она отошла, — но телефонный кабель там действительно есть, а в бункере, есть устройство прослушки городской линии, очень полезная штука для Комитета.
Владимир и Анна спустились в узкую шахту, на дне которой оказался небольшой неосвещённый тоннель, по нему и проходил кабель. Пройдя немного на север, Владимир нашёл что искал — небольшую бронированную дверь, по-быстрому открыл замок, — через мгновение они оказались в предбаннике бункера, Владимир захлопнул за собой дверцу, автоматически зажёгся свет, и Анна увидела укреплённую стену из компаунда, а то, и титановую, в центре которой была дверь, более подходящая банковским хранилищам.
— Ну вот и наша точка, Аня. Построен ещё при Сталине, позднее, переоборудован в противоядерное убежище с системами жизнеобеспечения, в конце восьмидесятых — заброшен, обнаружен во время одной из наших с Саней, — Владимир немного помрачнел, — любимых подземных прогулок. Мы сдали бункер Комитету, те его немного улучшили, ну и… стали использовать, так сказать, в не совсем мирных целях. А вот эта, — Владимир вводил коды в электронный замок двери, — дверка, в западной стене, — ведёт в старое гражданское бомбоубежище, через которое мы выйдем отсюда, увы, из бомбоубежища сюда попасть нельзя, только с Фонтанки, мы сделали так, чтобы диггеры-любители не обнаружили бункерок. Зато, тот путь, которым мы выйдем на поверхность, намного шире и чище. Тяжёлая дверь толщиной сантиметров в десять комбинированной брони медленно отошла. Впереди зажёгся свет…
Через несколько минут, выйдя во внутренний дворик старой «сталинки», Владимир и Анна не обнаружили собственного бронера, и несколько секунд стояли, осматриваясь. Только, когда настойчивый сигнал, с виду, какой-то малолитражной иномарки, напомнил им о действенности разработок Иллюзии, они неспеша направились к своей машине.
Владимир бросил в багажник небольшую, но длинную сумку, и быстро сел на своё место, Анна уже разместилась в машине.
— Всё прошло гладко, товарищ майор? — восемнадцатая окинула их взглядом и спросила, — когда вы переоделись, и зачем?
— Порядок, Таня, — скороговоркой выпалил Владимир, — сейчас, на Московский проспект — целесообразно ехать по центральным улицам, там вычислить труднее, — модель завела двигатель и выехала из небольшого дворика.
— Но, Володя, Пасюк скоро вернётся, нас не обнаружит, тогда наш обман раскроется сразу, что будет на руку Абрамову! А ты по кратчайшему пути, там же, — женщина опасалась действовать неожиданно, но слишком смело, — аа, зачем ты прихватил из бункера ещё оружие и деньги, разве «девяноста первого» и таниной пушки мало? Да и средств… — Владимир перебил Анну, не дав договорить.
— Обман раскроется не ранее чем завтра, Пасюк решит, что мы его не дождались. И решит, что он избежал неприятного разговора о доходах и занятиях погибшего капитана, из его, кстати, отделения, так что звонить прокурору он надумает не скоро. А насчет кратчайшего, — всё-таки лучше поехать по Пулковскому шоссе, свернуть на Колпино, а потом — выехать на федералку, времени потеряем немного, хотя я считаю это перестраховкой, они будут ждать нас в Москве, не распыляя силы. Бикалиберка и СВУ нам не помешают, «ферзь» Абрамова — профи экстра класса, и мне не хотелось бы вступать с ним в контакт иначе как из-за титана бронера и с дальности менее километра. А деньги — нашими кредитками нельзя пользоваться — мгновенно вычислят, вот и взял килограмм налички, — пошутил Владимир.