Тень Города
Шрифт:
— Что вызвало взрыв, который вынес добрых два десятка тонн железобетона, Андрей Владимирович, ведь в помещении был создан вакуум, близкий к абсолютному, редкие молекулы газа, попавшие в фотонный пучок не могли создать ударной волны!? — Васильев был более чем озадачен.
— Не могли, Александр Петрович. А вот испарённая плексигласовая стенка, которой мы загерметизировали технологическое отверстие в бетоне… Всего полкилограмма испарённого бронепластика хватило, чтобы аккумулировать луч на себе, частично рассеять, и создать прогрессивное нарастание энергии, давшее взрыв тонн в пятьдесят эквивалента, протяжённостью
— Значит, Андрей Петрович, мы не можем получать интеграторы безопасно?
— Именно, Александр, увы, но это так. Противоречие технических требований — нам нужен вакуум, значит ангар нужно герметизировать, но на пути луча не должно быть ничего — даже высокая прозрачность и легкоиспаряемость материала не защитила нас от нежелательных последствий. Попытаться использовать для герметизации поле — можно, вы устанавливаете компактный аналог Щита на бронетехнику, настраивать придётся долго, подбирать мощность, форму, частотные и другие характеристики, но это войдёт в противоречие с другим требованием — размазать фокус фотонного пучка на добрые десять километров — пучок будет проходить через мощное поле и вести себя непредсказуемо, и…
— Что можно сделать? — Владимир перебил Белова, — если ничего, тогда необходимо рассмотреть вариант классического получения интеграторов.
— Почему, можно… Можно вывести мощную установку на околоземную орбиту, удерживать интегратор и обогащаемый кристалл мощным полем, поскольку малейшее ускорение может унести кристаллы в космос, там вакуум близок к абсолютному, но… Владимир, создание установки с основным и вспомогательными лазерами, хотя там фокус не столь критичен, потребует более полугода, и весить она будет тонн сорок…
— Ну, господин академик, «Протон» поднимет, можно забросить систему Катапультой на необходимую высоту, там уже понадобится только двигатель для придания космической скорости — компактней на два порядка, правда… — генерал держался с Беловым по особенному.
— Правда, Александр Петрович, каждый импульс на орбите… Это будет международный скандал. При этом, если проблематично контролировать процесс когда рукой дотянуться, то в десятках тысяч километров… — Владимир покачал головой.
— Вы правы, Владимир Александрович. Только что вы подразумеваете под классическим методом получения? — Белов искренне не понимал того, о чём говорить майор.
— Строить Врата Нетеру. Если нам позволят создать темпоральный портал, на подобии тех, которые создавали для получения своих интеграторов древние египтяне и арии. И я на это очень надеюсь.
Физики посмотрели на Владимира более чем с удивлением, даже Белов, хотя и ознакомился с документацией опального Андронова, и тот отвесил челюсть. Кто-то, можно сказать, испуганно, шепнул: «Что значит, позволят?»
— А то, что Врата этой штучкой, — Владимир легонько пнул ферму лазерной системы, — открыть не получится, — он посмотрел в глаза физику
— Возьми, Володя. Это принадлежит тебе! По крайней мере, два ТЭИ мы получить смогли. Для энергетического блока и энергетического боеприпаса. А там, что-нибудь я придумаю, что-нибудь ты с учёными «Хранителей»…
— Спасибо, Александр Петрович! — Владимир улыбнулся — но я не смогу сам вставить его в кольцо — так что — ваши люди извлекли, путь сами и оправят Печать, — Владимир передал кристалл генералу.
— Идите, идите, Владимир, — генерал пожал ему руку, было видно, что Васильев и сам устал, — отдохни. Скажи Анне, что всё в порядке и в ближайшее время подобных экспериментов не предвидится. У тебя был просто сумасшедший день, но, увы, работать придётся ещё.
Белов подошёл к ним, — два новых интегратора лежали на его ладони.
— Владимир Александрович, Александр Петрович — это Печати Иллюзии — помнится, мы решили назвать интеграторы так. Недели через две будет готов фотонный реактор, если не раньше, это простейшая и очень дешёвая система. Энергетический блок уже собран, так что.
— Энергетическая бомба и фотонный реактор, — Васильев взвесил интеграторы, засверкавшие синеватым блеском, когда включилось штатное освещение ангара полигон-лаборатории, заблокированное противопожарной системой, до этого их освещала только тусклая аварийка, — ключ от Рая и ключ от Ада — нельзя забывать слова Слепой Сибиллы! Мы сломали Печать Армагеддона…
Броневичок Владимира стоял у главного входа НИИ. Машина завелась сразу, охранник-модель не потребовал документов или биометрических данных при выезде. Поползла тяжёлая и высокая — метра в четыре бронированная створка ворот.
Свет вечернего солнца брызнул ему в глаза, Владимир зажмурился, откинул козырёк и поехал по направлению к центру Города.
Прилежащие к НИИ кварталы были абсолютно пусты. Он решил позвонить Анне заранее, зная, что она будет беспокоится, но, похоже, его опередили, — Владимир улыбнулся, услышав звонок мобильного, на Анну он поставил отдельную мелодию.
— Здравствуй, Аня! Мы могли бы с тобой встретиться? Например в парке?
— Конечно, Володя! — она была очень обрадована его звонком, — давай в парке. Я так волновалась, это ведь… взрыв был снова! Ты расскажешь мне, наконец, что это было?
— Да, милая. Обязательно расскажу, — Владимир отчего-то вздохнул, — нам нужно поговорить о многом.
— Хорошо, буду ждать тебя в парке, у фонтана. Там же, где мы… Там же, где и в прошлый раз.
Владимир разорвал связь и бросил телефон на сидение.
Улицы Города опустели всвязи с очередной исследовательской тревогой, и Владимиру удалось доехать быстро. Он припарковал машину у какого-то киоска, вроде — газетного, обратив внимание, что внутри лавки сидела «модель». Владимир посмотрел в небо, с удивлением заметив, что низкое солнце осветило невидимый щит — над ними было не небо, а одно громадное оранжевое солнце! Постояв немного, заворожённый чудесной картиной, он пошёл искать Анну. Она сидела на скамейке, оглядываясь по сторонам, но Владимир все же сумел подойти к ней незаметно, и, прислонив к спине два пальца, шутливо крикнуть: «Ни с места!»