Тень чужака

Ромов Анатолий Сергеевич

— Да, слышал. И… что с Нолом Стевенсоном?

— С ним… — Помолчала. — Я и раньше догадывалась, что Нола почему-то очень интересует Найт-гейт.

— Да?

— Да. Теперь же стало ясно, что его интересует не просто Найт-гейт, а именно наш дом.

— Ваш дом?

— Да. Если точнее, срубы. Ты ведь их помнишь? Срубы у нашего дома?

— Прекрасно помню.

— Вчера я пришла чуть раньше Коли. И увидела, как Нол вышел из одного сруба. Самого дальнего, у леса.

— Откуда

ты смотрела? Прямо от дома?

— Да.

— Далековато от дальнего сруба. Это точно был он? Нол Стевенсон?

— Миша… Мы учились в одной школе.

— Значит, он вышел из сруба — и что дальше?

— Ушел в лес. Потом подошли Коля с Варягом. И мы вместе осмотрели этот сруб.

— И что?

— Нол там что-то искал.

— Искал?

— Да. В срубе в нескольких местах была разрыта земля.

Интересно, подумал он. Лучше нет, когда знаешь, что человек что-то ищет. И знаешь где. Потому что именно там можно рассчитывать на встречу.

— И… что вы сделали?

— Коля очень разозлился. Очень. Сказал, на всю ночь сядет в засаду. Только что ушел. С винтовкой.

— Значит, ты в доме одна?

— Одна. А что?

— То, что я за тебя боюсь.

— Не бойся. Во-первых, я не одна, а с Варягом. Потом, я ведь умею стрелять. Так что нам никто не страшен.

Он подумал, что он другого мнения.

— Что ты молчишь? — спросила она.

— Ничего. Может, мне подойти сейчас к вам на катере?

— Миша… Перестань. Никуда не нужно подходить. Я могу за себя постоять. И не боюсь никого. Не то что какого-то там Нола.

— Тогда… — Он помолчал. — Тогда — когда я могу тебе позвонить? Или ты мне?

— Знаешь… Давай несколько дней вообще не будем звонить друг другу.

— Вообще?

— Да. У Коллинза в Анкоридже будет конференция. Через неделю. Он берет с собой Колю. На три дня. Ну и… если хочешь, ты можешь приехать. Когда Коля уедет.

Некоторое время он прислушивался к отдаленным сигналам, прорывавшимся в трубку. Наконец понял: это не отдаленные сигналы. Это просто попискивание птицы за окном. Сказал:

— Очень хочу. А как я узнаю, что он уехал?

— Узнаешь. Ты ведь живешь рядом с Коллинзом. Перед отъездом Коля там появится. Миша, все. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи… — Он хотел сказать еще что-то, но успел лишь произнести: — Подожди, Наташа…

Ответом были частые гудки.

25

Утром, выйдя после завтрака к берегу, он увидел Танука, сидящего на корточках на причале. Инуит был в форме; рядом, на досках, лежала фуражка. Лицо Танука было обращено к реке; казалось, он застыл, разглядывая волны.

Он часто думал, кому из полицейских Кемп-крика, Лоусону,

Биркину или Тануку, может доверять больше всего. Никаких доводов в пользу кого-то из этой тройки у него не было. И все же наибольшее доверие у него вызывал именно молчаливый инуит.

Мысль, к которой он вернулся сейчас при виде неподвижной фигуры, приходила ему в голову и раньше. Вглядевшись в полицейского и взвесив все «за» и «против», подумал: почему бы не попробовать? Затея кажется абсолютно пустой, рассчитывать, что из нее что-то получится, он не может никак. Больше того, не исключено, что она может обернуться для него неприятными последствиями. И все же шанс есть. И главное, есть более-менее правдоподобное прикрытие.

Остановившись рядом с Тануком, сказал:

— Доброе утро, Танук. Как вообще, вы сильно бываете заняты в свободное время?

— Сэр… — Встав, Танук надел фуражку. — Не знаю даже, как вам ответить. Смотря что вы считаете занятостью.

— Вы ведь хорошо знаете Минтоукук?

— Я здесь родился.

— Я слышал, бывший начальник полиции, мистер Келли, после ограбления банка пытался выяснить у местных жителей, не пролетало ли в ту ночь над Минтоукуком какое-нибудь летное средство.

— Этим занимался как раз я. По просьбе мистера Келли.

— Да?

— Да. Я выяснил: в ту ночь над Минтоукуком не пролетало ничего. Ни вертолета, ни самолета.

— Многих опросили?

— Всех, кто здесь живет. Инуитов, тлингитсов, чимшансов, хайдасов, атабасков, алеутов. Всех.

Изобразив задумчивость, Шутов почесал в затылке. Кхекнул.

— Вы можете повторить это задание?

— Повторить?

— Да. Причем не только повторить, а выполнить его лучше.

Глаза Танука застыли. Сейчас они напоминали два черных стеклышка.

— Простите, сэр, но я не очень понял. Вы считаете, первый раз я выполнил это задание плохо?

— Танук, не нужно обижаться.

— Я не обижаюсь, сэр.

— Если в самом деле не обижаетесь, выполните это задание повторно. Не торопитесь. Постарайтесь обойти всех. Даже тех, от кого при первом обходе вы не рассчитывали получить хоть какую-то информацию.

— Хорошо, сэр. Сделаю, как вы просите.

— Учтите, на время выполнения этого задания вы освобождаетесь от всех дежурств. И вообще от всех обязанностей по отделению.

— Хорошо, сэр.

— Занимайтесь только тем, что я вам поручил. Можете брать вездеход и катер, как только он вам потребуется. Не спрашивая.

Танук надолго замолчал. Вздохнул:

— Значит, я должен выяснить то же самое? Не слышал ли кто-то в ночь ограбления шум мотора? В небе?

— Задание несколько меняется.

— Меняется?