Тень чужака

Ромов Анатолий Сергеевич

Проследив за направлением следов, ведущих к закоулку между стеной и печкой, шагнул туда. Шагнул не зря: здесь, под печкой, валялось несколько кирпичей. Судя по дыре в печке, кирпичи были вынуты именно оттуда. Кирпичей было пять, все они были присыпаны еще довольно свежим глиняным порошком. Ясно, порошок образовался после того, как кто-то расковырял замазку.

Не зря заглянул он и в проем. Оттуда торчала тыльная часть лома. Вытащив лом, понял: этот чугунный шкворень, длинный, с неровным, плоским острием изготовили давно. Таких он не встречал даже в Сибири. Похоже, лом был частью инвентаря сруба. Надо же было жившим здесь когда-то людям скалывать

ежедневно нараставший снаружи сруба лед. Найдя этот лом, тот, кто приходил сюда недавно, использовал орудие по-своему, на манер щупа. При осмотре лома Шутов нашел следы приставшей к металлу земли, из чего вытекало, что пробы в земляном полу Гусь делал именно этим ломом.

Собственно, на этом осмотр сруба можно было заканчивать.

Было ясно: Гусь искал здесь какую-то крупную вещь. Весьма ценную для него. Искал упорно. Не удовлетворившись тем, что разрыл здесь почти все неделю назад, вернулся сюда снова. Скорее всего прошедшей ночью. Решив, что тайник мог быть оборудован в печке, начал разбирать кирпичи. Затем, чтобы быстрее найти тайник, пробил печную кладку ломом. Но здесь его что-то спугнуло, и он поспешно покинул сруб.

Придя к этому выводу, подошел к двери. Прислушался к стоящей за ней тишине. Подняв пистолет на уровень груди, осторожно отодвинул запор. Затем, чуть помедлив, так же осторожно приоткрыл створку.

На видимых ему части полянки, болота и в ближних зарослях не было ничего, что могло бы насторожить. Однако, скорей всего, опасность могла ждать его за дверью. Сделав два шага, направил пистолет туда. Напрасно: за дверью никого не было. Здесь лежала лишь кое-как сложенная куча больших жердей, называемых в России слегами. И рос бурьян. Бурьян был крупный, тем не менее человек при всем желании спрятаться за ним не мог никак.

Исследовав открывшееся ему за дверью пространство, прикрыл створку. Подумал: понять, почему из восьми срубов Гуся заинтересовал именно этот, он пока не может. Если, конечно, не довольствоваться самым простым объяснением: решив проверить все срубы, Гусь начал с дальнего. Ладно, этим он еще займется. Наверняка он сможет многое выяснить, поговорив с Наташей. Да и вообще, он срочно хочет ее увидеть. Удивительная девушка. Просто удивительная… Самое главное, она, если верить ее словам, его сейчас ждет. Он же, подобно мальчишке, просто боится в это поверить.

Ближайшие к нему два сруба стояли по сторонам — один у реки, другой ближе к тайге. Путь к дому Улановых проходил как раз между ними. Держа пистолет наготове, двинулся к пригорку. Продвигаясь по протоптанной в бурьяне еле заметной тропинке, он, как ему казалось, весь превратился в слух и зрение. Засада, сейчас он знал, могла ждать его где угодно. Однако он никак не предполагал, что опасность может возникнуть сзади. Именно поэтому он слишком поздно обратил внимание на легкий, еле слышный шорох за спиной. Когда же обратил внимание, было уже поздно. Нечто мягкое и плотное обрушилось ему на спину, как молния. Удар был таким сильным, что, потеряв равновесие, он оказался в воздухе, пролетев ярда два. В следущее мгновение, не дав ему даже понять, что происходит, та же мягкая плотная тяжесть бросила его лицом в бурьян. Здесь, в бурьяне, он осознал: он лежит, зарывшись лицом в колючие стебли, сжимая откинутой в сторону рукой пистолет. Плотные стальные лапы, от которых несет звериным запахом, мертвой хваткой сжимают с двух сторон его плечи. Это был зверь, мощный, тяжелый, не менее двухсот с лишним фунтов живого веса. Попытавшись пошевелиться,

он тут же услышал сзади злобное ворчание и ощутил на своей шее клыки.

Утверждать с абсолютной точностью, что зверь весом никак не меньше теленка, навалившийся сейчас на него сзади, именно Варяг, он не мог. Но ведь другой собаки, кроме Варяга, здесь, в Грин-кемпе, просто не могло быть.

Прислушиваясь к собачьему дыханию, обдававшему его шею, подумал: похоже, собака заметила его появление давно. Выяснив, что он в срубе, залегла в бурьяне у входа. Затем, когда он вышел, пес даже не шевельнулся. Может, это не входило в его планы. А может, он отлично знал, что означает рука, держащая пистолет.

Так или иначе, когда он чуть отошел от сруба, собака напала на него, решив действовать без промаха. Напала, как нападают звери — молча, вмертвую. Действуя стремительно и наверняка. В принципе, не раз имея дело с людьми, прошедшими лагерь, о нападениях собак такого рода он знал. Но напасть таким образом собака может лишь на человека, которого отличает от других и ненавидит. В таких случаях пес действует безжалостно. Сбив человека с ног и убедившись, что рядом нет хозяина, она тут же перегрызает своей жертве горло.

Веселая история, подумал он. Не хватало еще умереть от собачьих клыков. Причем не просто от собачьих клыков, а от клыков Варяга, любимой собаки Наташи. Все же надо что-то сделать. Не может же он лежать так бесконечно. Стараясь не пошевелить даже мускулом, сказал тихо:

— Варяг… Варяг, ты что, не узнал меня?… Ну, Варяг… Отпусти…

Ответом было злобное рычание и прикосновение клыков, готовых вот-вот разорвать шею. Замолчав, решил незаметно подтянуть к себе пистолет. Однако стоило ему чуть шевельнуть рукой, как злобное рычание переросло в клокочущий хрип. Сообразив, что это последнее предупреждение, он застыл.

Так, в распластанном состоянии, с трудом дыша из-за забивших рот и нос листьев бурьяна, он пролежал бесконечно долго. Так, во всяком случае, ему показалось. Может быть, прошло не больше десяти-пятнадцати минут. Но он был убежден, что прошло несколько часов.

Наконец услышал голос Наташи, прозвучавший лучше райской музыки. Голос доносился слабо, где-то далеко, на дальнем конце участка Наташа крикнула:

— Варяг? Варяг, ты где?

Собака над ним ответила призыву Наташи сдавленным рычанием. Поскольку рычание относилось не к нему, в звуке не было ярости, тем не менее он понял: ослаблять хватку собака не собирается. Она по-прежнему готова при малейшем движении вцепиться ему в шею.

Наконец услышал приближающийся к нему шорох раздвигаемой травы. По низкому ворчанию собаки понял: Наташа. Звук осторожных шагов, слышных все отчетливее, затих совсем близко от него. Он лежал, прислушиваясь к дыханию Наташи. Наконец услышал ее негромкий жесткий голос. Голос произнес по-английски:

— Лежать тихо. Отбросьте оружие.

— Не могу, — сказал он по-русски, — Варяг меня прикончит.

Несколько секунд в воздухе висела тишина. Наконец голос Наташи сказал:

— Господи… Но ведь это…

— Это я, — выдавил он. — Миша. — В своем ответе он старался не перебарщивать. Собака все еще стояла над ним.

— Миша? — спросила Наташа.

— Миша. Отзови собаку, если можно. Ответом было молчание. Наконец Наташа сказала:

— Миша, это точно ты?

— Точно я.

— Но ты же… Я ведь жду тебя на причале. Весь день.

— Сейчас я все объясню. Отзови собаку.

— Господи… Конечно. — Помолчав, крикнула: — Варяг, фу! Варяг! Ко мне!