Температура
Шрифт:
Паук раскорячился между двух монорельс и размером не уступал вагону. Громадные лапы непроизвольно дёргались, так как между ними лупила одна из огненных струй попадая бедолаге прямо в пузо. Жёсткие волоски на теле с треском скручивались и дымили, но мощный хитиновый панцирь оставался относительно целым.
Огонь не убивал паука. Но очень злил. Хелицеры щёлкали как оружейные выстрелы. Громадное насекомое быстро определилось с направлением откуда исходили неприятности и довольно прытко двинулось к их источнику, громадные лапы легко цеплялись за любые поверхности. Под тяжестью многотонной туши рельсовая
— Стоп, — выкрикнул сам себе Упрямец и сжал кулаки.
Пламя мгновенно исчезло. Раздался странный скрежет, будто сломалась ледяная корка. Глаза застелила сплошная чёрная пелена. На контрасте после яркого света и душного жара, кожи словно коснулся прохладный ветер. Воцарилась прямо гробовая тишина. Боясь дышать и ничего не видя перед собой, горе поджигатель на цыпочках прокрался к выходу ориентируясь только по памяти. Благо до бокового коридора было всего несколько шагов.
Оказавшись в относительной безопасности узкого прохода, в который громадный паук даже теоретически не смог бы пролезть Упрямец всё равно решил бежать дальше как можно скорее. Установившаяся в темноте грузового тоннеля гробовая тишина пугала больше чем топот и скрежет до этого.
В коридорах тепловое зрение снова заработало и можно было бежать не опасаясь врезаться в стену. Под ногами громко шуршал мусор и трещала осыпавшаяся штукатурка. Упрямец вернулся на два коридора назад, поднялся по лестнице, прыгнул за очередной угол и едва не столкнулся с фигурой в сером плаще.
— Эй-ей. Потише, приятель.
— Ты мне не приятель.
— Да как скажешь, — Пепел отпрянул избегая столкновения, недовольно засунул руки в карманы, отвернулся и направился к главному выходу. — Идём. Ёрик нашёл Южную ветку. И кстати, на будущее. Вот в такие тоннели с пометкой «Т» лучше не соваться. Там обитают здоровенные арахниды, а тепловая сигнатура у них почти сливается с местностью, хрен заметишь пока не станет поздно.
— Заранее предупреждать нужно, — буркнул Упрямец.
— Вот ты пару часов в княжеском теле, а надменный и вечно недовольный как и сам Примус.
— Может я такой и до этого был.
— Нет, это ты от княжеского тела набрался, — Пепел бросил на собеседника косой взгляд. — Я знаю, что разумы в кубах не имеют чувств. Поэтому вас туда и сажали, чтобы вы от людских страстей отвыкли.
— Кого это «нас»?
— Ну преступников. Ты же преступник? Тебя за что упекли? За мелочи в кристаллы не заключают. Убийца небось? Можешь не отвечать, по взгляду видно. Он у вас сфокусированный на цель, острый как нож, аж мурашки. Не один раз такие взгляды видел. Я прав? Ну что молчишь?
— Ты же сказал, что можно не отвечать.
— Вот и тон как у князя один в один. Он, кстати, тоже убийца.
— Насколько я понял, и ты не вышивальщица.
— Я мечник, это другое. Я воин, охранник князя и защитник империи. А князь, он мог человека ради развлечения сжечь. Ух ты! — Пепел резко остановился и прислушался. — Кажется у наших неприятности. Чуешь огненные воздействия?
Сквозь стены действительно пробивались слабые импульсы, похожие на луч фонаря, что мельтешит где-то вдали и слегка просвечивает сквозь плотную штору.
— Давай быстрее, — Пепел сорвался на бег.
Несколько
Арахниды мчались из пролома в стене целым потоком, который зажал троицу мечников в угол. Единичные экземпляры членистоногих выделялись из толпы размерами, парочка пауков не уступала годовалым бычкам. Ёрик прятался за спинами Мода и Лисы, широко раскрыл глаза и судорожно сглатывал. Основная масса пауков просто проносилась мимо не обращая внимания на людей. Мечники сжигали только тех, что подбегали совсем уж близко.
Боковой выход, где замерли Пепел и Упрямец, пауков не интересовал совершенно.
Скоро в рядах ошалевших членистоногих начали появились просветы, а ещё через минуту поток иссяк. Время от времени прошмыгивали одинокие опоздавшие. Много отстающих пауков волочили задние лапы покрытые инеем. У нескольких приморозило и тельце, такие ползли совсем вяло.
— Что это было? — Пепел наступил на одного из последних арахнидов, тот подтягивался всего на одной лапе отчего двигался очень медленно и совсем отстал. Тельце хрустнуло и распалось замороженными кристалликами, лапка ещё раз судорожно дёрнулась и замерла.
— Уборщики, — уверенно заявил Мод, держа левую руку над головой, ладонь пылала, словно факел, освещая солидный круг.
— Угораздило же нас попасть под уборку, — Пепел пнул раздавленную тушку. — Нужно убираться поскорее.
— Теперь Южный тоннель отпадает, — Лиса спрятала плазматор и указала в коридор. — Похоже пауки как-раз из Южного грузового бегут. Думаю у нас минут двадцать-тридцать, не больше.
— Да, — поморщился Пепел. — С чёрными лучше не встречаться.
— Чёрными? — поинтересовался Упрямец.
— Морозники.
— Какие ещё морозники?
— Мы маги огня, — важно пояснил Мод. — А они маги льда и мороза. Противоположные стихии.
— Причём тут стихии? — удивлённо пожал плечами Упрямец. — Огонь это раскалённая газообразная среда, а лёд вообще агрегатное состояние воды. Всё, что имеет значение это…
— Угомонись, — отмахнулся Мод, очки отражали пламя в ладони и делали их владельца похожим на демона. — Я тебе уже советовал побольше помалкивать, чтобы не показывать глупость. Давайте быстрее выдвигаться. За мной.
Глава 4
Глава 4
Наконец череда ступеней вывела к свету. В громадный каньон с отвесными стенами. С ровными, отмеренными под линеечку стенами. Каньон казался бесконечным и в обе стороны уходил куда-то за горизонт.
Две нитки монорельса, что неотступно сопровождали маленький отряд в метро, выходили из тоннеля и заканчивались совсем рядом. Нитки упирались в прямоугольное строение с десятками больших ворот. Некоторые ворота были закрыты, но большинство распахнуто настежь. Несколько створок вообще валялись на земле. На крыше здания строем замерли десятки погрузочных манипуляторов, словно стая длинношеих цапель.