Тёмный день
Шрифт:
— Что?
— Плакала, господин, — сокрушенно поведал Басиянда.
— От радости, наверное, — с досадой пробормотал Дарин. — Ну и ладно!
— Я подметал в лавке… признаюсь, сделал это быстро, потому что чародейское зеркало, что там стояло, пугало меня до смерти! — сообщил раб, понизив голос.
— Зеркало? Да, это оно умеет!
— Разные ужасы показывало: то подавление восстания невольников в Наргалии, то наказание, которое полагается беглым рабам в Пяти княжествах Дакена. Я было пытался объяснить ему, что я —
— Оно никого не слушает, — усмехнулся Дарин, вспомнив собственные беседы с волшебным зеркалом. — Ни за что Дадалион его не продаст, нечего и мечтать. Оно так наловчилось покупателей отпугивать, что они из нашей лавки, как ошпаренные вылетают!
— А после, — продолжал скорбный рассказ Басиянда. — Пришел кобольд Тохта и сказал мне…
Раб содрогнулся — видно, беседа с кобольдом произвела на него неизгладимое впечатление.
— После этого я твердо решил, что только здесь, рядом с тобой, господин, я, твой верный раб, в безопасности. Дождался, пока все из дома уйдут и….
Дарин вздохнул.
— В какой безопасности? Ты идешь по Тисовой роще вместе с королем-демоном — как тебе это, а?!
Басинда указал пальцем на спину Кехелуса.
— Я о нем кое-что знаю, — заговорщицки прошептал раб. — И я поразмышлял на досуге и придумал кое-что!
— Опять поразмышлял? — вздохнул Дарин. — Когда уже ты успокоишься? Раб-мыслитель, только этого мне и не хватало…
— Может получиться очень хорошо, господин. Вот смотри…
И Басиняда откашлялся.
— Зеркало мне показывало твои владения, господин демона, — почтительным тоном произнес он, повысив голос. — Великолепный огромный дворец из черного мрамора!
— Какое еще зеркало? — не останавливаясь, бросил через плечо Кехелус, забыв о своем обещании не опускаться до разговоров с «жалкими смертными».
— Волшебное зеркало, господин, слыхал о таком? Оно говорит, находилось одно время в твоих чертогах!
— У меня во дворце тысячи волшебных зеркал, — надменно сообщил повелитель Волшебных земель. — Как я могу помнить о каком-то одном?!
Басиняда рысцой потрусил вперед, нагнал Кехелуса и пристроился сбоку. Дарин удивленно поднял брови: видно было, что какая-то мысль не дает рабу покоя.
Некоторое время Басиянда собирался с духом, оглядываясь на хозяина и делая ему непонятные знаки, потом набрался решимости и робко окликнул короля-демона.
— Господин! Позволь спросить, господин…
Ответом ему было ледяное молчание.
Басиянда в восхищении всплеснул руками.
— Господин демон не снисходит до разговора с простыми смертными, тем более — с рабами! — льстивым голосом проговорил он. — Сразу видно настоящего господина!
— Неужели? — спросил уязвленный Дарин. — А те, кто снисходят до разговора, те, значит, ненастоящие? Ну, я это тебе напомню, когда
Басиняда немного приотстал.
— Нет, хозяин, ты неправильно все понял, — вполголоса сказал он, поглядывая на Кехелуса. — В данный момент я забочусь о нашем процветании. О твоем, главным образом и совсем немного — о моем!
— Это как? — поинтересовался озадаченный Дарин.
Басиянда охотно пустился в объяснения:
— В лавке господина Дадалиона волшебное зеркало показало мне владения повелителя Волшебных земель и тут же, вообразите, буквально тут же, мне пришла в голову блестящая мысль!
— Мысль?
— Блестящая! — горделиво подтвердил Басиянда. — Не зря, не зря долгое время я был рабом у купца! Многое почерпнул. Господин, мы разбогатеем, помяните мое слово! Говорят, чтоб разбогатеть, нужен начальный капитал. Но я считаю, нужен не капитал, а идея! И вот теперь у меня есть прекрасная идея и я хотел бы обсудить ее хорошенечко с господином демоном!
Он забежал вперед, опередил повелителя Волшебных земель и, пятясь задом, отвесил ему несколько низких поклонов.
— Послушай, господин, ты только послушай меня! Клянусь небом, я тебя удивлю!
Король-демон презрительно фыркнул.
— Я живу на свете почти с самого его сотворения, — заносчиво проговорил он. — Чем ты можешь меня удивить?
— А! — воскликнул Басиняда. Он обрадовался, что повелитель Волшебных земель, наконец-то соизволил заметит его.
— Господин, есть блестящая возможность хорошо заработать, — деловито сообщил раб. — Я видел, у тебя там, в твоих чертогах, есть масса интересных вещей: какая-то черная галерея с ледяными глыбами, внутри которых замурованы ужасные чудовища…
— Галерея Ледяного Ужаса, — отрывисто бросил Кехелус. — Это демоны-изменники. Я оставил их в живых, но заключил в глыбы волшебного льда. Они никогда не смогут освободиться, а я буду вечно наслаждаться их мучениями!
— И еще лабиринт с привидениями…
— Лабиринт Шепчущих Призраков, — в голосе короля-демона послышалось удовольствие.
— О чем они шепчутся? — поинтересовался Дарин.
— Молят о пощаде, конечно же. Лабиринт — одно из любимых уголков моего дворца. Он расположен сразу за Садом Зловещих Мертвецов, неподалеку от Пустоши Кровожадных Упырей. Оттуда хороший вид на Кипящие Ядовитые Озера.
— Сад Зловещих Мертвецов? — недоверчиво переспросил Дарин. — Пустошь Кровожадных Упырей? Ты это серьезно?
— Слушай, парень, — в голове Кехелуса послышалось недовольство. — Не я это придумал. Названия давали мои предки — высшие демоны. Вам, жалким смертным, не понять глубины их замыслов!
— Да, где уж нам, — согласился Дарин, еле сдерживая смех.
Басиянда, по-прежнему пятясь задом, снова почтительно поклонился Кехелусу.
— И еще, господин, я видел огромные пропасти, заполненные черным туманом…