Темная любовь
Шрифт:
— Это называется групповое извращение, Райли. Мне пришлось усмирить Эли. Он был… неуправляемым больным. Его жажда крови… — Он качает головой, и на его плечи опускается долгий ужас. — Это было так сильно, как я никогда раньше не видел. — Он смотрит на меня. — Никогда.
— Что ты сделал, Ной? — спрашиваю я. Мой страх усиливается и превращается в желчь. У меня болит живот.
— Я дал ему свой яд. Возможно, слишком много. В тот момент это было единственное, что можно было сделать. Он просто сходил с ума. Это успокоило его настолько, что я смог вытащить его из
Я смотрю на него в ожидании.
— Джейк, Габриэль и Люк улетели на одном самолете с Эли обратно в Саванну. Я сел на другой самолет с тобой, Сетом, Фином, Райном и Аркосом. Причер, его двоюродный брат Гарр и родители Эли ждали нас в аэропорту. Причер сопровождал родителей Эли на остров Да вместе с Эли. Джейк, Габриэль и Люк тоже поехали. Гарр поселил нас здесь. Аркос, на другом острове.
Я озадаченно наклоняю голову.
— Что ты имеешь в виду?
Ной пожимает плечами.
— Причер, Гарр и родители Эли настаивали на том, что, если Аркос собирается околачиваться здесь, его нужно очистить. Это не заняло много времени. Он был довольно сговорчивым.
— Где он сейчас? — спрашиваю я.
Ной потирает подбородок руками.
— К счастью для нас, Вик убил своего собственного брата, а не я убил Валериана. Сейчас он вернулся в Румынию, выясняет отношения со своей семьей.
Я замечаю, что Ной рассказывает мне все, что можно знать обо всех… кроме меня.
И это меня немного беспокоит.
— Почему мы здесь одни? — спрашиваю я.
Проницательный, серьезный серебристый взгляд Ноя заставляет мое сердце подпрыгнуть.
— Ной?
Он вздыхает.
— Укус, который ты получила от Валериана Аркоса? — Он качает головой. — Он не предназначался тебе. Это предназначался Эли. Чтобы убить его.
Я растерянно моргаю.
— И что?
— Ты… претерпела некоторые изменения.
Я качаю головой.
— Я уже принимала яд Аркоса раньше, Ной, три раза. Почему этот раз отличается?
Он пожимает плечами.
— Перегрузка ядом Аркосов? Пока точно не знаю, Райли. Но, возможно, твоя ДНК… пересеклась.
Воздух со свистом выходит из моих легких.
— Пересеклась? Как у полноценного вампира?
Ной берет меня за руку и сжимает ее.
— Мы пока не уверены. Ты прошла курс детоксикации самыми агрессивными способами из возможных. Эли тоже. И Виктор. Уже девять недель, — он качает головой. — Эли… Он что-то не совсем помнит, Рай. — Он пристально смотрит на меня. — Когда я видел его в последний раз, он меня не помнил. Возможно, он не помнит тебя.
Мое сердце замирает. Я думала, что все, что нам нужно было сделать, это вернуть его к жизни. Провести детоксикацию. Мне и в голову не приходило, что Эли не вспомнит меня. Свою семью. Его прежнюю жизнь. Я делаю глубокий вдох и поднимаюсь на ноги. Мои ноги подкашиваются, я чувствую слабость, Ной встает и стоит рядом со мной. Его рука проскальзывает под мой локоть, и я поднимаю на него взгляд.
— Почему мы здесь одни?
— Эли,
Я кладу голову ему на плечо.
— Да, помню и ценю это. — За пределами импровизированного навеса волны накатывают на песок. — Мне нужно пройтись, — говорю я.
Ной кладет руку мне на плечи и выводит наружу.
— Тогда давай прогуляемся.
Мы выходим из навеса, и я останавливаюсь, глядя вверх.
— Спасибо, — говорю я.
Ной расплывается в улыбке, которая отличается от той сексуальной и дерзкой, которую он обычно изображает.
— В любое время. Пока мы идем, он лезет в карман джинсов и достает сотовый.
— Она проснулась, — говорит он в трубку и вешает трубку.
— Кто это? — спрашиваю я. Я босиком, и песок хлюпает у меня под ногами, когда мы идем вдоль береговой линии. Над головой кричат чайки, а кулики снуют вдоль волны, тыча своими длинными клювами в песок. Знакомый солоноватый аромат окутывает меня, и я вдыхаю его. Он успокаивает меня. Это дом.
Ной прижимает меня к себе.
— Вот увидишь. И, кстати, я видел, что ты сделала с Кэррин. — Его взгляд светится нежностью и восхищением. — Ты больная, ты это знаешь, да?
Я слабо улыбаюсь.
— Да.
Ной целует меня в макушку.
— Мы не откажемся от Эли, дорогая. Никто от него не откажется. Ты это понимаешь?
Его слова успокаивают меня.
— Знаю.
«Райли? Как ты, любимая?»
«Вик… Я в порядке. Как ты?»
«Готов покинуть этот продуваемый сквозняками старый замок Аркосов. Я просто хотел услышать твой голос. Я приеду в Штаты, как только смогу. Пожалуйста, не забывай о своих братьях-Галлах. И не забывай о Майлзе. Я умоляю тебя.»
«Я сделаю это, сделаю. Скоро увидимся, Вик.»
«Недостаточно скоро.»
Через несколько минут из бухты доносится урчание лодочного мотора, и, когда солнце садится, я вижу лодку, направляющуюся к нам. Две темные фигуры и несколько светлых.
Лодка причаливает к берегу, и мое сердце подпрыгивает.
— Вот моя девочка, — говорит Эстель, и ее красивая кожа цвета эбенового дерева, губы расплываются в широкой улыбке, обнажая белоснежные зубы. — Кто-нибудь, уведите меня отсюда.
Брат Эли, Фин, подхватывает Эстель на руки, и она визжит, как маленькая девочка. Он ставит ее на песок, и она направляется ко мне. Я бросаюсь к ней в объятия и крепко сжимаю ее.
— Бабушка! — говорю я ей в шею. От нее пахнет специями и мылом «Диал», и это никогда еще не пахла так хорошо.
Эстель несколько раз похлопывает меня по спине.
— О, ну же. Привет, детка. Только не намочи мне платье, ладно? — Она смеется, и этот знакомый звук проникает мне прямо в душу. — Я уже почти старушка, чтобы перепрыгивать с острова на остров, присматривая за вами, молодыми.