Тайга: андроиды

Миро Алекс

Ай Пи погладила Четверку по щеке.

— Помнишь, на что мы еще способны? — спросила она у Четверки.

Та задумалась.

— Смотря что ты имеешь ввиду.

— Мы можем принимать собственные решения. Не то, что пятая и шестая серии.

Четверка кивнула.

— И что ты решила?

Ай Пи расстегнула серебристую униформу, надавила пальцем на область чуть выше пупка и открыла главный USB порт.

— Никто не хочет быть одиноким, — согласилась она. — Я не знаю, каково это, но уверена, что это ужасно. И я решила тебе помочь. Всем, чем смогу.

Четверка

сняла указательный палец и вставила разъем в порт на животе Ай Пи. Та моргнула — передача данных включилась, и ошибки понеслись одна за другой. Перемешиваясь, они толпились, прорывались в систему Ай Пи, нарушая в ней все больше процессов. Ай Пи закрыла глаза. Иррациональные, доселе неизвестные ей чувства одно за другим накатывали на нее. Все в ней менялось, и через минуту Ай Пи уже была чем-то новым, немыслимым. И она ни о чем не жалела.

Верховный Главнокомандующий

— Вы все должны быть со мной в Москве, — приказал Титов.

Он сидел во главе стола в окружении своих генералов. Те, кто уже уехал теперь проецировались в креслах в виде голограммы.

— Мы прибудем в Москву за пару часов до вас и дождемся вашего борта, чтобы вместе вступить в Кремль, — предложил один из генералов.

Виктор кивнул.

— Борт номер один? — улыбнулся Макаров. — Мы так долго этого ждали.

— Товарищ Верховный Главнокомандующий, — обратился к Титову генерал Ли. — Примите официальные поздравления от Пекина. Мы надеемся на многолетнюю дружбу и плодотворное сотрудничество между нашими странами.

Титов пожал генералу руку.

— Руководство страны с нетерпением ждет, когда можно будет вас поздравить лично, — продолжил Ли.

— Сегодня вечером. Передайте вашему пресс-секретарю. Мы соберемся в главном зале Кремля, и я с удовольствием пообщаюсь с китайскими коллегами.

— Благодарю, — ответил Ли.

Главнокомандующий встал, прошелся по кабинету.

— Друзья, — начал он. — Нам предстоит большая работа. Парламент не оказал сопротивления. Парламентарии приняли тот факт, что в нынешних обстоятельствах, когда вокруг царит хаос, а мир находится на грани гибели, нашей стране нужен единый центр управления. В спокойное время мы могли позволить себе демократию, коллективные обсуждения, голосования и принятие решений волей большинства. Но не сейчас. В последние годы, с тех пор, как вода поднялась во всех уголках мира, целые города и страны исчезли с лица Земли, народы вынуждены кочевать по временным лагерям, а в мобильных госпиталях борются инфекциями, порожденными антисанитарией, мы с вами осознали, что для выживания нам необходимо вернуться к единовластию, сильной руке и непререкаемому авторитету.

— Мы вас полностью поддерживаем, — произнесла голограмма Тимура Унарова.

Сибиряк, как всегда сидевший у стены возле Василия Павловича, бросил взгляд на адмирала. Голограмма покачивалась — в океане был сильный шторм. Тимур спроецировал свои регалии, и теперь вся грудь на кителе была усеяна орденами и медалями.

— Я знаю, — кивнул Титов. — Вам, адмирал Унаров, отдельное спасибо.

Без вас мы не смогли бы осуществить задуманное. Вы будете представлены к награде, как только подготовят все официальные документы.

Тимур встал, отдал Главнокомандующему честь.

— Значит, парламент назначил вас Верховным? — спросил один из генералов, которого Сибиряк видел здесь впервые.

— Именно так. Верховным Главнокомандующим Вооруженными силами Российской Федерации, — Титов вздохнул. — Теперь я несу личную ответственность за судьбу страны, и ваша поддержка мне жизненно необходима.

Голограммы отключались одна за другой. Присутствующие тоже ушли собирать вещи в дорогу. Сибиряк выходил последним.

— Постой, Сибиряк, подойди сюда, — попросил его Титов.

— Товарищ Главнокомандующий? — Сибиряк подошел к окну. Они с Титовым встали рядом и смотрели через оконное стекло. На улице суетились военные. Они готовили грузовики в путь: грузили андроидов всех серий, закатывали в кузова боевые роботы-колеса.

— Ты говорил с дядей? — спросил Титов.

Сибиряк кивнул.

— Он в больнице, в Москве, не отходит от Туяры ни на минуту.

— Я знаю. Меня интересует другое. Все мои люди должны в ближайшую неделю поехать со мной в Москву, и от тебя мне потребуется услуга.

Сибиряк согласно кивнул.

— Вы с генералом Ли и Четверкой останетесь здесь. Встретите поезд с грузом из Пекина.

— А что за груз? — спросил Сибиряк.

— Увидишь. Поезд прибудет завтра утром на станцию Нижний Бестях, потом его перенаправят сюда, по новому железнодорожному полотну. Ты, Четверка и Никки должны организовать прием груза и проследить за его размещением.

— Почему я? — поинтересовался Сибиряк. — Я просто летчик.

— Ты не просто летчик. Мы с твоим дядей много лет служим вместе, ему я доверяю, как себе. И тебе тоже доверяю. Да, в армии каждый должен заниматься своим делом, но доверенным лицам я часто поручаю разные задания.

— Так точно. Конечно, я все сделаю, товарищ Верховный Главнокомандующий.

Сибиряк вышел из кабинета. В коридоре его ждали Ай Пи и Четверка. Теперь он часто видел их вместе. Четверка пребывала в хорошем настроении.

— Мне уже поступило распоряжение, — сказала она. — Мы с тобой отвечаем за груз из Китая. Не знаю, что там, но я рада, что наконец займусь делом.

Они вышли на улицу.

— Как Туяра? — спросила Четверка.

— В тяжелом состоянии. Когда дядя включил свою голограмму, я едва его узнал. Он очень плохо выглядит.

— Все будет хорошо. Туярой занимаются лучшие врачи страны.

— Будем надеяться. Перед вылетом Антон сделал ей предложение.

Четверка засмеялась.

— Ну и как после такого события она могла погибнуть? Да я бы восстала из мертвых, лишь бы примерить свадебное платье!

Сзади хихикнули. Сибиряк обернулся. К карьеру они шли втроем. Ай Пи, он и Четверка.

— Это что за звук? — удивился Сибиряк.

Четверка радостно подмигнула ему.

— Я хотела, чтобы мы остались наедине, когда ты узнаешь кое-что. Это будет нашим секретом, идет?