Тарси
Шрифт:
А как же мое недавнее утверждение, что я не собираюсь становиться здесь богачом? Ну да, не собираюсь, разве что ненадолго — на момент проведения нужных мне мероприятий, и не на день дольше.
Расплатившись с землекопами, мы тот час же пустились в путь. Подводы с золотом следовали в центре отдельно от остального обоза, охраняемые рыцарями и пехотой. Я беззаботно ехал чуть в стороне, с удовольствием вспоминая уроки верховой езды, полученные мной от Миланы.
— Позвольте полюбопытствовать, граф? —
— Любопытствуйте, барон.
— Почему Вы отдали все бразды правления в руки графа Тугази? Он отдает распоряжения, командует отрядом и едет на повозке с сокровищами. С Вашими сокровищами, граф.
Вот и вся секретность. Если Тромиг догадывается, что именно мы везем, то и другие наверняка в курсе.
— Пустяки, барон. Не все ли равно, кто отдает распоряжения?
— Пустяки? Это совсем не пустяки! Это возмутительно! Многие рыцари разделяют мою точку зрения.
— Чем же вам не угодил граф Тугази? — удивился я.
— Граф Тугази достойнейший рыцарь, я был бы рад идти в бой под его предводительством, но сейчас командир Вы.
— Благодарю Вас за прямоту, барон. Что касается Тугази, то я сам попросил его организовать транспортировку.
— Но как же слава? Весть об этой находке наверняка разнесется по всей стране, а может, и за ее пределы. Те, кто не знает истинного положения дел, могут приписать нахождение древних сокровищ графу Тугази.
— Что слава, лишь звук. Мне достаточно мнения тех, кто посвящен в подробности этого дела.
Вот только славы мне не хватает. Если моим планам суждено осуществится, мне этой самой славы достанется с избытком гораздо больше, чем я хотел бы.
— Граф, Вы истинный рыцарь! Я счастлив, что знаком с Вами! — восторженно казал барон.
— Полно, не стоит преувеличивать.
Приятно, конечно, когда тебя считают образцом благородства, вот только барон Тромиг не знает моих истинных мотивов. В них нет ничего недостойного, но все же известности я сторонюсь не из-за того, что полностью лишен тщеславия, а оттого что чрезмерная реклама мне ни к чему. Слухи и без того пойдут.
За полчаса до темноты мы въехали в небольшое село, где и расположились. Обоз оставили на центральной площади, усиленный караул должен был охранять его всю ночь. Те, кто не был занят на дежурстве, разошлись по домам и расположились на постой.
— Граф, Вы назначите старших в дежурные смены лично, или предоставите сделать это мне? — поинтересовался Тугази.
— Назначьте Вы.
Я мог лишь ткнуть наугад, в то время как Тугази лично знаком с большинством присутствующих здесь рыцарей, а об остальных знает понаслышке.
Я поужинал у хозяев дома, в котором остановился и отправился спать, имея намерения как следует отдохнуть. Вот только выспаться мне не удалось.
Ночь
— Вставайте, граф, медлить нельзя! — тряс меня Тугази.
И что ему, спрашивается, не хватает? Я передал ему все полномочия по несению караула.
— Что случилось? — откликнулся я, протирая глаза.
— Золото похитили!
Наверное, Тугази ожидал чего угодно, но только не такой реакции — меня начал разбирать смех.
— Как, уже?
— Что значит "уже"? — удивился рыцарь. — Вы, наверное, не расслышали, граф, наше золото похитили!
— Простите меня, граф. Я предполагал, что может что-то случиться, но никак не думал, что похитители отреагируют так быстро.
— Я тоже не мог такого представить! — сокрушался Тугази. — Поверьте, караул был выставлен по всем правилам, я лично проверял посты.
— И что же случилось?
Расспрашивая я собирался: накинул на себя кольчугу, обул сапоги.
— Не представляю, как такое могло случиться. Вся смена наемников спит непробудным сном. Они живы, но их не удается добудиться.
— А рыцари?
— Рыцари на ногах. Если бы уснули и рыцари тоже, весь наш обоз под шумок могли увести.
— Так похитили не все золото? — уточнил я.
— Слава Создателю, не все! Рыцари оставались на посту. Когда пехота заснула, они подняли тревогу. Видимо кто-то воспользовался суматохой. С одной из телег под шумок утащили два ящика.
— Вы подняли тех, кто не был в дежурной смене?
— Рыцари все на ногах, пехотинцев не удалось добудиться. Все спят непробудным сном.
— Так-так. Наемники ужинали из обозного котла, а рыцари ели на постое? — уточнил я, вставая и поправляя ножны меча.
— Думаете, что-то подсыпали в еду? — быстро ухватил мою мысль начальник личной охраны принца.
— Этот вывод напрашивается.
— Какое коварство! Так воспитанные люди не поступают! Так война не ведется!
— Привыкайте, граф. Скоро вам придется иметь дело с Лутсором, коварство их излюбленный прием.
— Думаете, не обошлось без лутсорских шпионов? — уточнил Тугази.
— Не знаю. Судя по скорости, с которой неизвестные провернули это дело, я бы этот вариант со счетов не сбрасывал. Впрочем, Вам лучше знать, на что способны Ваши соотечественники.
— Тот, кто позарился на золото короны, если и не предатель, то наверняка станет им при первой удобной возможности, — решительно сказал рыцарь. — Мы немедленно проведем расследование и отыщем злоумышленника. Начнем расспросы с тех, кто готовил обед.