Танг
Шрифт:
— Конкуренты? — предположил я.
— За артефактом? — переспросил Альтер. — Или за монстрами? Ты как, ничего нового не ощущаешь? Нас внизу никто не ждёт?
— Без понятия, — я покачал головой. — Сила Молдура повсюду, мы словно плаваем в ней как в бассейне.
— Кабы не утонули, — пробурчал Вьяти. — Насколько я слышу, внизу у конца лестницы никто не шевелится. А если вы ещё не будете так громко сопеть, да и заткнётесь, то я, может, и попробую услышать чужое сердцебиение.
— Сердцебиение? — засомневался я. — Это у кого же, у вурдалаков что ли?
— Хочешь сказать,
— Кровь из него не хлестала ручьём, — возразил я, вспомнив недавнюю стычку. — Мертвяк — он и есть мертвяк.
Вскоре лестница закончилась, и появился первый коридор с двумя залами-захоронениями. Мы заглянули туда ради интереса — массивные гробы из камня с вырезанными на нём фамильными рисунками и пустым местом для имени. Внутри, конечно же, ещё никого не было.
— Не практично, — скривился Вьяти. — Столько места пропадает. А если здесь титановая жила была? Вот ищи их теперь. Правильно делаем, что сжигаем всех — так и нечисти меньше шансов зародиться, и место экономим, и землю пеплом удобряем.
За следующим поворотом мы вошли в гигантскую пещеру — потолок мы ещё видели в нескольких саженях над головами благодаря свету факелов, а вот с дном были проблемы. Вьяти кинул вниз камень. Ни я, ни Альтер не услышали характерного стука, но через пару секунд соназг ответил:
— Глубокая пещера. Сотня саженей есть точно, внизу вода. Может быть, подземное озеро или река.
Дальше нам предлагалось обойти пещеру до противоположной стены по краю — дорога была хорошо протоптанной и достаточно широкой, чтобы, не опасаясь, идти даже по двое сразу. Наши шаги эхом отражались от сводов пещеры, и Вьяти это здорово нервировало, он всё божился, что в следующий подобный поход он раскошелится и купит нам мягкую бесшумную обувь. Сам же он был в обычных говнодавах, но умудрялся ступать, не издавая ни единого звука. Тропа плавно уходила вниз, иногда встречались маленькие боковые залы-ответвления, но там везде было пусто, никаких мертвецов или сокровищ. И ни следа монстров, хотя ощущение их присутствия не покидало меня ни на секунду. В конце концов, я привык к нему и перестал его замечать, целиком положившись на чувствительный слух Вьятлатта. Несколько раз попадались короткие лестницы вверх-вниз, мы спускались по спирали и уже сделали точно два круга, когда нам попался первый мертвец. Нет, не вурдалак, простой давно разложившийся скелет в запылённой одежде. Я бы прошёл мимо него, да и соназг проигнорировал его — не шевелится, значит, молодец, не попадёт под его саблю, но Альтер не удержался и застыл у него на несколько секунд.
— Ну что ещё? — закатил глаза Вьяти.
Вместо ответа Альтер поднёс поближе свой факел к скелету и пригляделся. Я тоже подошёл поближе и посмотрел — ничего особенного, скелет как скелет.
— И? — я выразительно посмотрел на крагера.
— Странный он, — ответил тот. — Что-то не так в нём.
— Пошли уже! — поторопил его Вьяти. — У меня и так мурашки от этой пещеры, а я в пещере родился!
И мы двинулись. Через полсотни шагов спуск закончился, и дорога свернула в стену пещеры,
— А я понял, — пробормотал Альтер, когда осветил этот скелет.
— Ну так говори, если это важно! — буркнул соназг. — А если нет — двигай ластами, нам ещё идти фиг знает сколько.
— Одежда, — ответил крагер.
— В смысле? — нахмурился я. — Никогда не видел скелета в одежде? Ну да, лежит не в гробу, а на проходе, словно разбойник какой, которого сожрали местные твари, что в этом такого?
— Одежда новая, — пояснил Альтер. — Совсем свежая. А скелет древний, словно лежит здесь не один век, видишь, никакого мяса не осталось совсем. Как будто его действительно обглодали… Жуть какая.
Мы пошли дальше. Сторонних коридоров-ответвлений почти не было, а те, что встречались, заканчивались тупиками, как говорил Вьяти — мы даже туда не совались. Основная дорога шла зигзагом, постепенно углубляясь внутрь земли, и, наконец, когда у нас догорела первая пара факелов, я ощутил артефакт.
— Засёк! — воскликнул я, закрыв глаза.
— Как далеко?
— Не очень. И он движется.
— Молдурова блевотина!
Амулет Снов горел в моём воображении словно единственная Ледяная Звезда (примечание: самая яркая звезда на небе, имеющая холодный голубой свет; аналог Полярной звезды в местном мире, расположена строго на юге и используется для навигации) на беззвёздном небе. Пропустить или не заметить его было невозможно.
— Он на монстре? — поинтересовался снова Вьяти.
— Что? А, нет, не знаю. В этом плане ничего не изменилось, Холод (примечание: подразумевается Сила Молдура) повсюду, мы сейчас как раз в его эпицентре.
— Ну, тогда иди первым.
Шли мы вперёд ещё не очень долго, залы сменялись один за другим. Пару раз останавливались, чтобы осквернить чужие захоронения — здешние могилы уже не были пустыми, а нам очень хотелось в туалет, пришлось полить гробы сверху. Один раз сделали передышку и перекусили.
— Странная пещера, — когда мы снова двинулись дальше по коридорам, заметил Вьяти. — Клянусь Соной (примечание: бог соназгов, подробнее смотри в справочнике), я слышу, как кто-то копошится и впереди и сзади нас. И даже в стенах! Но стоит нам подойти поближе, как всё мгновенно затихает! Ничего не понимаю, крысы, что ли, там завелись? Или змеи какие, очень похожий звук.
— Лучше крысы, — пробормотал я, оглядывая стены и ища неведомых врагов. — Не люблю змей. Ядовитые, мелкие, а некоторые ещё и душат тебя.
— Лучше змеи, — возразил Альтер. — Крысы заразу разносят, от которой не факт, что сдохнешь, но калекой останешься точно. А от яда быстренько ласты склеил — и нет проблем.
— Лучше бы здесь не было ни тех, ни других, — буркнул Вьятлатт.
— Давно ты это слышишь? — спросил я.
— Давно, — кивнул он. — Сразу, как только вошли в ту большую пещеру. Но тогда очень тихо было, я ещё подумал, что это кровь у меня в ушах бежит, ну, знаешь, бывает иногда. Очень похожий звук. Но сейчас… сейчас они точно вокруг нас! Покажитесь, мрази, чтоб я вас видел! Покажитесь!!!