Танец с драконами

Джордж Мартин

— Геррик — истинный и законный король одичалых, — объявила королева. — По мужской линии он ведет свою родословную от их великого короля Раймуна Рыжебородого, тогда как матерью узурпатора Манса Налетчика была обычная женщина, а отцом — один из ваших черных братьев.

Нет , мог бы сказать Джон, Геррик ведет родословную от младшего брата Раймуна Рыжебородого . Для вольного народа это значило примерно столько же, как если бы он был потомком коня Раймуна Рыжебородого. Они ничего не знают,

Игритт. И, что хуже, никогда не узнают.

— Геррик любезно согласился отдать руку своей старшей дочери моему дорогому Акселлу, чтобы Владыка Света объединил их в святом браке, — продолжила королева Селиса. — Тогда же выйдут замуж и другие его дочери: вторая — за сира Брюса Баклера, а самая младшая — за сира Малегорна из Редпула.

— Господа, — Джон склонил голову к названным рыцарям, — желаю вам обрести счастье с вашими нареченными.

— Под водой мужчины женятся на рыбах, — Пестряк исполнил небольшой танец, позвякивая своими колокольчиками. — Я-то знаю, я знаю, я знаю.

Королева Селиса снова фыркнула:

— Четыре брака можно устроить так же просто, как и три. Лорд Сноу, давно уже пора пристроить эту женщину, Вель. Я решила, что она выйдет замуж за моего доброго и верного рыцаря, сира Патрека с Королевской Горы.

— Вы уже сообщили об этом Вель, Ваше Величество? — спросил Джон. — Среди мужчин вольного народа принято похищать женщину, которую они желают, чтобы доказать свою силу, хитрость и отвагу. Если жениха поймают, он рискует быть жестоко избитым родственниками женщины, и, хуже того, самой женщиной, если она сочтет его недостойным.

— Дикий обычай, — отметил Акселл Флорент.

Сир Патрек только усмехнулся:

— Ни один мужчина никогда не ставил под сомнение мою храбрость. И ни одна женщина не усомнится.

Королева Селиса скривила губы:

— Лорд Сноу, поскольку леди Вель не знакома с нашими традициями, пожалуйста, пришлите ее ко мне, чтобы я смогла объяснить ей обязанности благородной леди по отношению к своему лорду-супругу.

Уверен, это пройдет просто блестяще . Джон задумался, так же стремилась бы королева выдать Вель за одного из своих рыцарей, знай она, что та думает о принцессе Ширен.

— Как прикажете, — сказал он, — хотя если мне будет позволено говорить открыто...

— Нет, полагаю, не будет. Можете быть свободны.

Джон Сноу преклонил колено, поклонился и вышел.

Спускаясь, он перешагивал через две ступеньки и кивал на ходу стражникам королевы. Ее Величество выставила людей на каждом пролете для охраны от кровожадных одичалых. На полпути его окликнул голос сверху:

— Джон Сноу.

Джон обернулся:

— Леди Мелисандра.

— Нам нужно поговорить.

— Нужно ли? — Я так не думаю. — Миледи, меня ждут мои обязанности.

— О них я и хочу поговорить, — она спускалась вниз, ее красные юбки шелестели по ступеням. Казалось, что она плывет. — Где ваш лютоволк?

— Спит в моих комнатах. Ее Величество запретила приходить к ней с Призраком. Она утверждает, что он пугает принцессу. А пока неподалеку Боррок со своим кабаном, я не рискую выпускать его. — Оборотень будет

сопровождать Сорена Щитолома в Каменную Дверь, после того как вернутся повозки, перевозившие клан Тюленьей Шкуры в Зеленого Стража. А до тех пор Боррок занял одну из древних гробниц за замковым кладбищем. Компания давно умерших людей, казалось, устраивала его больше живых, а кабан выглядел довольным, роясь среди могил, подальше от других животных. — Эта зверюга размером с быка, с острыми, словно мечи, клыками. Призрак гонялся бы за ним, отпусти я его, и кто-нибудь из них, или даже оба, могли бы и не пережить такую встречу.

— Боррок — наименьшая из твоих проблем. Ваша вылазка...

— Одно ваше слово могло бы повлиять на королеву.

— Здесь Селиса права, лорд Сноу. Пусть умирают . Ты не можешь их спасти. Твои корабли потеряны...

— Осталось еще шесть. Больше половины флота.

— Твои корабли потеряны. Все корабли. Ни один человек не вернется. Я видела в своем пламени.

— Ваше пламя не всегда говорило правду.

— Я ошибалась, признаю, но...

— Девушка в сером на умирающей лошади. Кинжалы в темноте. Обещанный принц, рожденный из дыма и соли. Кажется, вы только и делаете, что ошибаетесь, миледи. Где Станнис? Что с Гремучей Рубашкой и его копьеносицами? Где моя сестра?

— На все твои вопросы будут даны ответы. Смотри на небеса, лорд Сноу. И когда найдешь ответы, пошли за мной. Зима уже почти пришла. И я твоя единственная надежда.

— Напрасная надежда, — Джон отвернулся и покинул ее.

Снаружи по двору шатался Кожаный.

— Торегг вернулся, — сообщил он, когда появился Джон. — Его отец разместил своих людей в Дубовом Щите и вернется сегодня в обед с восьмьюдесятью воинами. Что сказала бородатая королева?

— Ее Величество не может оказать нам никакой помощи.

— Слишком занята выщипыванием волос на подбородке? — Кожаный сплюнул. — Неважно. Хватит людей Тормунда и наших.

Чтобы добраться туда — возможно, и хватит. Джона Сноу больше беспокоил обратный путь. Возвращение замедлится из-за тысяч людей вольного народа, множество из которых больны и истощены. Река людей течет медленнее, чем река, скованная льдом. Они будут беззащитны. Мертвые твари в лесах. Мертвые твари в воде.

— Сколько человек потребуется? — спросил он Кожаного. — Сто? Двести? Пятьсот? Тысяча? — Взять побольше людей или поменьше? Меньшее число быстрее доберется до Сурового Дома... но какой прок от мечей без еды? Матушка Кротиха и ее люди уже на грани поедания трупов. Чтобы накормить их, ему нужно пригнать повозки и телеги и привести тягловых животных, которые все это дотащат: лошадей, быков, собак. Вместо того чтобы пролететь сквозь леса, они будут обречены ползти. — Слишком многое еще надо решить. Передай приказ. Всем командирам собраться в Щитовом Чертоге к началу вечерней вахты. К тому времени вернется Тормунд. Где мне найти Торегга?