Танец с драконами

Джордж Мартин

— Мы получили донесения, что по всему южному побережью высаживаются наемники, — продолжал сир Киван. — В Тарте, на Ступенях, на мысе Гнева… хотел бы я знать, где Станнис нашел деньги, чтобы нанять вольный отряд. Здесь у меня не найдется столько людей, чтобы отправить их разобраться с ними. У Мейса Тирелла есть армия, но он отказывается что-либо предпринимать, пока не будет решен вопрос с его дочерью.

Палач решил бы вопрос с Маргери довольно быстро. Серсея плевать хотела на Станниса или его наемников. Пусть Иные заберут его вместе

с Тиреллами. Пусть перережут друг друга, королевству от этого будет только лучше.

— Пожалуйста, дядя, вытащи меня отсюда.

— Как? Отбить тебя силой? — сир Киван подошел к окну и хмуро уставился в него. — Мне пришлось бы превратить это святое место в бойню. И у меня нет людей. Наши лучшие силы в Риверране с твоим братом. У меня не было времени собрать новую армию, — он снова повернулся к ней. — Я говорил с Его Святейшеством. Он не отпустит тебя, пока ты не искупишь свои грехи.

— Я исповедалась.

— Я сказал «искупишь». Перед всем городом. Пройдешь…

— Нет, — она знала, что собирался сказать ее дядя, и не желала этого слышать. — Никогда. Передай ему, если снова будешь говорить с ним. Я королева, а не портовая шлюха.

— Тебе ничего не грозит. Никто не тронет…

— Нет, — ответила она еще более резко. — Я скорее умру.

Сир Киван был непреклонен.

— Если ты хочешь этого, то вскоре твое желание может исполниться. Его Святейшество твердо решил судить тебя за цареубийство, богоубийство, кровосмешение и государственную измену.

— Богоубийство? — она чуть не рассмеялась. — Когда же я успела убить бога?

— Здесь, на земле, Верховный Септон говорит от имени Семерых. Нанося удар ему, ты наносишь удар самим богам, — дядя поднял руку, прежде чем она смогла возразить. — Не стоит говорить о подобных вещах. Не здесь. Для этого будет суд, — он обвел глазами келью. Выражение его лица говорило красноречивее слов.

Кто-то подслушивает. Даже здесь, даже теперь она не могла говорить открыто. Она перевела дух.

— Кто будет судить меня?

— Вера, — ответил дядя. — Если только ты не будешь настаивать на испытании поединком. В таком случае за тебя выступит рыцарь Королевской Гвардии. Но каков бы ни был исход, твое правление закончено. Я буду регентом Томмена до его совершеннолетия. Мейс Тирелл провозглашен Десницей короля. Великий мейстер Пицель и сир Харис Свифт сохранили свои должности, лордом-адмиралом стал Пакстер Редвин, а Рендилл Тарли назначен верховным судьей.

Оба — знаменосцы Тирелла. Вся власть в королевстве сосредоточились в руках ее врагов — родственников и друзей королевы Маргери.

— Маргери тоже предъявлены обвинения. Ей, и этим ее кузинам. Как вышло, что ее воробьи отпустили, а меня — нет?

— Рендилл Тарли настоял. Когда разразилась буря, он самым первым прибыл в Королевскую Гавань, и привел с собой армию. Девчонки Тирелла предстанут перед судом, но дело против них неубедительно, как считает Его Святейшество. Мужчины, которых назвали любовниками королевы, либо сразу отвергли обвинения, либо позже отреклись от своих признаний, за исключением твоего изувеченного певца, который, похоже, почти безумен. Поэтому Верховный

Септон передал девочек на попечение Тарли, а лорд Рендилл принес священную клятву доставить их на суд, когда придет время.

— А ее обвинители? — спросила королева. — Где их содержат?

— Осни Кеттлблэк и Лазурный Бард здесь, под септой. Близнецов Редвин признали невиновными, а Хэмиш-Арфист умер. Остальные — в подземельях Красного Замка, под надзором твоего Квиберна.

Квиберн, подумала Серсея. Это хорошо. У нее есть, по крайней мере, одна соломинка, за которую можно ухватиться. Они у лорда Квиберна, а лорд Квиберн может творить чудеса. И злодеяния. Злодеяния он тоже может творить.

— Это еще не все, дальше — хуже. Сядешь ты, наконец?

— Сяду? — Серсея покачала головой. Что может быть хуже? Она предстанет перед судом по обвинению в государственной измене, а маленькая королева и ее кузины выпорхнули, свободные, как птички. — Говори. Что еще?

— Мирцелла. У нас печальные новости из Дорна.

— Тирион, — тут же сказала она. Тирион отослал девочку в Дорн, а Серсея отправила сира Бейлона Сванна вернуть ее домой. Все дорнийцы — змеи, и Мартеллы — хуже всех. Красный Змей даже пытался защитить Беса и был на волосок от победы, которая позволила бы карлику избежать наказания за убийство Джоффри. — Это он, он все время находился в Дорне, а теперь захватил мою дочь.

Сир Киван бросил на нее еще один угрюмый взгляд:

— На Мирцеллу напал дорнийский рыцарь по имени Герольд Дейн. Она жива, но ранена. Он порезал ей лицо, она… Мне очень жаль… Она осталась без уха.

— Без уха, — Серсея в ужасе смотрела на него. Она всего лишь ребенок, моя драгоценная принцесса. Она была такой красавицей. — Он отсек ей ухо. А где же был принц Доран со своими дорнийскими рыцарями? Они не смогли защитить одну маленькую девочку? Где был Арис Окхарт?

— Погиб, защищая ее. Говорят, Дейн зарубил его.

Королева вспомнила, что Дейном был Меч Зари, но он давно уже мертв. Кто такой этот сир Герольд, и почему он хотел причинить вред ее дочери? Она не могла понять, разве что…

— Тирион лишился половины носа в битве при Черноводной. Рассечь ей лицо, отрезать ухо… Бес приложил к этому свою мерзкую ручонку.

— Принц Доран не упоминал твоего брата. А Мирцелла винит во всем Герольда Дейна, как пишет Бейлон Сванн. Темную Звезду — так его называют.

Она горько ухмыльнулась:

— Как бы они его ни называли, он орудие в руках моего брата. У Тириона есть друзья среди дорнийцев. Все это придумал Бес. Он помолвил Мирцеллу и принца Тристана. Теперь я понимаю, зачем.

— Ты видишь Тириона в каждой тени.

— Он и есть создание теней. Он убил Джоффри. Он убил отца. И ты думал, он остановится? Я боялась, что Бес все еще в Королевской Гавани, замышляет что-то против Томмена, но он, должно быть, отправился вместо этого в Дорн, чтобы сначала убить Мирцеллу, — Серсея мерила келью шагами. — Я должна быть с Томменом. Королевская Гвардия бесполезна, как соски на доспехах. — Она обернулась к дяде. — Ты сказал, сир Арис убит?