Танец с драконами
Шрифт:
Джейме вспомнил карту лорда Бракена.
— Между теми холмами есть деревня.
— Грошовое Дерево, — подтвердил паренек.
— Мы остановимся на ночь там. — Если в деревне найдутся жители, может, они расскажут что-нибудь о сире Бриндене или разбойниках. — Лорд Джонос что-то говорил о том, чьи эти сиськи, — припомнил он, обращаясь к мальчишке Блэквуду, пока они ехали к темнеющим холмам и последним дневным лучам. — Бракены называют их одним именем, а Блэквуды — другим.
— Да, милорд. Уже сотню лет или около того. Раньше это были Материнские Сиськи или просто Сиськи. Там два холма, и считалось,
— Я вижу, что они напоминают, — Джейме вдруг понял, что снова думает о женщине из палатки, и о том, как она пыталась закрыть свои крупные, темные соски. — И что же изменилось сотню лет назад?
— Эйегон Недостойный выбрал Барбу Бракен своей любовницей, — ответил книжный мальчик. — Поговаривали, что она была очень полногрудой девкой, и однажды, когда король посещал Стонхедж, он отправился на охоту, увидел Сиськи и…
— …назвал их в честь своей любовницы. — Эйегон Четвертый умер задолго до рождения Джейме, но он достаточно знал об истории его правления и мог догадаться, что случилось дальше. — Только потом он забыл о девице Бракен и взял себе другую, из Блэквудов, так?
— Леди Мелиссу, — подтвердил Хостер. — Ее обычно называли Мисси. У нас в богороще есть ее изваяние. Она была намного красивее Барбы Бракен, но стройнее, и говорят, что Барба называла Мисси плоской, как мальчишка. Когда король Эйегон прознал об этом, он…
— …подарил ей сиськи Барбы, — рассмеялся Джейме. — Как началась вся эта вражда между Блэквудами и Бракенами? Сохранились об этом записи?
— Да, милорд, — ответил мальчик. — Но некоторые из них писались нашими мейстерами, а другие — их, и притом спустя столетия после самих событий, которые они заносили в хроники. Все восходит к Веку Героев. Блэквуды тогда были королями. А Бракены — мелкими лордами, славившимися разведением лошадей. Вместо того, чтобы заплатить королю дань, они на золото, вырученное за лошадей, купили наемников и попытались свергнуть его.
— Когда это все произошло?
— За пять сотен лет до появления Андалов. А если верить "Истинной Истории", то и за тысячу. Только вот никто не знает, когда Андалы пересекли Узкое море. В "Истинной Истории" говорится, что с тех пор минуло четыре тысячи лет, а кто-то из мейстеров считает — только две. Вплоть до определенного времени в прошлом все летоисчисление весьма неясно и запутанно, а точные исторические факты похожи на туманные легенды.
Тириону бы он понравился. Они могли бы болтать от заката до рассвета, споря о прочитанных книгах. На секунду он забыл всю свою злость на брата, пока не вспомнил о том, что натворил Бес.
— Итак, вы спорите из-за короны, которую одни отобрали у других, когда в Утесе Кастерли еще сидели Кастерли, правильно я понял? Из-за короны королевства, которое не существует уже тысячи лет? — он усмехнулся. — Столько лет, столько войн, столько королей… лучше б кому-то из вас пришло в голову заключить мир.
— Кто-то так и делал, милорд. Многие делали. Мы сотню раз заключали с Бракенами мир, часто он закреплялся браком. В каждом Бракене есть кровь Блэквудов, и в каждом Блэквуде — кровь Бракенов. Мир Старого Короля продлился полвека. Но потом произошла новая ссора, старые раны открылись и снова закровоточили. Так оно всегда и бывает, как
— Может, конец и наступит.
— Как, милорд? Отец говорит, что старые раны никогда не лечатся.
— У моего отца тоже была поговорка. Никогда не рань врага, если можешь убить его. Мертвые не требуют отмщения.
— Их сыновья требуют, — извиняющимся тоном произнес Хостер.
— Нет, если их тоже убить. Спроси об этом Кастерли, если не веришь мне. Спроси лорда и леди Тарбек или Рейнов из Кастамере. Спроси принца Драконьего камня. — На мгновение густые красные облака, венчающие западные холмы, напомнили ему о детях Рейегара, завернутых в кровавые плащи.
— Поэтому вы убили всех Старков?
— Не всех, — возразил Джейме. — Дочери лорда Эддарда живы. Одна недавно вышла замуж. Другая… — Бриенна, где ты? Нашла ли ты ее? — …если боги будут добры, она забудет, что была из Старков. Выйдет замуж за какого-нибудь дородного кузнеца или круглолицего трактирщика, наполнит дом детьми, и ей никогда не придется бояться, что явится какой-нибудь рыцарь и разобьет их головы о стену.
— Боги милосердны, — неуверенно сказал его заложник.
Продолжай в это верить. Джейме пришпорил Славного.
Грошовое Дерево оказалось куда большей деревней, чем он ожидал. Война побывала и здесь, свидетельством тому были почерневшие фруктовые сады и опаленные остовы разрушенных домов. Но на каждый дом, лежащий в руинах, приходилось три отстроенных заново. Сквозь сгущающиеся синие сумерки Джейме заметил свежую солому на двух десятках крыш и двери из необработанной молодой древесины. Между прудом для уток и кузницей росло дерево, давшее месту его название, — высокий древний дуб. Его сучковатые корни переплетались, ныряли в землю и вновь появлялись из нее, словно клубок ленивых коричневых змей, а к огромному стволу были пригвождены сотни старых медяков.
Пек уставился на дерево, затем на пустые дома.
— Где люди?
— Прячутся, — ответил ему Джейме.
Внутри домов были погашены все огни, но некоторые очаги все еще дымились, и ни один не успел остыть. Коза, которую Горячий Гарри Меррелл обнаружил бредущей через огород, оказалась единственным живым существом в поле зрения… но в деревне стояла крепость, такая же надежная, как и любая в речных землях, с толстыми каменными стенами двенадцати футов высотой, и Джейме догадался, что жителей он найдет там. Во время набегов они прятались за этими стенами, вот почему здесь все еще есть деревня. И они снова прячутся за ними, теперь от меня.
Он подъехал на Славном к воротам крепости.
— Вы, в укреплении, мы не причиним вам вреда. Мы люди короля.
На стене над воротами показались лица.
— Люди короля сожгли нашу деревню, — выкрикнул один из мужчин. — До этого люди короля забрали наших овец. Они служили другому королю, но для наших овец это не имело значения. Люди короля убили Харсли и сира Ормонда и насиловали Лейси, пока она не умерла.
— Это были не мои люди, — ответил Джейме. — Так вы откроете ворота?