Тандем#1
Шрифт:
Однако кое-что другое, чем он обладал, заставило меня подавить свой гонор и крепко задуматься: «А стоит ли предпринимать второе покушение на жизнь Белова?» Перед Вертом, на столе, лежал внушительных размеров пистолет. Блестящая, воронёная сталь оружия вмиг сбила ту спесь, с которой я думал вести этот диалог.
Да, конечно, я в теле киборга, но, раз он об этом знает и раз я без оков, значит, не такая я и неуязвимая машина.
– Присаживайтесь! – в голосе Верта не слышались доброжелательные или вежливые нотки. Возражать
Глава 11
– Вы чего это устроили позавчера? – пара холодных, стальных глаз впились в того, кого обитатели секции «J» между собой называли «образец номер один».
– Посмотрел бы я на вас, – без гонора, но всё же не теряя чувства собственного достоинства, ответил «образец».
– Да, понимаю, ситуация щепетильная. Но вы рисковали своей новой жизнью, учиняя погромы. Мы с профессором на полном серьёзе обсуждали необходимость вашей ликвидации. И ваше же счастье, что на следующий день вы всё-таки одумались.
– Хотите, чтобы я благодарил вас за этакую жизнь? – над мимикой лица «образца номер один» ещё не работали, поэтому только интонации голоса могли выдать его иронию.
– Знаете, вы сейчас не попадаете под закон о запрете эвтаназии, так что, если хотите… – в отличие от «образца», Верт мог хорошо управлять мимикой лица: он изобразил лукавую улыбку и хитро прищурился. Свой эффект это дало, «образец» умолк.
– Знаете, а мои отношения с альтернативной версией вас намного теплее, – продолжил Верт, пристроив между губами сигарету. – Намного теплее!
Дин Верт зажёг спичку, поднёс к лицу и губами подвинул кончик сигареты к пламени. Огонь отразился в его глубоких глазах, раскрасив сталь в ярко алые тона. От этого вида «образцу» стало дурно.
– Вы, наверное, думаете, что Ден Ли единственный, кто считает вас живым существом. Не пытайтесь это скрыть, энцефалограммы нам выдают все ваши эмоции. Вы к нему привязываетесь. Но учтите, не только он видит в вас живое существо. Я тоже вижу. Вижу, что вы живы. И, более того, я вижу, что вы – человек.
Тут попытался вмешаться профессор Белов, но на первом же звуке Верт его оборвал.
– Да, мой коллега с этим не согласен. И у вас будет время разубедить его. Но сейчас я хочу поговорить с вами совсем о другом.
Взгляд «образца» был прикован к пистолету, лежащему прямо перед Вертом. Этот пистолет озарялся вспышками красного цвета каждый раз, когда Верт затягивался табачным дымом. Это выглядело противоестественно, учитывая то, что кабинет был хорошо освещён.
– Я хочу поговорить с вами, мистер Халахен, о нашем дальнейшем сотрудничестве.
Услышав свою фамилию, «образец» резко поднял взгляд на куратора и застыл.
– Нам нужно понимать, готовы ли вы продолжать эксперимент дальше? Готовы ли слушать нас? Или хотите остаток вашей жалкой жизни сожалеть, что не оказались на месте того, другого парня, у которого всё из плоти и крови?
«Образец»
– Что вы хотите предложить конкретно? – «образец» перешёл на серьёзный и немного угрожающий тон.
– Работу, питание, досуг и… – Верт тихо рассмеялся, – бесплатный техосмотр.
«Образец» покрутил головой, как будто хотел осмотреть кабинет, а потом выдал неожиданный вопрос:
– Как вы хотите меня использовать?
Это прозвучало как гром среди ясного неба. Конечно, для профессора Белова успешное создание киборга с полностью человеческими мозгами – само по себе достижение. Но беспокоило ли профессора дальнейшее использование своего творения? Скорее всего, нет. А господина Верта? Тоже нет. Но господин Верт находится в этой секции по поручению тех, кто не привык выкидывать деньги на ветер.
– Ваши перспективы, полагаю, весьма радужные при условии добровольного сотрудничества. В случае отказа мы незамедлительно приступим к поиску другого прототипа либо проведём разъяснительную беседу с первым.
– Разъяснительную беседу? – подозрительно спросил «образец».
– Да, разумеется. Вы знаете всё то, что знает прототип. Думаете как он, выглядите как он. В общем, если он будет готов к тому, что его тело поменяется на тело киборга, то повторим. Нет так нет. В любом случае вам эту дорогостоящую технику не придётся эксплуатировать. Ваши останки сгорят в нашем крематории.
– Да уж, радужные перспективы, – пытаясь выразить ухмылку, иронизировал «образец».
Верт пожал плечами и затушил окурок о белый, глянцевый стол.
– Вы должны понимать, что вам выпала уникальная возможность, – внезапно подал голос профессор Белов, – возможность жить вечно!
Верт, услышав это, подавился дымом, который уже хотел выпустить из лёгких. Он одновременно пытался закашлять и засмеяться, и было видно, что ему трудно выбрать что-то одно.
– Насчёт вечной жизни мой коллега сильно торопится, – кое-как выдавил из себя Верт. – Идея, конечно, хорошая… Но требует некоторой доработки.
«Образец» закатил глаза. Учитывая неподвижность всех остальных частей «тела», это выглядело скорее устрашающе, чем иронично.
– Вечная жизнь… Вечное существование в противоестественном виде – вы, наверное, это имели в виду? – сказал «образец», уставившись на профессора. Белов ничего не ответил. Наверное, потому, что сморозил лишнее, забыв, какой именно из «образцов» сидит перед ним. После этой реплики последовала длительная пауза, которую прервал всё-таки Белов.
– Бытие существ вашего типа ещё не изучено, так как вы первый и пока единственный представитель. Нам неизвестны достоинства и недостатки такого состояния, и мы рассчитываем на то, что вы нам всё это откроете.