Тандем#1

Сениянц Артём

За спиной Раадика скрипнула дверная ручка. Артур нехотя обернулся на звук и тут же неловко дёрнулся, чуть не опрокинув стул под собой. Его ноги тут же покинули поверхность стола и цивильно упёрлись о кафельную плитку пола.

– Добрый день, мистер… э-э, Халахен! – неуверенно произнёс последнее слово зашедший в кабинет куратор. Скопированный мистер Халахен нервно сглотнул слюну и кивком головы поприветствовал господина Верта.

– Я слышал – у вас были какие-то проблемы? – совершенно добродушно продолжил куратор, приближаясь

к столу. Улучив секунду, из кабинета поспешно ретировался профессор Раадик, звучно захлопнув дверь за собой.

– Да, были. Меня тут клонировали, говорят, – осторожно, дрожащим от волнения (а может, и страха) голосом ответил Артур.

– Да, наслышан. Но это же не повод оскорблять персонал и драться с моими коллегами?

Собрав всю смелость в кулак, Артур саркастически усмехнулся.

– Понимаю, вы сейчас испытываете совершенно неповторимые чувства. И, полагаю, не только положительные. Однако постарайтесь держать себя в руках.

– Что вам от меня нужно? – не сдержанно выпалил Артур.

– На вас у нас особые планы, должен признаться. Профессор Белов говорит, что вы ему нужны как «эталон» и «аварийная копия». Что он под этим подразумевает – понятия не имею. Однако то, что вы на особом статусе, само по себе даёт некоторые преимущества.

– Какие? – усмехнулся Артур и нечаянно встретился взглядом с Вертом, о чём пожалел сию же секунду. Мурашки пробежали по всему телу, и внутренности сжались в плотный комок. Однако всё прошло сразу, как только зрительный контакт был прерван.

– Отношение. Это единственное преимущество, которое даёт вам ваш статус.

– Я не понима… – попытался возразить Артур.

– Отношение к вам. Поверьте на слово – другие копии ждёт куда более печальная участь.

– Другие копии! – выкрикнул Артур в негодовании и снова посмотрел в леденящую сталь холодных глаз. На этот раз ярость позволила дольше выдержать их влияние, хоть и незначительно.

– Артур, – Верт запустил руку в широкий карман своего длинного плаща, – прекратите демонстрировать характер и осознайте хрупкость своего положения!

Артур (копия) подумал было, что куратор снова продемонстрирует свой воронёный пистолет внушительного калибра – это творение инженерной мысли ему довелось узреть в первый день своей новой жизни. Тогда же скопированный Артур впервые увидел и самого Верта, хотя совершенно этого не осознавал. Да, собственно, и угрозу от воронёного пистолета он тогда не вполне осознал. Но взгляд. Уже (как ему казалось) знакомый – заставил чувства успокоиться.

Но на этот раз из широкого кармана появился совсем не пистолет. Этот предмет был тоже чёрным и большим, но едва ли кому мог внушить страх. Это был толстый блокнот-ежедневник в чёрном, твёрдом переплёте.

– Особое положение порождает особое отношение, – заключил Верт, протягивая блокнот своему собеседнику. – Это вам подарок от профессора Раадика. Он сам не мог его вам вручить, ввиду моего настоятельного

запрета. Но, как видите, его доброе пожелание на ваш счёт я учёл.

– Что это? – Артур недоверчиво покосился на предлагаемый ему предмет.

– Это, я надеюсь, ваш будущий дневник. Профессор Раадик верит, что он поможет вам собраться с мыслями и привести чувства в порядок.

Артур взял в руки блокнот и небрежно пролистал пустые разлинованные страницы.

– Странный подарок, – тихо пробурчал Артур.

– Ну, что он мог попросить, то я и принёс. Сам профессор не сможет покинуть наше заведение в течение следующих трёх месяцев.

– А я? – Артур с надеждой посмотрел в две жгучие «ледышки».

– Особое положение – особое отношение, – неопределённо выразился куратор, пожав плечами.

– Мне всё это кажется сплошным бредом.

– Так и запишите, – отмахнулся Верт и повернулся, чтобы выйти вслед за профессором Раадиком.

– Я так и буду считать всё это бредом, пока не увижу того, другого.

Верт, не обращая внимания на слова Артура, сделал несколько шагов и остановился.

– Я совсем забыл, – сказал он, и снова полез в карман, – писать-то тебе нечем.

Через секунду в воздух взмыла авторучка и приземлилась прямо на блокнот. Приземлилась в прямом смысле слова – стукнулась об обложку и замерла, словно приклеилась.

Артур удивлённо покосился на куратора, который при броске даже не поворачивался в сторону стола. Но тот не стал комментировать свой трюк, а молча вышел из кабинета.

Глава 13

Дин Верт стремительными шагами двигался по коридору. Случайно попавшийся на пути лаборант случайно столкнулся с куратором и впечатался в стену. При этом по полу разлетелись листы с распечатанными таблицами, которые не удержал лаборант. Но делать замечание спешившему Верту никто не хотел – слишком уж разъярённым он выглядел. И таковым и был. Возмутительная новость дошла до его слуха. Новость об очередном безумном эксперименте профессора Белова.

– Док, вы совсем спятили? – неистово заорал Верт, ворвавшись в кабинет профессора. – Вы вообще в своём уме?

– В чём дело? – сухо ответил Белов, не удостоив куратора даже взгляда.

– До меня дошёл слух, что по вашему приказу «образец три» и «прототип» поменяли местами. Даже больше, не просто поменяли, а поменяли так, чтобы никто не узнал, кто есть кто. Вы совсем ополоумели?

Белов нисколько не возмутился от крика куратора. Хладнокровно перелистывая страницы тонкой тетради в клеточку, он что-то искал в цифрах.

– Вы понимаете, что «нечто» спит за стенкой от меня и за другой стенкой от вас. И у вас нет никаких гарантий, что у этого «нечто» с головой всё в порядке. Какие у вас гарантии, что я могу без риска для жизни выйти ночью в наш общий сортир? Как знать, что это нечто не утопит вас в своей, а может, и в вашей же моче?