Там, где наши сердца
Шрифт:
Андрей подошел ко мне и нахмурил брови:
– Здорово. Нехорошая вещь произошла.
– Знаю, – угрюмо сказал я. – Они их изнасиловали. Но я тут ни при чем.
Широко раскрыв глаза, Андрей покрутил пальцем у виска и произнес:
– Ты что, совсем дурак?!
Как же все-таки мало, оказывается, нужно человеку для счастья!
– Что же тогда произошло?
– Они что-то подсыпали пацанам в коньяк. Клофелин или просто сильное снотворное. Леша с Максом сразу отключились. Пришли в себя, а из квартиры все вынесли.
– Да? – сказал я. – Не может быть!
Но мой голос
– Расчехлись! – злобно воскликнул Андрей. – Лешу обокрали!
– И что делать надо?
– Идем к нему. Ты, когда там был, ничего особенного не заметил?
– Нет, – сразу сказал я.
Засунув в рот спичку на манер ковбоев из американских фильмов, он произнес:
– Все равно, идем.
Из Лешиной квартиры и в самом деле вынесли много ценных вещей. Во всяком случае, я не заметил виденных мной днем видеомагнитофона и небольшого музыкального центра. А у Леши с Максимом отчего-то были разбиты в кровь лица.
– Так… – нехотя ответил Максим на вопрос Андрея. – Это мы с Лешей… Слово за слово, ну и…
Я взглянул на хмурящего брови Лешу и подумал, что он, наверное, был очень зол на Максима, приведшего этих девушек к нему домой. Андрей пришел к аналогичному выводу и не стал интересоваться подробностями.
– Соседка их видела, – безучастно сказал Леша. – Два мужика выходили. Она подумала, что это мои родственники.
– Какие мужики? – недоуменно спросил я.
– Откуда мы знаем! – заорал Максим. – Сообщники.
– Короче, – чуть позже сказал Леша. – Валите домой. Сейчас батя придет.
– А как ты ему объяснишь? – начал я, но Андрей сильно дернул меня за руку.
Я осекся.
Максим грохнул кулаком по столу:
– Придумаем что-нибудь. Я останусь.
Мы с Андреем вышли на улицу и сели на скамейку возле подъезда.
– Найдут их, как ты думаешь? – спросил я.
Подняв голову, Андрей прищурил глаза и стал смотреть на луну, словно пытался разглядеть там ответ на мой вопрос.
– Может быть, найдут. А может, и нет. Я, честно говоря, думаю, что нет. Это наверняка гастролеры – сегодня в одном городе, завтра в другом. Как их найдешь? Зато Глайзеру урок на будущее…
Я помолчал, ковыряясь концом кроссовки в пыли.
– А что это означает – «Глайзер»? Кто придумал?
– Ничего не означает, – зевнул Андрей. – Глайзер и Глайзер. От фамилии. У него фамилия Галзеров.
– Непохожа на русскую, – сказал я.
Мимо нас прошли две худенькие блондинки, плавно покачивая бедрами. Андрей, проводив их взглядом, хмыкнул:
– Ну ты даешь? Какой же Глайзер русский? Да он и не Макс вообще!
– Это как?
По небу поползла маленькая звездочка. Мне хотелось, чтобы она оказалась космическим звездолетом, прилетевшим из древних глубин Вселенной, но к сожалению, я понимал, что это всего лишь спутник.
– Он давно здесь живет, почти с рождения, и поэтому переделал свое имя на русский лад, – объяснил Андрей. – А по-настоящему его зовут… Фу ты, черт, забыл. Как же? Мухаммед, что ли? Или нет, не Мухаммед. Во, вспомнил – Махмуд вроде. Да, Махмуд. Как-то у него дома был
Я ничего не сказал.
– Знаешь, – произнес Андрей через минуту, – ты ему не напоминай про это. У него словно комплекс какой-то по этому поводу. Он себя русским считает. Правда, у него мать русская…
По направлению к нам быстро шел невысокий плотный мужчина. Андрей мигом вскочил со скамейки.
– Быстро, – зашипел он. – Идем отсюда. Это Лешин отец. Доказывай потом, что ты не при делах…
На перекрестке мы распрощались.
– Ну хорошо, – сказал Андрей. – До завтра. Держи хвост пистолетом. Послезавтра уже лето – ты в курсе?
Когда я отошел на пару шагов, Андрей вдруг обернулся и крикнул мне:
– Кстати, с праздником тебя!
– С каким? – спросил я, вспоминая календарь. – С украинским праздником?
– Нет, – засмеялся Андрей. – С днем монгольского сантехника!
Я посмотрел на него и внезапно решил завести дневник, чтобы записывать туда свои мысли, чувства, да и вообще, все самое важное, что будет со мной происходить. Почему-то эта идея возникла, когда проезжавшая мимо машина равнодушно скользнула фарами по нашим лицам и на мгновение сережка в ухе Андрея ярко вспыхнула.
Это и было моей первой записью. А на форзаце я нарисовал мужскую голову с большой серьгой в левом ухе. Только тогда этот богатый событиями день закончился.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
26 мая 1999 года, среда
РАССКАЗЫВАЕТ АНДРЕЙ ШОРОХОВ (ЩОРС)
Глайзер искал Кирилла. Мы с Денисом составляли ему компанию.
Этим утром у меня было очень тоскливое настроение, и оно не изменилось ни на йоту даже после прихода Макса и Дениса.
– Одевайся, – сказал мне Глайзер. – Надо к Кириллу в институт подъехать.
– Зачем? – спросил я, поднимая с пола свои брюки, брошенные там еще вчера вечером.
– Долго объяснять, – зевнув, бросил Макс. – Одевайся побыстрей.
Выйдя на улицу, я пожалел, что не надел свитер. Погода была солнечная, но слишком ветреная. Шольц ежился.
– Где ты его нашел? – спросил я у Макса.
– В мусорнике копался, пришлось взять с собой, чтобы Москву не позорил, – отмахнулся Глайзер. Он надел черные очки «а ля Терминатор», и это в сочетании с его бритым затылком и бандитским лицом представляло собой довольно злодейское зрелище. Я бы лично с таким типом в одном лифте не поехал.
Люди в автобусе, в который мы сели, похоже, думали так же, потому что держались от него на расстоянии. Какая-то сердитая тетка с авоськой поджала губы и тихо сказала, словно про себя:
– До чего дожились! Теперь от бандитов даже в автобусе не спрячешься.
Сказав это, она испугалась собственной смелости и с тревогой взглянула на Макса. К ее счастью, он этого не услышал.
У меня в голове сразу возникла забавная идейка, и я посвятил в нее Глайзера. Случай подвернулся почти сразу же. Девушка, сидевшая с теткой на одном сиденье, вышла на одной из остановок, и ее место осталось свободным. Я переглянулся с Максом, и он плюхнулся рядом с сердитой женщиной, скорчив такую злобную рожу, что даже мне стало не по себе.