Там, где наши сердца
Шрифт:
– Ты что? Хорош базарить! – заорал я. – Катя? Волкова?
– Угу. Девочка-»раскладушка», такая же, как и те неформалки-нимфоманки. Я с ней и сам пару раз… Дело прошлое, но, видно, зря ты с ней раньше встречался.
Стас не обращал внимания на мое лицо и, глядя на девушку-бармена, продолжал говорить:
– Нет, на самом деле трудно поверить. Вроде тихая была такая, а теперь спит со всеми. Знаешь, какое у нее теперь прозвище?
Больше я не смог сдерживаться и, схватив бокал с пивом, плеснул ему в лицо.
– Заткнись!
– Что с тобой?! –
Я схватил его за рубашку и затряс:
– Что ты несешь, придурок?
– Правду говорю, Омар, правду говорю! – выкрикнул Стас.
Я толкнул его обратно на стул и, почти ничего не соображая от злости, выбежал из бара. Это была явная глупость – стоило остаться и расспросить подробнее. С тех пор он исчез и на звонки не отвечает.
Скорее всего, это ложь, но какую цель преследовал Стас, рассказав мне об этом, я не знал. И это мне хотелось узнать больше всего.
Пару часов в ожидании возвращения Кати я провел на пляже с Глебом и Ильей. Вернулся, когда солнце уже стало садиться, и сразу же позвонил ей.
– Слушаю.
Она уже была дома.
– Катя, – сказал я, еле сдерживаясь, чтобы не накричать на нее. – Надо срочно встретиться.
– Что случилось? – недовольно спросила Катя. – Я устала, давай завтра.
Я решил сразу поставить все точки над «i».
– Что у тебя было со Стасом?
– С каким Стасом?
– С Рыжовым, моим другом. Он все рассказал. Ты спала с ним?
Молчание.
– Отвечай! – злобно закричал я. – Правда или нет?
– Конечно, нет, – холодно сказала она. – И если ты не перестанешь орать, я положу трубку.
Я перевел дыхание.
– Через пятнадцать минут я буду у тебя.
– Хорошо.
Быстро спустившись во двор, я вышел к дороге и остановил «шестерку». Спустя пять минут Катя открыла мне дверь.
– Заходи.
Я прошел в ее комнату и сел на диван. Она выжидательно смотрела на меня, и я начал рассказывать.
Катя побагровела.
– Неужели ты ему поверил? – зло сказала она, и мне стало легче дышать.
– Я не поверил. Но почему он так сказал?
Катя взяла у меня сигарету и закурила.
– Когда мы с тобой расстались, Кирилл, ко мне начал подъезжать он. Короче, мы чуть не начали встречаться. Но потом я, слава богу, одумалась и отказала ему. Он разозлился и с тех пор рассказывает про меня такие вещи. Те, кто знал меня, конечно, не поверили, но некоторые…
Меня залила краска стыда и гнева.
– Падло, – выдохнул я и сжал зубы с такой силой, что послышался хруст. – Подонок. Я его сегодня же найду.
– Не надо, Кирилл, – сухо произнесла Катя. – Его можно понять, а вот тебя… Знаешь что, иди лучше домой.
– Как это? – удивился я, но глядя на ее застывшее лицо, испугался, догадавшись, что она очень на меня обиделась.
И я стал извиняться перед ней. Не знаю, что со мной случилось, но я был готов даже встать перед Катей на колени. Она не смотрела на меня, никак не реагировала, и мне показалось, что Катя плачет.
Я продолжал извиняться,
– Уходи, – повторила она, указав на дверь. – И больше не приходи.
И тогда я, переборов свою гордость, впервые в жизни встал перед девушкой на колени. Сделав это, я пробормотал:
– Прости меня, Катюша. Ты ведь знаешь, как я люблю тебя. Все что хочешь я для тебя сделаю. Прости меня.
Катя вздохнула, и по этому вздоху я понял, что прощен.
– Ты любишь меня, Кирилл?
– Очень, – просто сказал я, и она все поняла.
Я снова опустил голову, а Катя вдруг рассмеялась – громко и весело.
– Как жаль, что я уезжаю на месяц, – словно про себя, сказала она, отсмеявшись. – Наконец-то это произошло.
– Что произошло?
– Ничего, – произнесла она, взъерошив мои волосы, – Все нормально. Просто замечательно.
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
17 июля 1999 года, суббота
РАССКАЗЫВАЕТ АНДРЕЙ ШОРОХОВ (ЩОРС)
Где-то далеко среди звезд затеряна прекрасная планета, которая называется Вайкунтхалока. У всех жителей этой планеты по четыре руки, и правит ими Господь Кришна, Верховная Личность Бога. Во всяком случае, так было написано в книге, которую дал Шольцу бритый налысо парень в оранжевом одеянии. Они случайно столкнулись на улице, и когда Денис с тоской понял, что оранжевый парень начнет сейчас талдычить про царство божие, то довольно невежливо буркнул:
– Отстань, я неверующий.
А потом заметил в руках у парня стопку книг с красочными обложками и невольно заинтересовался. На верхней из них был нарисован красивый луг, возле которого плескались в пруду лебеди. А на полянке сидел обнаженный до торса человек, скрестив по-турецки ноги.
Оранжевый парень, улыбнувшись, сказал Денису:
– Я представляю Международное общество сознания Кришны.
Несмотря на скептицизм Дениса, они проговорили больше двадцати минут, и в конце концов он ушел домой с двумя книгами. Одна называлась «Легкое путешествие на другие планеты», а другая – «Шримад-Бхагаватам: Третья песнь. Том второй». Парень хотел дать Денису еще и другие тома, с Первой и Второй Песнями, но он взял только этот, потому что ему понравилась обложка – вставший на задние лапы бык с дубинкой в лапе сражается с человеком.
Все это Денис рассказал мне на следующее утро, когда я зашел к нему. После вечеринки у неформалов я его еще не видел и теперь очень хотел обо всем расспросить. Но он сразу пресек мои разговоры, дав понять, что не хочет об этом говорить. Я настаивать не стал – зачем лезть в душу? – но немного расстроился. А ведь Тэла, кстати, сделала гораздо больше того, о чем я ее просил, и даже провела с ним ночь. Впрочем, это неудивительно – Тэла всегда была сексуально озабоченной. Теперь она говорит, что о таком парне, как Шольц, мечтают многие девушки. Во всяком случае, о такой нежности и заботливости.