Там, где наши сердца

Закладной Александр

– Она в паре с инструктором прыгнула, – объяснила девушка.

– С тандем-мастером, – обернувшись, сказал водитель.

Лилит кивнула.

– Ну да. Они привязались друг к другу и прыгнули. А инструктор был молодой и когда увидел, что Светка от страха ничего не соображает, решил пошутить и крикнул: «Парашют не раскрылся! Сейчас разобьемся!» Светка там сразу и отключилась.

Водитель, снова обернувшись, бросил:

– За такие вещи можно было и в суд подать.

Я промолчал, и он, коварно воспользовавшись этим, стал рассказывать

про многочисленные случаи нападений на его машину. Рассказ был захватывающим, в духе Рэмбо – с погонями и перестрелками, и в конце концов у меня создалось впечатление, что все бандиты нашего славного города только тем и занимались, что, потеряв покой и сон, выслеживали старую раздолбанную «Волгу» и ее лихого водителя. Если учесть, что он всегда побеждал их всякими хитроумными способами, бандиты, видимо, были очень недовольны.

Проезжая мимо заброшенного завода, водитель сказал нам:

– Вот тут я пятнадцать лет проработал, до перестройки.

– Кем? – спросила Лилит. – Какая у вас была специальность?

Водитель обвел нас лучезарным взглядом и засмеялся:

– Моя специальность? Лакировщик глобусов.

Подумав, что дальнейшая наша беседа уже не достигнет таких высот, я больше не сказал ни слова.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

24 июня 1999 года, четверг

РАССКАЗЫВАЕТ ДЕНИС АКСЕНОВ (ШОЛЬЦ)

Сегодня у меня праздник – второй день рождения. У людей так не бывает, а у меня – да. Хоть чем-то могу гордиться. А вообще, этот день мог бы стать последним в моей жизни. Я, конечно, этого не помню – был совсем маленьким и, наверное, если бы умер, то этого бы не понял. Мне не было еще и двух лет, когда я получил воспаление легких с такими осложнениями, что врачи советовали моей маме попрощаться со мной – до утра, мол, он не доживет. Но случилось чудо, и к вечеру мне стало лучше, Постепенно я выздоровел. Мама потом рассказывала, что молилась всем богам на свете – и Иисусу, и Аллаху, и Кришне с Буддой. Наверное, кто-то из них все-таки ее услышал.

С тех пор мама начала ежегодно отмечать этот день, обязательно ходила вечером в церковь, а потом готовила праздничный ужин. И постепенно немного забылось, с чего все это началось, и этот день превратился просто во второй день рождения. Впервые, кстати, буду встречать его не в Москве.

Недавно я случайно рассказал об этом Андрею, и он загорелся идеей отметить этот праздник. Остальные тоже согласилась, но я не знал, как договориться об этом с тетей.

К счастью, мне повезло. Вчера она пришла с работы и сказала, что ей придется два дня подряд работать в ночную смену. Я тут же рассказал ребятам о том, что квартира будет свободна, и мы договорилась, что начнем в восемь вечера.

Но почему-то мне грустно. И я даже знаю, почему. Почти каждое утро, выходя из дома, я встречаю девушку, мою соседку, которая выгуливает свою овчарку. Имя этой девушки я, правда, не знаю, но мысленно называю ее Галей. Мне

очень нравится это имя, и ей оно бы очень подошло. Не знаю, если бы был на моем месте Максим или Андрей, то он познакомился с ней сразу же, а через час, наверное, они бы уже спали вместе. Когда я думаю об этом, у меня в груди появляется такое тянущее неприятное чувство, что хоть волком вой.

До восьми оставалась всего пара минут, когда в дверь постучали. На пороге стояли Максим с Лешей и какая-то незнакомая девушка.

– Шольц, это Лариса, – сказал Максим. – Лариса – это Шольц. Проходи в комнату.

Девушка прошла в гостиную, а они остались на пороге.

– Кто это? – растерянно спросил я. – Где остальные?

Они рассмеялись.

– Остальные придут через час, – подмигнул мне Максим. – А это – наш подарок.

– Где?

– Эта девочка, – улыбнулся Максим.

Я ничего не понял.

– Денис, не тормози. Мы мешать не будем, жди нас в девять.

Тут до меня все дошло, и я пролепетал:

– Я не хочу. Не надо…

– Все, – бросил Леша.

И ничего больше не слушая, они ушли.

Я, наверное, минут пять стоял в прихожей, закрывая дверь на замок. Руки у меня дрожали, и мне пришло в голову, что лучше всего спуститься и переждать этот час внизу. Но я так сделать не мог, потому что был в ответе за квартиру, да к дому же помнил про случай с клофелином.

– Ты идешь? – спросила Лариса.

Я зачем-то пошел в ванную, умылся и минут пять чистил зубы, тяня время.

Ларисе надоело ждать, и она подошла ко мне.

– Что ты делаешь? Осталось сорок минут.

– Мгм, – пробормотал я. – Посиди пока в комнате.

– Да я и так сижу, – недовольно произнесла девушка.

Я закрыл кран и нерешительно зашел в комнату. Лариса, скучая, рассматривала какой-то журнал.

Увидев меня, она подошла ко мне и, посмотрев в глаза, сказала:

– Глаза у тебя красивые, синие… На кровати?

– Не знаю, – пробубнил я.

Отчего-то мне вспомнилась книга, которую я недавно читал. Называлась она «Над пропастью во ржи». Когда я прочел ее, то понял, что у меня есть что-то общее с главным героем, парнем по имени Холден Колфилд. И даже проститутка там участвовала, как у меня сейчас.

– Ну, – сказала Лариса. – Расслабься.

Совершенно не представляя, что делать, я схватил со стола тарелку с остатками еды. Повертев ее в руках, я пробормотал:

– Тарелка грязная, надо пойти помыть.

Лариса удивленно посмотрела на меня.

– Ты что, дурак?

Мне сразу стало легче. Я понял, что ничего не хочу.

– Слушай, красавец, мне сказали, что это у тебя в первый раз. Я же говорю: расслабься!

Но я продолжал теребить в руках тарелку. Тогда она обняла меня и начала целовать. Это было очень приятно, и я уже не хотел, чтобы она уходила. Но когда она начала стаскивать с меня рубашку, я стал стыдиться того, что Лариса сейчас уводит мое хилое тело и рассмеется. Я отпрянул.