Сыщик
Шрифт:
Моментально усмотрев прекрасную возможность перевести разговор в нужное русло, Бестужев непринужденно ответил:
— Всевозможные технические новинки, новейшие изобретения, от полезных до курьезных.
— Вот как? — сказала графиня, поглядывая на него как-то загадочно. — Ну, кстати, о технике… Пойдемте. Я хочу, чтобы вы, подобно всем, кто у меня в первый раз, познакомились пусть и не с новинкой, но изобретением полезным, с точки зрения очень многих…
Она встала, и Бестужев торопливо поднялся следом. У него мелькнула мысль,
Графиня уверенно вела его на третий этаж, где было гораздо тише и вовсе не оказалось шумных гостей. Бестужев испытывал нешуточное возбуждение: долгожданная цель казалась близка…
Увы, увы… Еще с порога, окинув быстрым взглядом комнату, он понял, что жестоко ошибался. Он представления не имел, как выглядит в реальности загадочный аппарат Штепанека (из чертежей этого никак нельзя было понять), но здесь не оказалось никаких экзотических научных аппаратов. То, что предстало его взору, имело к технике самое отдаленное отношение — и не интересовало его никогда…
Единственная люстра под зеленым абажуром освещала прямоугольный стол из темного дерева: ряды квадратов с числами, кучки и аккуратные стопки золотых монет, небрежно брошенные ассигнации, посередине с характерным треском и щелканьем вертится нехитрое металлическое колесо, прыгает шарик… Самая обыкновенная рулетка. За столом в напряженном молчании сидят человек десять, стоит классический крупье в безукоризненном фраке и крахмальной манишке — пожилой, осанистый, похожий статью на английского лорда, в руке, конечно же, лопаточка на длинной ручке.
— Тринадцать, красное, чет!
Колесо остановилось, шарик прочно обосновался в углублении. Над столом пронесся обычный в таких случаях шумок: смесь разочарованных вздохов с радостными восклицаниями. Крупье проворно орудовал лопаточкой, распределяя выигрыши и проигрыши.
— Сыграете, князь? — Графиня смотрела на него требовательно и пытливо.
В казино Бестужев был один-единственный раз в жизни, да и то по служебной необходимости — ну а уж играть самому ему ни за что не пришло бы в голову. Однако сейчас приходилось повиноваться даме — точнее, называя вещи своими именами, довольно взбалмошной молодой особе.
Он заранее предпринял кое-какие шаги по поддержанию образа натуральнейшего князя из загадочной Сибири. В правом кармане пиджака у него лежала чуть ли не пригоршня золотых монет — на всякий случай, мало ли какая ситуация возникнет, где великосветский салон, там и карточная игра. А сибирские князья, это ведь всем известно, непринужденно таскают золото именно что в карманах, внакладку, пренебрегая пошлыми бумажниками и портмоне… Ну а секретные ассигнования, как уже было отмечено, вынесут и не такие представительские траты…
Одним словом, Бестужев небрежно выгреб из кармана столько золота, сколько в горсть влезло, положил эту блистающую кучку рядом с первым попавшимся
Крупье торжественно провозгласил в полном соответствии с правилами настоящих казино:
— Фет ву жу, мадам и месье! Рьен не в а плю!
И отработанным движением привел колесо в движение, запустил шарик. Вновь напряженная тишина, никто, казалось, и не дышит. Шарик подпрыгивал, трещал и постукивал… Остановился наконец. Протянув через стол лопаточку, крупье с бесстрастным лицом сгреб все до единой бестужевские монеты — потому что Бестужев, как оказалось, пополнил ряды проигравших. К чему отнесся совершенно равнодушно.
— Делайте ваши ставки, дамы и господа!
Бестужев встал из-за стола и вернулся к графине, все это время наблюдавшей за ним с жадным любопытством.
— И это все?
Бестужев пожал плечами:
— Сколько у меня с собой было, столько и проиграл. Не ставить же булавку из галстука или часы…
— Бедненький! — с деланым сочувствием протянула графиня, вновь выходя в тихий полутемный коридор. — Проигрались в пух и прах, мне, право, совестно…
Бестужев пожал плечами:
— Вздор… Деньги были небольшие… Зачем вы меня туда привели?
— Хотите правду?
— Да, разумеется.
Графиня остановилась у высокого окна, повернулась к Бестужеву, загадочно глядя в полумраке:
— Мне просто хотелось посмотреть, как вы поведете себя за рулеткой.
— И каковы впечатления?
— Любопытный вы человек, князь, — сказала графиня. — У вас на лице не было и тени азарта, все это вас нисколько не занимало, вы словно выполнили некую повинность, будто билет предъявили кондуктору…
— Я вас разочаровал?
— Ну что вы. Просто я полагала, что сибирский князь должен быть человеком азартным…
— Я азартный человек, графиня, честное слово, — сказал Бестужев. — Но, по моему глубокому убеждению, этот нехитрый механизм ничего общего с азартом не имеет. Ну откуда там возьмется азарт? Число лунок давным-давно строго оговорено, как и красное-черное, чет-нечет… Это всего-навсего случай. Слепой случай.
— А что же тогда для вас азарт?
— Приключения, опасности… одним словом, то, чей исход зависит исключительно от человеческих усилий. Когда сам человек только и влияет на ход событий.
— Ах вот как… Любите приключения?
— Что скрывать… — сказал Бестужев с полузабытой уже лихостью черного гусара.
И подумал, что приключений в его жизни, если разобраться, было исключительно мало. Вполне возможно, кому-то стороннему многое им пережитое и могло показаться чистейшей воды приключениями, но для самого Бестужева это были либо исполнение служебных обязанностей, либо непростые жизненные ситуации, в которые лучше бы не попадать. Нет, не был он любителем приключений, терпеть их не мог…