Сыны Амарида

Коу Дэвид

Прошло несколько часов, и Баден свернул на короткую узкую тропинку, ведущую к каменистому берегу. Маг сел на большой камень, выступающий над водой, и погрузил ноги в поток. Джарид увидел, как долговязое тело Магистра вздрогнуло от холода, а потом маг расслабился и зашевелил пальцами ног. Баден посидел так с закрытыми глазами, потом глубоко вздохнул и поглядел на ученика с усталой улыбкой.

— Сперва зазнобит, но потом станет очень неплохо. Советую.

Джарид скептически взглянул на крепко вцепившиеся в камень длинные белые пальцы. Баден проследил за его взглядом и усмехнулся:

— Путь нам предстоит неблизкий, и твоим ногам

будет куда лучше, если дать им немного помокнуть.

— Да, ноги немного гудят, — сказал Джарид, снимая дорожный мешок, — но видел бы ты свое лицо, когда только сунулся в воду.

Он опустил мешок на землю, ощущая удивительную легкость — прохладный воздух коснулся его мокрой от пота спины. Он снял ботинки и сел на камень рядом с Баденом, сунув ноги в ледяную воду. И тут же выдернул их, резко выдохнув:

— О боги!

— А ты смеялся надо мной...

Джарид промолчал и, стараясь казаться невозмутимым, погрузил ноги в воду. Баден достал немного сушеного мяса и предложил ему. Какое-то время они сидели молча, жуя жесткое, пахнущее дымом мясо и наслаждаясь отдыхом. Джарид огляделся и обнаружил, что сова куда-то пропала.

— Анла полетела охотиться?

— Да, надеюсь, она не останется без добычи.

Джарид выглядел озадаченным, и маг объяснил:

— Ей здесь немного не по себе — такие, как она, привыкли к открытым пространствам.

— Где ты ее нашел?

— На Северной равнине, там, где Даалисмин течет через Лес Тобина.

Джарид посмотрел в воду, покачал головой и улыбнулся:

— А я никогда не бывал за Прибрежным хребтом.

— Но ведь это поправимо, не так ли?

Джарид повернулся к дяде, широко улыбаясь:

— Надеюсь. До Амарида еще далеко?

Баден прикинул в уме и ответил:

— Если поторопимся, то доберемся за семь недель, поспеем как раз к Собранию.

— За семь недель!

— Да, далеко от Аккалии до дома Амарида — надо идти через весь Тобин-Сер, а по дороге одолеть две горные цепи.

Джарид снова уставился в воду. Мысль о таком продолжительном путешествии пугала его. Ему нравился Баден и хотелось посмотреть Тобин-Сер, но сегодня утром они шли молча, и временами ему было скучно. А впереди еще целых два месяца!

Баден, казалось, читал его мысли.

— Еще не поздно вернуться в Аккалию, — как ни в чем не бывало предложил маг. — Но я надеялся использовать это время для твоего обучения магии, истории и традициям Ордена.

Джарид долго сидел, глядя в воду и обдумывая сказанное Магистром. Наконец он покачал головой.

— Я не хочу обратно, — тихо сказал он. — И я хочу у тебя учиться. Просто... — Он остановился, не зная, что и сказать.

— Ты не знал, что стать магом так трудно.

Последние слова мага задели Джарида за живое.

— Я не хотел тебя обидеть, — спокойно сказал Баден. — Честно говоря, я сам когда-то испытал те же сомнения. Мы все хотим быть такими, как Амарид, но часто забываем о том, какой путь пришлось пройти ему самому. Меня воспитывал маг, и все же, прежде чем начать обучение, я мало что знал о ястребах и совах. Конечно, я кое-что знал об Ордене, возможно побольше, чем ты сейчас. Но это было следствием воспитания, и, несмотря на это преимущество, учеба оказалась долгой и трудной. Впрочем, смею тебя уверить, я не разочаровался. В какой-то степени каждый ученик повторяет путь Амарида и других магов древности. Тем самым ты воздаешь честь им и Ордену.

Джарид почувствовал, что Баден

прав, и уже не боялся будущего, хоть раньше и ожидал, что учиться будет легко. Он по наивности ожидал, что наладит с птицей контакт и от нее узнает, в чем суть магического искусства.

Чуть позже вернулась Анла и принесла в когтях бело-коричневую мышь. Сова опустилась на одну из ближайших веток и начала рвать добычу. Еще долго все трое — маг, птица и ученик — сидели и слушали шум реки, наслаждаясь отдыхом и скромной пищей.

Наконец Анла почистила клюв, и Джарид встал и посмотрел на дядю:

— Я готов идти. А ты?

Баден кивнул:

— Хорошо.

Джарид и маг надели башмаки; Анла опустилась на плечо Бадена, тот поднял посох, Джарид закинул за плечи мешок.

— Когда начнется мое обучение? — спросил Джарид, когда они двинулись по тропе. Баден остановился, поглядел в глаза юноше, и лицо его осветила озорная улыбка.

— Полагаю, оно уже началось.

Джарид печально улыбнулся в ответ:

— Я не совсем это имел в виду.

— Знаю, — рассмеялся Баден. — Утром я не решился начать — ты ведь только что покинул семью. Но мы можем приступить хоть прямо сейчас, если хочешь.

— Думаю, можем.

Баден опять улыбнулся.

— Очень хорошо, — сказал он и зашагал дальше.

Весь остаток дня Баден рассказывал Джариду, что значит быть магом. Он показывал различные кусты и деревья, которые могли служить пищей и лекарством, дать хорошую древесину, ценные масла и опасные яды. Он учил Джарида находить красные стебельки ястребиной травы, которой маги лечат раны и болезни птиц, и белые, словно покрытые воском, ягоды, кашица из которых шла на припарки. Он рассказывал Джариду о ястребах и совах, населяющих север Тобин-Сера, их облике и повадках. Джарид старался запомнить все и, чтобы запечатлеть в памяти, пробовал на вкус съедобные растения и внимательно осматривал остальные. Однако ему было гораздо легче запомнить рассказы о птицах. Его всегда поражали их красота и сила, и мысль, что однажды надо будет связать себя с одной из них, не давала ему покоя. То и дело Джарид задавал вопросы, но большей частью Баден руководствовался тем, что попадалось им на пути.

В ту первую ночь, сделав привал и поужинав, Баден предложил Джариду проделать умственное упражнение, которое в будущем должно будет облегчить общение с птицами.

— В твоей прежней жизни не было ничего, что могло бы подготовить тебя к связи с твоим первым ястребом. И рассказать тебе об этом как следует я тоже, наверное, не смогу. — Он помолчал и ласково почесал шейку совы. — Кто твой самый близкий друг?

— Ройден, — без колебаний ответил Джарид.

Баден кивнул:

— Да. Я почувствовал, как вы крепко привязаны друг к другу, пока мы были в Аккалии. Знай, что к своей птице ты будешь гораздо ближе, чем к брату. Она постоянно будет присутствовать в твоем сознании. Это невозможно описать. Это чудо. Но это рискованно. Представь: дикое существо разделит с тобой твои мысли. Тебе придется научиться открывать разум птице и в то же время поддерживать ясность сознания. Сперва это трудно и даже пугает, но подготовить тебя невозможно. Предстоящие упражнения — не более чем замена реального опыта. Но они необходимы для формирования дисциплины ума, которая тебе пригодится. — Маг умолк, подкинул ветку в огонь, потом снова взглянул на Джарида. — Начнем с простого: я хочу, чтобы ты закрыл глаза и очистил свой ум от всяческих мыслей.