Сыны Амарида

Коу Дэвид

Дождь уже едва моросил, когда Джарид покинул школу и отправился в кузницу. Даже издалека, сквозь шум реки и капающей с крыш и деревьев воды, он различал знакомые звонкие удары отцовского молота и более глухие и тяжелые — кувалды Ройдена. Он догадался, что они куют инструменты для Джоррина, и прибавил шагу, зная, что пригодится им — раздувать мехи. Джариду не терпелось попасть в кузницу, особенно после нескольких часов школьных занятий. Тяжелая физическая работа всегда приятна после сидячей. Часто он сам вызывался делать в кузнице то, что не требовало особенной

подготовки, — поддерживать огонь и раздувать мехи.

Однако, идя через деревню на звуки молотов Бернела и Ройдена, он заметил собравшуюся на площади у дома собраний толпу. Некоторые показывали пальцами вниз, на тропинку, ведущую к мосту через реку. Джарид посмотрел туда, куда они показывали, и увидел на дальнем берегу человека, приближающегося к мосту. Сердце забилось у него в груди: незнакомец был одет в темно-зеленый плащ с капюшоном; на плече его сидела большая птица.

Глядя, как маг медленно идет по мосту, Джарид понял, что это не Радомил: слишком высок и строен. У него в голове мелькнула мысль: а что, если Орден послал второго мага служить в лесу Леоры и на Верхнем Роге? И тут юноша заметил, что, как и у того мага из далекого детства, у этого посох увенчан сияющим оранжевым камнем. Вместо серого сокола на плече у него сидела коричневая сова со светлым крапчатым брюшком и ярко-желтыми глазами. Стало быть, это Магистр — более опытный и авторитетный, чем тот маг с ястребом на плече, которого Джарид видел в детстве. Он никогда прежде не видел Магистра.

Когда маг сошел с моста, толпа затихла в напряженном ожидании. В Аккалии помнили мрачные истории, связанные с Орденом. Народ расступился, позволяя незнакомцу, все еще не снявшему капюшон, пройти, но внимательно следил за каждым движением мага. Незнакомец остановился перед домом собраний и осмотрел народ и окрестности. Когда его взгляд упал на Джарида, маг застыл на мгновение, а потом скинул капюшон и направился к юноше. Джарид стоял неподвижно, оробевший и пораженный, и смотрел на мага во все глаза. Когда тот подошел ближе, оказалось, что именно его Джарид видел в детстве. Светлые рыжеватые волосы Магистра поредели и местами начали седеть, но ясные глаза и теплая улыбка были все те же.

— Ты Джарид, — сказал маг, остановившись перед молодым человеком и положив руку ему на плечо. — Я бы узнал тебя где угодно. У тебя глаза как у матери.

— Да, Сын Амарида, — ответил Джарид, используя официальный титул, но будучи не в силах сдержать дрожь в голосе.

— Помнишь нашу первую встречу?

— Я помню тебя, но не эту птицу.

— Верно, — согласился маг, — птица не та. Ты видел Скала, моего сокола. Это Анла. — Он пристально посмотрел на Джарида, улыбка исчезла с его лица. — Ты знаешь, кто я?

Джарид знал его официальный титул — Магистр, но имя юноше не было известно. Впрочем, казалось, что пришелец спрашивает не об этом. Тогда Джарид вспомнил разговор, который был у них с отцом около года назад.

— Мы с тобой родственники, да? По отцу?

Маг прищурил свои сияющие глаза:

— Он тебе сказал?

Джарид усмехнулся:

— Нет,

мы никогда не говорили о тебе. Он, правда, обмолвился однажды, что в его роду встречаются люди, наделенные даром предвидения. Прости, то есть в вашем роду. Да вы и похожи.

— Немудрено, — улыбнулся Магистр. — Меня зовут Баден. Я твой дядя; Бернел — мой брат.

Должно быть, Джарид невольно состроил весьма комическую гримасу Баден расхохотался, хотя юноше показалось, что перед этим в глазах мага мелькнуло другое выражение, далекое от веселья.

— Ну, — еще не отсмеявшись, сказал Магистр, — судя по всему, ты не знал, что у тебя есть дядя Баден. — Он опустил глаза. В углах его рта еще играла улыбка, но в голос прокрались нотки печали. — Похоже, есть вещи, не подверженные изменениям. Даже по прошествии стольких лет, даже между братьями.

Еще мгновение казалось, что туча опустилась на лоб Бадена. Через мгновение она растаяла, взгляд снова заискрился весельем, а голос был по-прежнему бодр.

— Но я, похоже, тебя задерживаю. Ты ведь шел куда-то?

— Да, — сказал Джарид и снова услышал удары молота и увидел, что толпа замерла и смотрит, как он разговаривает с Магистром. — Я шел в кузницу помочь папе и Ройдену.

— Понимаю. — Баден глубоко вздохнул и несколько неуверенно огляделся. Казалось, он принимает какое-то решение. — Ладно, если ты не против, я провожу тебя. Пора наконец семье воссоединиться.

— Вы правы, — ответил Джарид, смущенно потупясь. И они направились в кузницу. Юноша чувствовал, как ему в спину впиваются взгляды жителей поселка, и думал: "Интересно, чувствует ли это Баден?"

— Надеюсь, домашние здоровы, — осведомился маг.

— Спасибо, никто не болеет.

— Это хорошо.

Некоторое время они шли молча, и тут Баден высказал нечто удивительное.

— Ты скоро привыкнешь к этим взглядам, Джарид, — сказал он с улыбкой. — Вслед за властью и положением приходит всеобщее внимание. Со временем ты привыкнешь. Придется.

Джарид пристально посмотрел на мага:

— А вы с папой любите друг друга? — и тут же вздрогнул от осознания того, насколько глупым мог показаться его вопрос.

Но даже если Баден и счел вопрос неуместным, виду он не подал.

— Наверное, что-то вроде взаимной привязанности у нас все же было, задумчиво начал Магистр. — Хотя мы всегда были очень разными и почти не играли вместе. Он был очень дружен с нашим отцом, а я был больше привязан к матери.

— Папа говорил, что у вашей матери тоже был Дар.

— О да, у твоей бабушки был Дар, и какой! В свое время она была могущественным Магистром.

Джарид остановился, лицо его выражало недоверие.

— Бабушка Линвен была членом Ордена?

Баден улыбнулся:

— Да, и ее мать Лирис тоже.

Джарид медленно покачал головой и пошел дальше. Баден продолжал:

— Твой отец никогда не проявлял Дара или еще каких-либо магических способностей, — по крайней мере, он никогда не упоминал об этом. А когда это началось со мной, мы... отдалились друг от друга.