Связанные
Шрифт:
Гвардеец поднял голову, и Герран невольно наморщил лоб и сощурился: кажется, в прошлом он уже видел этого человека рядом со своим отцом. Возможно, их даже представили друг другу — да, пожалуй, так оно и было. В памяти возник образ широкоплечего мужчины средних лет в придворном камзоле с нелепыми буфами на рукавах, на южный манер украшенными многочисленными разрезами [2]; с колючим взглядом исподлобья и с пышными черными усами, которые он зачем-то постоянно приглаживал.
Неловко припадая на ногу,
— Сражение проиграно, Ваше Величество. Генерал Диеро убит, — неожиданно приятным баритоном доложил он. — Я капитан Эйдон Эртон, мне приказано вывезти вас отсюда.
Будто спохватившись, он добавил:
— Сожалею, что не смог присутствовать на вашей коронации. Мои поздравления. И мои соболезнования. Это большая потеря для всех нас.
До Геррана не сразу дошел смысл его слов, но Эйдон не дал ему опомниться. Почтительно приподняв полог, он объявил:
— Ваша гвардия ждет, Ваше Величество.
Как себя вести, Герран не знал, а времени разбираться в ситуации не было. Он гордо вскинул голову и, не произнеся ни слова, вышел наружу.
У шатра его уже дожидались несколько дюжин всадников. Все, как один — в таких же, как у Эйдона, голубых стёганках, в серых кирасах и простых шлемах без украшений. Впрочем, от Геррана не укрылось, что многие за свой счет дополнили доспех набедренниками, наплечниками и латными рукавицами — очевидно, гвардейцы были заметно богаче своего капитана.
Но самым странным и неожиданным было даже не это.
Герран пораженно переводил взгляд с одного серого от усталости лица на другое и не находил в потухших глазах ни намека на почтительность.
В воздухе повисло напряжённое молчание.
— Слава королю, — наконец прохрипел одни из всадников, и его слова подхватил нестройный хор голосов, таких же хриплых и бесцветных.
— И это всё, что осталось от королевской гвардии? — Герран старался скрыть своё потрясение под маской недовольства.
— Да, Ваше Величество, — будто не замечая раздражения в голосе Геррана, ответил Эйдон. — Все, кого удалось собрать.
Кто-то фыркнул.
— Все, кого не успел угробить наш блистательный полководец.
— Кто это сказал?!
Глаза Геррана сузились и забегали по рядам всадников.
— Мартон Хельдер, — раздался тот же голос.
Строй расступился, пропуская дерзкого Хельдера вперёд. Им оказался молодой солдат с копной непослушных кудрявых волос и открытым добродушным лицом, перемазанным не то грязью, не то копотью.
Герран нахмурился — фамилия гвардейца ни о чем ему не говорила. Хельдеры правят землями на юге? Или, кажется, на востоке? И в каком титуле?
— Младший сын барона Хельдера, — негромко подсказал Кунрад. — Земли
— Да помню я…
— Нужно знать своих ленников, — едва слышно проворчал Мартон.
Это стало последней каплей. Герран задохнулся от бешенства; он был готов наброситься на наглого гвардейца и голыми руками разорвать его на части.
— Мартон, следи за языком! — резко одёрнул всадника Эйдон. — Генерал Диеро вряд ли сможет тебе ответить.
Одновременно с этим Кунрад наклонился к уху своего воспитанника и горячо зашептал:
— Прошу Вас, Ваше Величество, сейчас не время ссориться со знатью.
Герран раздражено передернул плечами и тяжело засопел. Старик был прав: ссориться со знатью было совершенно не с руки. Во всяком случае, пока.
— И не забывай, с кем разговариваешь, — Эйдон тем временем продолжал распекать своего подчиненного. — Вернись в строй.
— Да, капит…
Слова утонули в ужасающем грохоте. На севере, откуда до сих пор доносились только неясные крики, сухой треск мушкетов и беспорядочные залпы пушек, к небу поднималось густое облако пыли и клубы грязно-серого дыма.
— Пороховой склад накрыли? — Мартон успокаивающе потрепал лошадь по шее и обернулся к Эйдону. — И как умудрились?
Тот только пожал плечами и задумчиво провел рукой по усам.
— Мартон, возьмешь людей и обыщешь шатер генерала Диеро и его офицеров. Всё, что найдёте: донесения, карты, личные письма — всё в огонь, врагу ничего не оставлять. Остальные, собрать людей и припасы на три перехода.
— А что с обозом? — спросил кто-то из всадников.
— Бросим здесь. Если повезёт, выиграем немного времени.
Совершенно неожиданно Герран обнаружил себя в полном одиночестве. Гвардейцы, как муравьи, рассыпались по опустевшему лагерю; Эйдон тяжело опустился на сваленные в кучу тюки и принялся рыться в поясной сумке. И даже его наставник — и тот скрылся за пологом шатра, бросив на ходу, что ему нужно собрать какие-то вещи. Оставалось только наблюдать, как солдаты безо всякого уважения врываются в шатер герцога Диеро и переворачивают там всё вверх дном. Как они деловито разводят костёр и одну за другой скармливают ему стопки бумаг.
— А что с этим делать?
Гвардеец крутил в руках большую, исполненную в мельчайших подробностях карту королевства. Ему никто не ответил, и разорванная на части карта отправилась в огонь.
Герран завороженно смотрел, как пламя неторопливо пожирает Эм-Бьялу, двигаясь на юго-восток от устья Раскъэльве и густых лесов графства Монти по равнине Ль-Мирру и дальше, в сторону озера Тирсин и столичного города Больфано. Когда со столицей было покончено, разодранное в клочья королевство обуглилось и пеплом осыпалось на землю.