Свадьба моего мужа
Шрифт:
– А почему ты мне не звонишь? Я уже скучаю!
– Что-о? – не сдержала удивления я.
– А что тут такого? – смутилась та. – Что странного в том, что дочь скучает по матери? Странно, что тебе совершенно неинтересно, как я там поживаю.
– Странно, что раньше такого с тобой никогда не случалось. А так – я рада. Рассказывай. Как живешь, как учеба, она же уже началась?
– Да уж месяц как! – просветила меня дочка.
– А что ты делала на каникулы? – продолжила любопытствовать
– Мы ездили в Египет! – огорошила меня Лиля. Странно, но в ее голосе не слышалось соответствующей моменту радости.
– Мы – это кто? Ты с подружкой ездила, что ли? И что, как папа тебя отпустил? Или с вами взрослые ездили? – зачастила я. Знаю я, что такое Египет и какие обольстительные египетские мужчины поливают насажанную травку вокруг любого египетского отеля. И как так могло получиться, что девочка, которой нет еще и шестнадцати, шастала там в одиночестве…
– Ма-ам! Прекрати фантазировать, мы ездили с папой и этой… ну, ты поняла…
– С тетей Зоей? – выдавила из себя я. До этого дня орденоносная женщина, покорившая моего Котика грубой силой, оставалась в моем мозгу исключительно в виде программного сбоя. Я старалась не замечать ее наличия, вообще не думала о том, что она теперь ходит по моей квартире, умывается в моей ванной, трахается (придется признать, что они и это делают) на моей кровати.
– Вот об этом я и хотела с тобой поговорить, – призналась наконец Лиля. Значит, чуда не случилось, а просто дочери от меня что-то понадобилось.
– Давай говори, а то у меня не очень много времени, – кивнула я, склонившись над столом. Передо мной лежала скачанная из Интернета очень хорошая, но трудная из-за английского языка книга. Я обложилась словарями Коллинза и переводила нужные мне куски.
– Мам, ты понимаешь, она ужасная. В доме все должно быть только так, как хочет она. Она никого не уважает. Она заставляет папу надевать ей сапоги. Представляешь, она сидит на пуфике, а он на коленях натягивает ей их на ногу и застегивает.
– Но, может, она просто не дотягивается? Что-нибудь со спиной? – мирно предположила я и переключила аппарат на громкую связь, чтобы не надо было держать трубу ухом.
– Не дотягивается? Она забирает у него все деньги, а меня заставляет делать все по дому. И даже стирать!
– У вас же машина, – ради справедливости заметила я.
– Какая разница. Почему этим должна заниматься я? И вообще – она же мне не мать, что она мной командует? Я уже вполне самостоятельная личность!
– С этим я бы поспорила, – усмехнулась я.
– Она требует, чтобы я приходила домой в девять и называла ее мамой! – огорошила меня дочка. Поначалу я услышала только первую часть фразы и даже внутренне зааплодировала. Заставить мою дочь
– Что?! – задохнулась я от возмущения. – Как она хочет, чтоб ты ее называла?!
– Так! – удовлетворенно выдохнула Лиля. – А почему я должна называть ее мамой? Меня и ты вполне устраиваешь.
– Спасибо, конечно, за доверие. Но что на это говорит твой отец? – Я превратилась в комок нервов, утыканный иголками. Я моментально озверела.
– Отец застегивает ей сапоги. И смотрит ей в рот. Может, она его приворожила? Сделала заговор на безволие? Потому что он совершенно не такой, как раньше.
– Ну, я ему устрою! – вскричала я, вскакивая с кресла. Надо признать, что даже в приступе ярости устраивать что-нибудь ей я не захотела. Встречаться с ней лично – вот уж нет, одного раза довольно. У меня голова не железная.
– Ма-ам, не надо ему! Надо ей.
– Ее я боюсь, – искренне призналась я. – Она ведь и меня в бараний рог согнет.
– Теперь ты представь, каково мне там с ней жить – каждый божий день?! Это невыносимо. Я умру. Представляешь, раньше мне папа всегда давал деньги на карманные расходы, а теперь она дает мне в колледж с собой завтрак. Будто я какая-то малолетка! А денег не дает – требует сообщать, что именно я хочу купить.
– Стерва! – восхищенно выдохнула я. Да уж, вряд ли эдакой ломовой бабе Котик рискнет изменять. В этом случае он рискует самым дорогим – своим мужским достоинством.
– Надо ее выжить, – осторожненько предложила Лиля. – Надо их развести.
– Да как это сделать? Если он счастлив!
– И ты всерьез считаешь, что он может быть счастлив? Застегивая ей сапоги? – Дочь почти кричала в трубку. Я, как психолог, могла бы с уверенностью сказать, что нервная система девочки на пределе. Но как мать, брошенная ее отцом, я предпочла все проигнорировать. Пусть он разбирается.
– Деточка, ты еще слишком мала и многого не понимаешь. Любовь – она бывает очень разная. Твой папа почему-то выбрал такую. Видимо, он устал всегда за все отвечать и ему надо пребывать в иллюзии, что все в других надежных руках.
– Ага, – всхлипнула она. – А я-то за что должна страдать?
– За то, что ты там живешь. Хочешь, переезжай ко мне. Думаю, что папа не будет сильно возражать. Но только… у меня средств еле хватает на себя. Да что там, и на себя-то не хватает. Так что пусть он это продумает. И тебе придется ездить в колледж на метро.
– Да я не об этом, – отмахнулась дочь. Кто бы сомневался, что она не об этом.
– А о чем?
– Ты не могла бы позвонить папе. Сказать, что тебе очень нужна его помощь. Просто пригласить в гости…