Суррогаты
Шрифт:
Вывод был очевиден и напрашивался сам собой, его и озвучил патологоанатом.
— Нонсенс! Но сдаётся мне: головной мозг у этого трупа не главное, спиной послужил новым толчком для его оживления.
Фетисов спохватился.
— А как там "строители"? — вспомнил он про рабочих с буквами "М" на оранжевых комбинезонах, и пробитыми затылками до мозга. — Случаем не ожили?
И находились по соседству — в клинике — в отделении интенсивной терапии, где их выводили из комы. Туда и нагрянул в сопровождении
В клинике началась паника.
— Опустить оружие! — наказал полковник. — Маски тоже долой!
— Это что за маски-шоу!? — появился своевременно главврач и подсуетился, выделив всем белые халаты. Под ними бойцы спецназа и укрыли оружие от греха подальше. Не сантехники, но и не санитары — сразу навскидку не определишь. Да и признать вооруженный отряд в них также не удастся.
Тактика главврача сработала. Паника улеглась. Переполоха, как и небывало.
— Это съёмки фильма! Я — режиссёр! — пояснил мимоходом Фетисов, озорно подмигнув больным, что таращились на него и его людей в окна, а теперь узрели перед собой. — Набираем массовку…
Желающих не оказалось. Больные разбежались по своим палатам, оказавшись шустрее здоровых посетителей. Всё-таки тихий час. И грозился стать таковым на вечные времена для нарушителей распорядка больничного устава.
— Вот и славно, — отметил полковник, следуя за главврачом.
В палату к "строителям" входить не пришлось, они находились за витриной — прозрачной стеной выполненной из пластика. И никаких штор.
— Это они? — усомнился Семён Борисович.
Без комбинезонов с буквами "М" не узнать. Люди, как люди, а точнее больные живыми трупами.
— Они самые… и есть, — уверил главврач.
— С дырками в голове?
— На затылке — вот здесь, — уточнил "гид".
— На себе не показывают — чревато! — напомнил Фетисов.
— Да я несуеверный…
— Я тоже вроде был, но этот случай с ожившим трупом…
— Это скорее исключение из правил! Медицине сей факт неизвестен!
— Вот и дальше о том ничего никому! Я доступно изъясняюсь?
— Что вы мне предлагаете? Обколоть всех в больнице транквилизаторами или привлечь гипнотизёра для их обработки?
— Нет, просто держи язык за зубами, а то пойдёт на деликатес, и самого же сожрать заставлю!
Семён Борисович оставил своих бойцов подле "строителей" — двоих, а иным двум приказал сменить их. И так до той поры дежурить подле них пока…
— Будем надеяться: ничего страшного не случиться, — не столько напугал его случай с обуглившимся мертвецом, сколько выбил из колеи. — Хм, зомби мне только в отчёте для полного счастья не хватало! И это после применения атомного оружия!
— Извините, что вмешиваюсь… — заискивающе произнёс главврач. — Где-то чего-то рвануло?
— Да… ерунда… —
— Я понял — всё сразу! И ничего не было! Мы даже не встречались!
— Тогда чего встал — работай! — избавился Фетисов от назойливого оппонента. Его мысли как и прежде были обращены к Егору.
Почему он тянет до сих пор и не выходит с ним на контакт? Самое время! И дальше будет только хуже — ситуация усугубляется с каждым новым часом до предела, а оказывается: нет предела совершенству. И этим странным зомби. Один уже ожил и чуть такого не натворил.
Ещё раз бросил мельком беглый взгляд на два тела в отделении интенсивной терапии в реанимации. Показатели датчиков были на том уровне, каком и ранее. Ситуация с их пробуждением не изменилась, оставаясь стабильной. Прогресса не наблюдалось, впрочем, и ухудшения. Что вполне приемлемо для врачей.
— Расспросить бы их, — выдал Фетисов. А о чём — не уточнил, оставляя сотрудников в неведении. — Головой мне за них отвечаете! Глаз не спускайте — ни днём, ни ночью!
Егор с Бионикой понимали: без дополнительной поддержки им никуда. Она и предложила ему воспользоваться услугами тех двух "мопсов" коих бросили на коллег Фомина по работе.
— Не выйдет, — заявил он сходу. — Там охрана!
— А мы обойдём её, — предложила обмануть спутница.
— Каким образом?
— Ты же один из них.
— Не проще ли сразу обратиться к Фетисову?
— Рано — слишком рано…
— Смотри, чтобы потом поздно не было, — опасался Егор не столько за себя, сколько Бионику.
В голову снова полезли дурные мысли, и не насчёт того, во что он вляпался из-за неё, а что та сама представляет собой.
Его опасения тут же стали доступны Бионике. Она попыталась развеять страхи спутника.
— Так вот оно что… — выдала спутница. — Ты думаешь: я робот — у меня внутри вместо органов детали? Я — биомашина!
— А разве не так? — не сдержался Егор.
— Могу продемонстрировать и доказать: я такая же, как и ты за исключением половых признаков отличия.
— Как?
— Рентген…
— Это нам надо в больницу — и смысл! Верю… — соврал Егор и глазом не моргнул.
— Туда успеем и за подельниками, а пока смотри.
То, что сотворила в очередной раз Бионика, не укладывалось в голове у Фомина. И как ей постоянно удавалось удивлять его — сам понять не мог. А приходилось становиться свидетелем очередного фантастического явления по исчезновению не только защитного комбинезона с тела спутницы, но и кожного покрова с мышечными тканями. Он узрел её насквозь — все органы.