Сумеречный судья
Шрифт:
— Им неведома жажда деятельности, — продолжала Френки. — Они не стали исследовать мир, в котором появились, или застраивать его червиными городами. По такому пути пошла наша цивилизация. Для них это чуждо. Они хотели другого — полететь к звездам. Они познали наш мир в срок, который для нас немыслим. Возможно, их процесс познания быстрее нашего. Возможно также, они не стали терять времени на бессмысленные детали. В любом случае, наш мир быстро им наскучил, и они захотели большего. Но черви не могли перемещаться между измерениями.
— Когда маги начали свой проект, — продолжал я, — черви начали просыпаться. Им нужен был «Глендаар», чтобы их собрат попал в Циарру. Дирижабль не рассчитан для таких путешествий, но это не препятствие для древней и мудрой расы. Там, в глубине мироздания, червь установил маленький маячок — и теперь им открыта дорога к небу.
— Я не понимаю, — признался Бурковиц.
— Вы и не сможете, — ответила Френки. — Это противоречит всем нашим понятиям. Достаточно знать одно — через несколько часов ни одного из них уже не будет здесь. Все они улетят туда, куда стремились миллионы лет.
Маленький червяк в берете проконсула, казалось, никуда не стремился. Он лежал без движения, и даже не подрагивал хвостом, как это делают собаки.
Он отдыхал.
— И это все он рассказал вам за пару секунд, пока вы сидели на дереве?
— У них нет речи и даже мыслей, — ответила Франсуаз. — Это был всплеск эмоций — резкий, отчаянный. Он нуждался в ком-то, кто мог бы ему помочь. И он почувствовал, что мы можем это сделать.
— Пока они находились в Алмазной Циарре, — продолжал я, — Гэбрил Аларонд подвергся мутации. Это произошло случайно. Червь не мог помочь ему до тех пор, пока рейнджер находился в скафандре.
— И тот ушел в лес, чтобы черви могли его вылечить?
— С этой же целью мы должны привезти сюда Сейру Лоур.
— Не только, — произнесла Франсуаз. — Чтобы воспользоваться маячком, червям нужны несколько попутчиков, по крайней мере, двое. Первым должен был стать рейнджер Аларонд; второй Сейра Лоур. Магесса долгое время была медиумом Каролины, и с Гэбрилом ее связывали прочные ментальные узы. Они долго готовили Сейру к путешествию, но мы увезли магессу, и черви не знали, как вернуть ее в лес. Им не оставалось ничего другого, как выбрать случайного человека — одного из солдат, находившихся под началом Селебриэн.
— Какие милые зверьки, — заметил Бурковиц. — А почему он мне этого не рассказал?
— Устал, — пояснил я. — Им необходимо набраться сил перед тем, как отправиться к звездам.
— Мне тоже не помешает, — согласился проконсул. — Но кто такая тогда леди Аларонд?
Маленький позолоченный звонок дрогнул над дверью.
Он висел здесь уже бог знает сколько лет — с того самого дня, как старик Фойли купил придорожный ресторанчик у владельца
Хозяин вышел из бокового помещения — где обычно проводил дни, читая газету или смотря телевизор. Когда в ресторанчик кто-нибудь заходил, об этом оповещал звонок. Но такое случалось редко.
Старик держал в руках газету, раскрытую на той странице, на которой его прервали. Фойли узнал пожилую женщину с дряблыми щеками. Она стояла на пороге, неловкими движениями кутаясь во что-то бесформенное.
— Добрый день, — сказал он и положил газету на ближайший из столиков.
Фойли всегда вытирал их — дважды в день, утром и вечером. В основном, от пыли.
— Снова забрели ко мне?
— Каролина — плод неудавшегося эксперимента.
Франсуаз остановилась, знаком приказав двум солдатам сделать то же самое. Сейра Лоур лежала на носилках, правая рука то и дело свешивалась вниз, и центуриону Трооргу приходилось ее поправлять.
Френки встала на колени и острием ножа провела по земле ровную линию.
— Положите здесь, — велела она.
— Какого эксперимента? — спросил Бурковиц.
— Его проводил кто-то из ваших людей, — я опустил на землю берет проконсула, и червь выполз из него.
Солдаты распрямились, оставляя на земле носилки с Сейрой.
— Отойдите в стороны, — приказала Франсуаз.
Люди повиновались.
— Маги Черного Круга пытались найти способ путешествия через Циарру. Он очень прост, но для нас немыслим. Поэтому алхимики вернулись к идее дирижабля.
— Но Каролина к тому времени уже родилась?
— Да. Волшебники надеялись создать гнома, способного преодолевать Грани миров.
Трава зашевелилась. Черви ползли по земле, изгибаясь и время от времени поднимая головы, чтобы осмотреться — жест, которого вы никогда не увидите у настоящего червя.
Дыхание Сейры Лоур стало ровнее, рот открывался.
Черви появлялись со всех сторон — и было их очень много. Они забирались на щеки магессы и падали в распахнутый рот.
— Десятилетия Каролина жила в облике гнома, но теперь стремительно начала меняться. Она будет уничтожать всех, кого ни встретит. Единственное, что в ней осталось — жажда разрушения.
— И до каких пор Каролина будет уничтожать людей? — спросил Бурковиц.
— Пока мы ее не остановим.
— Это правда, — согласился Фойли.
Старухе было тяжело стоять — кожа висела на ее ногах складками, а сами они подгибались с трудом. Дворфу даже казалось, что суставы женщины гнутся не совсем так, как положено у нормального человека.
Он поздравил себя с тем, что сам, давно перевалив за шестой десяток, все еще ходит ровно и даже не задыхается.
— Я держу здесь небольшую лавочку. Ничего особенного — так, иногда кому-то из соседей понадобится лопата или мотор для газонокосилки.