Сумеречный Фронтир

Баранов Никита Эдуардович

– Ты страшный болван, – махнул я. – Зачем ты чуть нас не подставил, ведя себя как полный идиот перед сержантом? Если хочешь – мы можем разойтись. Я буду служить, а ты будешь делать то, что хочешь, но и наказывать в случае чего будут только тебя одного. Или будь рядом со мной, но не делай глупостей, потому что в противном случае ты сделаешь плохо нам обоим. Понимаешь?

– Я, может, и страшный болван, – всё с той же ухмылкой согласился братец. – Но ты страшный зануда! У-у-у, страшнее некуда. Зануда Клоди!

– Всё, приплыли, – махнул я рукой. – Тебе явно скучно. Идём искать ночлег.

Глава 3

Несмотря

на вчерашнюю непогоду, как только солнце выглянуло из-за горизонта и осыпало нас алыми лучами сквозь кроны хвойного леса, воздух заметно потеплел. Возможно, мне так казалось из-за буквально кипящей крови: я предвкушал сегодняшний день, жаждал скорее его начать. Очень уж мне хотелось показать себя с лучшей стороны, чтобы не смотреться на фоне моего брата бесполезной боевой единицей, пушечным мясом.

Накануне мы довольно долго искали себе свободную палатку, и в итоге потратили на это вроде бы нехитрое дело почти целый час. А это, между прочим, целый час потерянного сна, которого сейчас многим вокруг так не хватало, особенно Грому. Он вылез из своей палатки в одних штанах, с голым торсом и на босу ногу, шатающей походкой отволок своё тело к ближайшей бочке с водой и со всего размаха опустил в неё свою голову. Затем, вытащив её из студёной водицы, как следует прокричался, прокашлялся, размял свои мощные ручищи и вернулся в палатку, чтобы переодеться.

К слову, стандартный комплект пехотинца-рекрута войска Ахариама выглядел следующим образом. Первым слоем защиты служила почти обычная городская одежда: плотные шерстяные штаны с кольцами-креплениями для дополнительной брони, лёгкая рубаха с длинным подолом, закрывающим задницу, меховая шапка под шлем, плотные льняные портянки и высокие кожаные сапоги с уже вшитыми металлическими накладками на их лицевой стороне. Вторым слоем шли более продвинутые вещички, которые частенько можно было встретить у ополченцев и "романтиков" с большой дороги: куртка из вываренной кожи с высоким, доходящим до подбородка воротником, и двумя кольчужными полотнами – одно в области груди и живота, а второе на спине от лопаток до самой поясницы, кожаные перчатки, доходящие до середины предплечья, а также латные наколенники и налокотники. Третьим и самым важным слоем защиты были следующие элементы солдатского гардероба: латная кираса, плотно облегающая грудь и спину, с небольшими но выдающимися наплечниками, стальные сегментные набедренники, надевающиеся поверх штанов, и металлический шлем, закрывающий всю голову и шею, имеющий Т-образную прорезь на лицевой стороне и декоративный гребень на макушке, образованный спайкой двух половинок этого головного убора.

Кроме всего перечисленного в комплект солдата входили: дорожная сумка для припасов, которую можно было перекинуть через плечо, длинный плащ с капюшоном для проведения боевых действий в условиях морозной и ветреной погоды и длинный мягкий бурдюк с креплением для ремня набедренников. В последний я заблаговременно набрал воды из того же бочонка, в котором так по-хамски умылся мой братец. Увы, все другие бочки в ближайших окрестностях либо подверглись такой же участи, либо уже были осушены до самого дна.

На Громе весь комплект выглядел чрезвычайно грозно. Клянусь всеми богами, увидь я такого противника на поле боя – возможно даже носа бы не высунул из укрытия, моля Афинора лишь о быстрой и безболезненной кончине. Мало того, что кираса и наплечники ещё больше визуально "расширяли" его тело, так ещё и шлем на пару с каблуками сапог добавлял почти

целую ладонь роста. Думаю, когда дело дойдёт до вооружения, впечатление мощи от созерцания моего брата в образе солдата только усилится.

По непонятной мне причине Гром сегодня был очень даже серьёзно настроен на тренировку да и на предстоящую войну в целом. Его настроение менялось как у капризного ребёнка, что не раз доставляло ему и всей нашей семье в прошлом немало проблем. Поэтому мне оставалось лишь молиться о том, чтобы это состояние серьёзности продержалось достаточно долго.

Желательно хотя бы полчаса.

Когда мы были мальчишками, нас часто увлекали по-детски серьёзные дворовые сражения, осады импровизированных замков, рыцарские турниры. Мы вытачивали ножами из досок мечи и щиты, из бельевой верёвки и букового сука организовывали боевые луки, из обрезков кожи и медной проволокли конструировали себе некое подобие доспехов и шли воевать против ребят из соседнего квартала. Собирались обычно за городом, потому что на улицах на нас кричали взрослые, мол, мешаем мы им. Непонятно, правда, кто и чем им мешал: обычно ругались безработные пьянчуги, зеваки и женщины лёгкого поведения у которых мы, видимо, распугивали всех клиентов. Так вот, собирались мы за предместьями где-нибудь на лесной опушке, становились стенка на стенку и как начинали друг друга дубасить деревянным оружием! Ссадины, синяки, лёгкие порезы – всё это не останавливало охочих до острых ощущений детишек. Иногда игрушечные баталии внезапно перерастали в самые настоящие, порой приходилось разнимать слишком уж увлёкшихся драчунов, пока они друг другу головы не раскроили.

Сейчас всё было примерно так же. С той лишь разницей, что разнимать нас некому, и бой нам придётся начинать сразу всерьёз, а не понарошку.

Собравшись и проверив своё обмундирование, мы оглянулись и увидели неподалёку возвышающийся над палатками штандарт сержанта Кроули: он, в отличие от штандартов других офицеров, которые чаще всего были яркими и красочными, выделялся своей почти полной чернотой. По границам знамени виднелась едва заметная золотая окантовка, а в центре композиции той же золотой нитью была вышита летящая сова, сжимающая своими мощными лапами змею.

Меня несколько насторожило то, что большинство рекрутов отправилось на огромное ристалище, вмещающее в себя сотни бойцов, а нам предстояло отправиться на небольшой пятачок метров двадцать в диаметре, окружённый невысоким забором.

Сержант Кроули уже ждал на плацу. Он был одет точно так же, как и мы, с той лишь разницей, что поверх латного нагрудника у него была надета гербовая накидка, в точности повторяющая изображение на штандарте. И это было странно: насколько мне известно, Кроули не имел титула, а потому не мог воевать под своим собственным гербом, потому что его просто не должно было существовать. Пожав плечами, я решил, что выясню эту деталь несколько позже.

Мы подошли к месту для ристалищ первыми. Сержант поприветствовал нас сдержанным кивком, мы ответили чинным салютом и стали ожидать остальных.

Как выяснилось, со всех уголков Лувенора и его окрестностей специально для Кроули прислали около тридцати человек. Почему именно этому офицеру досталась такая честь выбирать себе лучших бойцов – также ещё предстояло уточнить. Совсем скоро рядом с нами выстроились почти три десятка рекрутов разного роста и комплекции, но все в одинаковой форме. Сильнее всех, конечно, выделялся Гром. Никого даже близкого по росту к моему брату в этом строю не находилось.