Сумеречный Фронтир

Баранов Никита Эдуардович

Когда все собрались, Кроули заговорил:

– Приветствую, хищники ночи, – начал он. – Вы наверняка заметили, что на моём штандарте красуется один из самых умных ночных хищников – сова. Не удивляйтесь тому, что у какого-то сержанта есть свой герб, потому что это не совсем так. Король дал мне своё согласие на такую меру, потому что мой отряд должен отличаться от обычной регулярной армии. И вскоре вы поймёте, почему.

Кроули посмотрел куда-то в сторону и громко крикнул:

– Тащите сюда это барахло! Эй, вы, балбесы, наш плац здесь!

Четверо крепких мужчин поднесли к нам два огромных деревянных ящика, обитых металлом, и грузно опустили их на землю. Судя по поднявшемуся грохоту, внутри, вероятнее всего, было оружие.

– Спасибо, – кивнул сержант

вслед уже уходящим носильщикам. – Значит, о чём это я… ах, да. Капрал, выйди ко мне.

Из нашего строя вышел один из бойцов. Подойдя к Кроули, он по-дружески с ним обнялся. Оба солдата похлопали друг друга по плечам и сержант продолжил:

– Капрал Алекс Оруэлл – моя правая рука. Если боги соизволят мне пожить подольше, то вы будете слушаться меня. Если же удача окажется на стороне врага, и я паду в сражении, то командование на себя возьмёт именно капрал. Собственно, я сражаюсь во славу Ахариамского королевства уже почти двадцать лет. Вместе с моими совами, в числе которых был и остаётся Алекс, мы подавляли восстание в Абра'фальском халифате, жарились в одном котле с Гренуанским легионом, из которого только чудом выбрались живыми, а также несли мир в северные города Дерветила, что как раз на границе с королевством Вейхум, против которого мы сейчас и собираемся воевать. Задача моих сов – не регулярные бои на передовой. Совы – это ударный отряд специального назначения. Если где-то объявится огромная гидра, то кому-то необходимо отрубить ей все головы одним махом, чтобы не выросли новые, да так, чтобы другие гидры даже не успели этого заметить. Я не очень поэтичен, но сравнение вы поняли. Этими отрубателями голов выступят совы. Если нужно тайно проникнуть в стан противника и вывести из строя весь офицерский состав, пока рядовые солдаты противника ожидают приказов в своих лагерях – это работа для сов. Если нужно сопроводить высокопоставленную персону, скажем, самого короля из одной части государства в другую, не привлекая внимания, но защищая от любой возможной опасности – это дело для сов. Если святой Инквизиции требуется помощь в поимке чрезвычайно опасного последователя Хаотика – то совы тут как тут.

Сержант откашлялся и продолжил:

– Но это не значит, что совы – это какой-то тайный орден или культ. Если настанет необходимость – нас бросят в самую гущу боя, где вокруг будут резать друг другу глотки тысячи и тысячи других солдат. И сов будут бояться. Совы пройдут через любой вражий строй как нож сквозь масло, и если совам суждено умереть, каждый из нас заберёт с собой на тот свет десять, двадцать, а, может, даже сто солдат противника. Мы – ударный отряд. Гордость короля.

– Разрешите задать вопрос, сэр, – подал голос один из рекрутов.

– Разрешаю, боец. Валяй.

– Точнее, даже два вопроса. Первый – почему вы набираете людей в свой отряд из рекрутов, а не ветеранов регулярной армии, а второй – что стало с предыдущими совами? Насколько мне известно, сэр, ещё несколько лет назад совы активно участвовали в боевых действиях на юге, подавляя восстание.

Сержант тяжело вздохнул и они с капралом как-то недобро переглянулись. Спустя долгую минуту Кроули ответил:

– Сперва про предыдущих сов. Алекс и я – единственные, кто остался. Боги не всегда улыбаются нам в бою, и даже нам иногда что-то не под силу. Это была не наша вина. Один из разведчиков оказался завербованным повстанцем, принесшим в наш лагерь дезинформацию. Планировалось провести операцию по уничтожению особо важного генерала пустынников, но из-за этой грёбаной дезинформации мы попали в засаду и почти все полегли. Выжило всего трое. Один из выживших скончался через несколько дней от полученных ран. А мы с Алексом вернулись в столицу, так сказать, немного отдохнуть, но долг и бурлящая кровь снова зовут нас в бой.

– На второй вопрос, пожалуй, отвечу я, – произнёс капрал. Голос у него был довольно высокий и мелодичный. Под шлемом я не мог разглядеть его лица, но, судя по всему, Алекс был лет на двадцать моложе своего командира. – У нас уже был опыт набора людей из регулярной армии. Мы брали

тех, кто не раз и не два проявил себя на поле боя, брали укутанных славой бойцов, но все они имели совсем другую подготовку. Они брали в руки щит, меч, становились плечом к плечу рядом с товарищами и шли в рукопашную, но большего они не умели. А переучивать их было ой как сложно. Поэтому мы решили, что будет лучше набирать людей из рекрутов и начинать всё, так сказать, с чистого лица.

– Но оговорюсь сразу, – вмешался Кроули. – Что вас слишком много. Я бы сказал, критически много. Поэтому всех к себе не возьму. К концу этого дня лишь несколько человек останутся под моим знаменем, но это не значит, что остальным придётся возвращаться по домам. Вас с руками оторвут в другие отряды, и в случае, если я вас не возьму, не стоит думать, что вы бесполезны. Просто вам придётся воевать в несколько иных условиях, но цель у нас в любом случае останется одной и той же – разгромить северян, придушить эту змею, пока она не отравила самое сердце нашего королевства.

Сержант подошёл к принесённым носильщиками ящикам, открыл их и (я оказался прав) вытащил оттуда самый обычный одноручный меч с прямой гардой, кожаной обмоткой на рукояти, круглым навершием, прямым лезвием с углублением дола посередине и заострённым концом. Клинок выглядел старым и побитым, видимо, ему пришлось поучаствовать не в одной сотне поединков. Кроули очертил кончиком лезвия вокруг себя полукруг, затем пару раз рубанул мечом от плеча, совершил резкий колющий выпад вперёд и, выписав клинком красивую плавную восьмёрку, бросил оружие к нашим ногам.

– Это дрянь, а не меч, – констатировал он. – Он даже не заточен, чтобы вы случайно не зарубили друг друга во время тренировок. Король пожалел для нас доброй стали, выделив бронзу и латунь, так что придётся биться именно такими клинками. Минус в том, что взяв в руки нормальный стальной или на крайний случай железный меч, вы почувствуете разницу в весе, прочности, упругости, внешней структуре, балансе. Это может сыграть с вами злую шутку в настоящем бою, так что будьте готовы ко всему.

Кроули снова подошёл к ящикам и несколько минут в них увлечённо копался, затем, стукнув по земле кулаком, воскликнул:

– Неужели эти олухи не могут выполнить такое простое задание?! Капрал, сгоняй к этим дегенератам и скажи им чтобы принесли полный комплект всего, что было заявлено в списке. Они что, думают, что северяне – это варёная картошка и свиная отбивная, раз выдали нам вместо нормальных мечей кухонные ножи?

– Я мигом, – кивнул Алекс Оруэлл, после чего пропал из вида, затерявшись в толпе.

– Пока капрал отсутствует, расскажу вам, почему я в такой ярости. Всех остальных рекрутов будут учить биться по единой схеме. Каждый из них научится сражаться в строю, держа в правой руке стандартный клинок, а в левой руке щит. Ну, представьте себе: блок, парирование, удар, снова блок. Шаг вперёд, удар, блок, парирование, удар, блок. Это отличная техника для большого строя, когда необходимо подавить огромную численность противника, но для моих сов это не подойдёт. Именно поэтому мы потратим изрядную долю времени на то, чтобы вы подобрали для себя самое подходящее оружие, с которым вам будет комфортно. В идеале, с которым вы уже знакомы. Насколько мне известно, некоторые из вас также принимали участие в боевых действиях, так что не стоит оглядываться на своё прошлое. Сейчас вы можете выбрать то оружие, какое посчитаете нужным.

Спустя всего пару минут вернулся капрал, за которым бежали теперь они везли целую телегу различного боевого инвентаря, прикрытого тёмной тканью.

– Спасибо, оболтусы, – рявкнул сержант. – А теперь катитесь прочь с глаз моих, пока мы вас не стали использовать как манекены!

Четверо бугаёв поспешно ретировались, а Кроули, приподнявший ткань и взглянувший на вооружение, довольно хмыкнул:

– Так, совы, сейчас без давки и шума выбирайте себе что захотите. Не бойтесь совершить ошибку: если во время тренировки вы почувствуете, что ошиблись, то у вас всегда есть возможность изменить своё решение. Ну, чего стоим? Шагом марш!