Судьба.
Шрифт:
Ничего. Уже не стесняясь шуметь я спустилась вниз и вышла из дома. Мне сегодня ужасно попадет. Не хочу домой.
Ноги сами привели меня к дороге, у которой начиналась тропа в лес. К нашему месту с Роем. Когда я уже ступила в снег проваливаясь ботинками в остатки снега и пройдя между деревьев, меня схватили за руку. В испуге я дернулась, решив, что всё-таки Эрик нагнал меня. Ведь наверняка помнил мою недавнюю просьбу.
Но повернув голову я увидела вовсе не Эрика, а злого Корна.
– Далеко собралась Элли? –
– Не твоё дело! Ты что следил за мной? – я начала дёргать руку. – Отпусти меня!
– Я задал тебе вопрос!
Я снова сильно дёрнулась, ухватившись другой рукой за дерево. Корн попытался схватить вторую руку, но промахнулся и попал на карман, который оторвавшись оказался у Корна в руке.
От этого я так разозлилась что начала бить Корна второй рукой, тот защищаясь оттолкнул мою руку, которую так крепко сжимал и я, не удержавшись на ногах повалилась в грязь, которая образовалась от наших ботинок.
Я села и не выдержав заплакала. Я смахивала слёзы грязной рукой, которую тоже успела испачкать мокрой землей. Я думала, что Корн даст мне сдачи, но он стоял и смотрел как я рыдаю.
– Пойдем, я провожу тебя домой. – Корн протянул руку чтобы помочь мне встать. Но я отвернулась и встала сама. Отряхнула как могла старое пальто теперь уже с одним карманом и двинулась обратно к дороге. Корн молча шел рядом.
Так мы и шли пока не показался дом мистера Вуда. У него всегда было много бочек с водой на дворе. Корн взял меня за руку и направился к бочкам.
– Умойся, а то Эмма точно убьет тебя.
– Она и так убьет, – пробубнила я, но всё же умылась ледяной водой. Было ужасно холодно, пальцы просто онемели.
– Зачем ты ходила в дом мистера Бредли?! – прозвучал злой вопрос.
– Не твоё дело! – снова огрызнулась я.
– Забудь про него! – зарычал Корн, придвинувшись ко мне вплотную. – Забудь этого придурка! Вы никогда больше не увидитесь! Неужели ты это не поняла?! – продолжал рычать Корн, чем злил меня ещё больше. Я повернулась к нему и посмотрела красными глазами.
– А это мы ещё увидим.
Я видела как Корн борется с бешенством. Сейчас ударит точно. Но я не стала отворачиваться, а смотрела прямо, ожидая удара. Но его не последовало. Корн достал платок и с силой пихнул его мне в руки. Затем с силой пнул бочку и зашагал к забору двора. Я вытерла лицо и пошла за ним.
До нашего дома мы шли молча.
Около дома я видела нервно выхаживающего Эрика. Он побоялся идти домой без меня. Хоть это радовало. Когда он увидел меня с Корном то сильно нахмурил лоб.
– Элли! Как ты могла уйти?! Ты же сказала, что подождёшь меня на лавочке, – тараторил Эрик заминая пальца на руках.
– Мне надо было, прости, – промямлила я, испытывая стыд. Я не хотела обижать Эрика. В этом доме он был единственный кто вроде как помогал мне.
– Он обидел тебя? – Эрик махнул головой в сторону
Я поняла, что пора быстренько расходиться, поэтому схватив руку Эрика быстро открыла ворота и утянула его внутрь двора. Корн не сдвинулся с места.
В тот день меня пронесло. Паучиха так и не узнала, что я куда-то убегала.
***
Так прошел месяц, а потом еще и еще. Мы продолжали ходить к преподобному. Вскоре мне даже стали нравится эти дни, так как я не выходила из дома кроме как в этот день. И это был как глоток свежего воздуха. Я шла и впитывала в себя все, что меня окружало. Вот старый дуб на углу улицы, пробил листочки, вот кошка миссис Шейн, побежала к соседу, он часто ее подкармливал. Запах весны витал в воздухе. Я слышала, как поют птицы. Трава кругом стала такой зеленой, может поэтому у меня сегодня такое чудесное настроение. Сегодня я сама написала на листке, который принесла Кристи письмо и решила, что пора еще раз попросить преподобного отослать письмо. В этом- то ведь не должно быть ничего плохого.
После службы я как обычно осталась с Корном. Мы продолжали приводить двор церкви в порядок. Преподобный где-то достал яркую синюю краску, которой я с удовольствием покрасила старые лавочки в саду. Краска жутко воняла, но я улыбалась, видя какие красивые становились лавки.
После работы я подошла к Орнелио и попросила поговорить с ним наедине. Корн ушел домой и наконец мы остались вдвоем.
– Что ты хотела Элеонор?
– Я вот написала письмо. Вы, наверное, знаете где сейчас Рой?
– Примерно, Элли.
– Я хотела бы отправить ему письмо. – я протянула клочок бумаги преподобному.
– Я могу посмотреть? – спросил он хмурясь.
– Конечно. Да. – я понимала, что первое письмо не должно быть личным. Его точно прочитают. Как только я получу ответ, то уже потом сама напишу и отправлю все, что за это время накопилось у меня. А я так много хотела рассказать Рою.
Преподобный развернул бумагу и прочитал написанное.
– Хорошо Элли, я отправлю письмо. Но хочу, чтобы ты знала это всё ни к чему. Лучше тебе забыть этого мальчика и начать новую жизнь. В школе готовы снова принять тебя, если ты обещаешь прилежно себя вести.
Я была так зла на всех них, что возвращаться в школу не было никакого желания.
– Я вижу твоё настроение Элеонор, но пойми, женщине и так тяжело в наше время. Нужно уметь хотя бы правильно читать и писать, а также: знать счет, уметь вести хозяйство.
– Хорошо. Я вернусь в школу. Хотя я уже и так умею писать и читать.
– Элли в твоем письме двадцать ошибок. Про подчерк я вообще молчу.
– Эрик вот не ходит в школу. – вспомнила я.
– Это его дело, Эл. К тому же он мужчина и у него будет своё хозяйство.