Строптивая принцесса

Райан Нэн

Озадаченная такой быстрой сменой настроения рейнджера, принцесса возмутилась:

— Я? Но ведь ты тоже смеялся! Вирджил вскочил на ноги.

— Я больше не смеюсь. Принцесса подбежала к нему:

— Давай все выясним. Почему, когда ты смеешься, это правильно и хорошо. Но если смеюсь я, то тебя это раздражает? Мне кажется, тебя раздражает все, что я делаю. Может, ты в это не поверишь, капитан Блэк, но я изо всех сил стараюсь тебя не раздражать.

У Вирджила на лице дрогнул мускул. Он был смущен и сердился на себя за то, что

желал ее. Эта неожиданная жгучая страсть испугала его. Такого с ним еще не бывало.

Вирджил поспешно отошел от принцессы. Его брюки сильно натянулись в паху, сердце бешено колотилось в груди. И свое разочарование он, конечно, излил на нее.

— Знаю, — холодно отозвался рейнджер. — Это-то меня и раздражает.

Глава 20

День прошел спокойно. Больше не было капризов, слез и криков. Решив, что первой ни за что не заговорит, принцесса была столь же молчалива, как и Вирджил. Они быстро спускались в долину по тропинке, вьющейся среди высоких сосен, мрачных елей, дубовых рощ и огромных скал. Они пересекали долину, расположенную на высоте не более ста пятидесяти футов, когда Вирджил внезапно остановил коня и спешился.

Принцесса с любопытством наблюдала, как он отошел в сторону от тропинки и присел на корточки. Он что-то долго с интересом разглядывал, а потом поднялся.

— Я хочу кое-что тебе показать. — Он снял Марлену с лошади.

— Это индейцы? — спросила она, разглядывая странный набор предметов, лежавших на земле. Горка камней, несколько связанных сыромятных шнурков, нацарапанные на булыжнике иероглифы.

— Это послания апачей, — пояснил Вирджил. — Так они посылают сообщения друг другу.

— А о чем здесь говорится? Рейнджер пожал плечами.

— Не знаю. Но с этой минуты мы должны быть предельно осторожны. — Он внимательно посмотрел на нее. — Ты меня поняла?

— Я не тупая, капитан! — огрызнулась она.

— Хорошо. Теперь не отходи от меня ни на шаг!

Они продолжали двигаться вперед. Наконец, когда яркое летнее солнце стало опускаться за синевато-багровые вершины видневшихся на горизонте гор, они устроили привал. Пока Вирджил занимался лошадьми, принцесса осматривалась вокруг. Место, где они остановились, представляло собой небольшое красивое плато, покрытое травой и окруженное кедрами. Недалеко от них с гор стекал серебристый ручей.

Марлена, покосившись на Вирджила, неторопливо пересекла плато, подошла к краю и взглянула вниз. Здесь не было крутого обрыва, а только длинный, пологий склон, усыпанный мелким гравием и поросший редкими кустами. Она облегченно вздохнула, ей нечего было бояться.

Прищурившись от еще яркого солнца, она смотрела на долину, куда они должны были спуститься завтра утром. И вдруг…

Марлена громко вскрикнула: ее нога неожиданно потеряла опору, и она кубарем покатилась вниз, тщетно пытаясь ухватиться за камень или куст.

Вирджил услышал крик и побежал к

ней. Она уже была на середине склона, когда он показался на краю и кинулся вдогонку за ней. Его ноги были длинными и крепкими, поэтому он мог догнать ее за несколько секунд. Но он знал, что если схватит ее, то они не смогут удержаться и покатятся вниз по склону. В этом случае она может сильно пораниться.

Он пробежал мимо нее, слыша, как она кричит:

— Останови меня! Останови!

В самом конце склона Вирджил резко затормозил, присел и, наконец, остановился. Развернувшись к ней, он вытянул руки, чтобы поймать ее.

Принцесса с округлившимися от ужаса глазами скатилась в его объятия, умудрившись при этом ударить его в ребро острым локтем. Вирджил вскрикнул, но не выпустил Марлену из рук.

— Ты в порядке? — спросил он, поморщившись.

— Да, кажется, да, — ответила она, не позаботившись даже поинтересоваться, не ранен ли он.

— Ну а я — нет! — Вирджил отпустил Марлену и прижал руку к левому боку.

— Нет? — Она осторожно дотронулась до него. Он охнул, и принцесса отдернула руку. — Что с тобой?

— Ребро, — застонал он.

— О Боже, — испуганно протянула она. — Надеюсь, ты не сломал его?

— Не я, а ты, — проворчал он.

— Что — я? — обиженно отозвалась принцесса. — Почему ты во всем винишь меня?

— Ты двинула меня в бок локтем, Рыжая. Может, это просто сильный ушиб, — сказал Вирджил.

— А где-нибудь рядом есть врач? — спросила принцесса, замирая от страха.

— Ты будешь врачом, — ответил побледневший от боли Вирджил.

Не уверенная, что правильно поняла его, она быстро заговорила:

— Я же не врач. Я никогда в жизни не ухаживала за больными или ранеными.

— Все когда-то бывает в первый раз, — вздохнул он. — Теперь тебе придется помочь мне подняться наверх.

Принцесса ахнула:

— Но как? Вряд ли я… Вирджил перебил ее:

— Встань рядом со мной. Вот так. Теперь положи мою руку себе на плечи. Нет. Господи, да не эту! — Он сморщился, когда она ухватила его за левую руку, причинив ему боль.

— Прости, — смутилась она и, быстро встав с другой стороны, положила себе на плечи его длинную руку и крепко ухватилась за нее.

— Теперь обними меня за пояс, — подсказал он. Она уцепилась за его ремень и выжидательно посмотрела на рейнджера.

— Чего ты ждешь? — удивился он.

Кивнув, принцесса потащила его вверх по склону. Он был намного выше и тяжелее ее, но она мужественно переносила неудобства, когда он с силой опирался на ее плечи. Несколько раз ей приходилось останавливаться, чтобы перевести дыхание. Один раз она поскользнулась и едва не упала, но смогла устоять на ногах.

Когда они наконец добрались до лагеря, уже смеркалось. Вирджил одной рукой расстегнул рубашку, вытащил ее длинные полы из брюк и опустился на землю. Принцесса сидела рядом, опершись руками о колени, и тяжело дышала.