Страж. Наемник
Шрифт:
– Эл, веди!
Отряд сорвался с места, вслед за полукровкой. Тем временем, поднявшаяся нежить начала разбредаться по всему городу, набрасываясь на живых, песок медленно опадал, тьма уступала законное место свету. На небе проступило лазурное небо. Отряд пробирался через бывшие стены арены, утопая по колено в песке и прахе, избегая ненужных драк, загодя огибая редкие очаги теплившегося сражения.
***
Тяжело опустив огромную секиру на голову очередному воину, Алетагро спросил у гнома, бегущего рядом.
– Ты до сих пор хочешь его на Индерон затащить, даже после всего, что он тут устроил?
Ороллин, смахнув испарину со лба, перекинул Моргенштерн
– Да,…хочу,…Дан…стоит…того,…чтобы…Индерон…стал…ему…домом!
Орк, покачал головой, после чего сказал.
– Честно говоря, я только сейчас окончательно поверил, что Дан темный. Может ты и прав, что его надо затащить на остров, но что-то боязно, вдруг ему там что-то не понравится? Не хочется повторения того, что тут случилось, тысячи людей же погибли!
Насмешливый голос сзади, заставил сердце Алетагро на миг замереть.
– Ал, неужели тебе жалко этих отродий? Они бы с удовольствием разорвали нас с тобой, и я тут совершенно ни причем, я лишь вытащил их суть на поверхность, не более того.
– Но сколько же невинных людей погибло ради нашей свободы!
Алетагро оглянулся назад, на догнавшего группу вампира, взглянув в черный и белый глаза Данте, орк содрогнулся. Голос вампира стал глухим, в нем послышались рычащие нотки ярости и злости.
– Ал, тебе приходилось убивать из жалости? – не дождавшись ответа, Данте продолжил. – А вот мне довелось! Я убивал обреченных рабов, собственными руками сворачивая шеи, чтобы дать им хотя бы умереть людьми! Я не праведник, не святоша, и уж точно не судья, но те, кто так способен обращаться с разумными, заслуживает свою участь, и они ее получили сполна! Повторяю, я просто вытащил их суть на поверхность, ведь, вы почему-то не сорвались, не начали рвать своих же, ответь почему?! Только не отговаривайся тем, что старшие имеют более сильную сопротивляемость к энергии тьмы! Листак, Чатлан с Язуллой, чистокровные люди, однако остались нормальными, не сошли с ума! А все оттого, что в них чести больше, чем грязи, а тут целая страна насквозь прогнила, вот и поплатились! Я бы всю страну к ангелам отправил, но понимаю, что это не решение, да я даже ничего решать не собираюсь, просто буду этот халифат десятой дорогой обходить, пусть варятся в собственном соку, когда-нибудь доиграются, получат гражданскую войну! Ладно, сейчас не время для политинформации и копания в душах, мы похоже, на месте.
Глава 8
Язулла облегченно вздохнул, остановившись у стены какого-то дома, оглядевшись по сторонам, воин проводил взглядом кровавый песок, медленно оседающий на мостовую. Обернувшись назад, Язулла знаками показал, чтобы все сохраняли полное молчание, после чего, пошел вдоль стены, огибая дом слева, уходя на параллельную улицу, так чтобы со стороны дворца, поредевший отряд не заметили. Подойдя к незаметной кованой двери под увивающим ее плющом, Язулла, просунув руку между прутьев, на что-то внутри нажал. Со стороны дома, закрытого со всех сторон от просмотра высокой стеной донеслась мелодичная трель певчей птицы, несколько минут ничего не происходило, Язулла взволнованно пробормотал себе под нос.
– Ашарака, только бы ты не поменял своих привычек!
Данте, успокоившись, с интересом рассматривал серый двухметровый забор, разукрашенный разноцветной мозаикой, изображавшую красную пустыню с табуном лошадей, несущимся на золотой закат, вздымая копытами песок, не обращая внимания на зашевелившегося пленника. Картина была настолько реалистичная, что Данте, залюбовавшись, пропустил момент, когда кто-то подошел к двери с той стороны. Стукнув хана в голову, Данте поправил на плече свою ношу, завозившуюся при звуке настороженного мужского голоса с той стороны двери, и прислушался.
– Господина Ашараки-Ютен, сейчас нет дома.
Язулла, воровато оглянувшись, прошептал, склонившись к самой двери.
– Лайз, это я, Язулла-Цукен. Пусти нас.
Дверь моментально распахнулась, пропуская воина внутрь, Язулла махнул рукой остальным, приглашая зайти на задний двор. Протиснувшись внутрь, Данте с облегчением сбросил глухо застонавшего хана на землю и с интересом оглядел впустившего их человека. Захлопнув
– Господин Язулла, что там произошло, вы откуда?
Язулла поморщился при виде пленника и, махнув рукой, ответил.
– С арены, Лайз, мы сбежали, где Ашарака?
Старик расплылся в улыбке при упоминании о побеге, от чего лицо старика словно треснуло глубокими морщинами, раскосые глаза превратились в щелочки, почти скрыв зрачки.
– Да дома он, просто мне сказал, всем говорить, будто его нет, прошу за мной.
Вздохнув с облегчением, Язулла последовал вслед за степенно шагающим старцем, подхватив хана, Данте скользнул взглядом по простой тропинке, диковатому саду, в котором казалось, сами по себе росли разнообразные цветы всевозможных форм и расцветок. Но, присмотревшись внимательно, Данте понял, что так и было задумано. На первый взгляд, дикий сад просто выглядел таковым, но если присмотреться, было не трудно заметить собранную сухую листву, аккуратно подстриженные кусты темно-зеленого цвета. Цветы радовали глаз и обоняние, а цветовая гамма, со вкусом и умом подобранная, выглядела просто бесподобно. Скользнув взглядом по небольшому мраморному фонтану, Данте перевел глаза на дом, органично вписывающийся в окружающую обстановку. Густая зелень сада, скрывала большую его часть, из-за кустов выглядывал лишь белый приплюснутый купол крыши с большими темно-синими вставками, сверкающими на солнце. Оказавшись внутри, Данте недоуменно покрутил головой, вампиру показалось, что он оказался под водой но, бросив взгляд вверх, понял, что к чему. Темно-синие вставки в крыше, оказались попросту затемненным стеклом синего цвета. Солнечные лучи, проходя сквозь вставки, создавали приятное светло синее освещение в помещении, а стены, соответствующе оформленные, давали ощущение подводного погружения. Все стены были выложены кораллом, какие-то растения, колышущиеся на сквозняке, смахивали на водоросли, кое-где виднелись мозаичные изображения причудливых рыб, создавая ощущение блеском чешуи, что они живые.
Отряд в полном молчании, заворожено оглядываясь по сторонам, медленно двигался за старцем, ведущим их через анфиладу комнат и коротких переходов. Данте с удовольствием любовался обстановкой и оформлением, дивясь фантазии и мастерству местного дизайнера, по мере движения, вампир не встретил ни одного одинакового оформления. Встречались комнаты, оформленные в виде лесной опушки, красной пустыни, горных вершин и еще много чего. Наконец, отряд остановился у простой деревянной двери, без всякой вычурности, увидев ее, Данте хмыкнул, поняв, что их привели к хозяину. Лайз, коротко постучавшись, с широкой улыбкой впустил Язуллу и остальных в большой кабинет, в котором чувствовалось, что хозяин сего дома любит пребывать именно в этом полутемном кабинете. Рабочий беспорядок на столе, как попало разбросанные подушки по полу, кучи черновиков и свитков лежали на всех без исключения поверхностях, полки с книгами и свитками громоздились практически возле каждой стены.
Войдя в кабинет, Язулла коротко кашлянул, привлекая к себе внимание невысокого, чуть полноватого лысого человека с одной небольшой косицей на затылке. Хозяин только махнул рукой, мол, не отвлекайте от работы, не поднимая головы от свитка расположенного перед ним на небольшом с гнутыми ножками столе. Язулла, усмехнувшись, присел на подушку напротив Ашараки, мужчина раздосадовано поднял голову и уставился на Язуллу разноцветными глазами, Данте удивленно моргнул, не понимая как такое сочетание глаз возможно. Ашарака оказался обладателем ярко синего глаза и темно-карего. Глаза мужчины расширились при виде Язуллы, затем, издав громкий вопль радости, Ашарака вскочил с места и повалил воина, пытаясь задушить смеющегося друга в объятьях, перепрыгнув через стол.